— Мама, я ведь пришел к тебе за благословением. Дай мне родительское благословение венчаться на царство.
Марфа внимательно посмотрела в глаза «сыну».
— На престол, Дмитрий, благословляет патриарх. Я всего лишь монашка. Но как мать могу тебя благословить идти под венец, когда надумаешь жениться.
— Это случится скоро, мама.
— Невеста есть?
— Есть.
— Чья же будет?
— Урожденная княжна Мнишек Марина.
— Не наша вроде?
— Полячка.
— Ну дай Бог тебе счастья с ней и побольше деток.
Вскоре Дмитрий откланялся и, вернувшись во дворец, приказал Маржерету:
— Яков, срочно ко мне моего дьяка Бегичева и воеводу Басманова.
Первым прибыл Бегичев, так как находился во дворце.
— Садись, Бегичев. Ты помнишь рязанского архиепископа, который изменил Борису и признал меня? Когда я еще сидел в Путивле.
— Помню, государь.
— Как его звали?
— Игнатий.
— Бери коней, охрану сколько надо, моим именем попроси у Доморацкого и гони в Рязань. Вези его сюда.
— А указ или что там?
— Скажи Власьеву, что так надо, пусть напишет, я подпишу.
— А что хоть Игнату-то сказать, зачем зовут? На казнь или милость?
— На милость, на великую милость, Бегичев. Так ему и передай, мол, государь возлюбил тебя.
Едва ушел дьяк Бегичев, как явился Басманов:
— Звал, государь?
— Да, Петр Федорович. Проходи, садись к столу ближе. Скажи, пожалуйста, где сейчас Иов?
— Ну как ты и велел, отправили в Старицу в Успенский монастырь.
— Кем определили?
— Опять игумном.
— Ну и хорошо, все же начальник. Я что тебя позвал, Петр Федорович. Надо срочно избрать патриарха.