Три товарища: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но куда страшнее ему казалось пропасть без вести. Если его не обнаружат и сообщат деду, что единственный внук исчез бесследно, как все те первопроходцы, которые протаптывали человечеству путь в бескрайний космос, Илья был уверен, что дед, живший лишь его успехами и всегда гордившийся тем, кем он стал, не выдержит такой вести. Его слабое сердце не выдержит безвестности. А безудержная тяга к алкоголю, к которому он пристрастился после того, как был вынужден уйти в отставку, добьёт. Он опять сорвётся, если будет ждать внука, который никогда не вернётся.

— Мне страшно не за себя, — не лукавил Илья. — За деда боюсь. Что с ним будет? Что с ним будет, если нас так и не найдут?

— Солнце прямо по курсу, парни, — подбодрил его Алексей. — Прорвёмся. Подлетим ближе — и нас обязательно отыщут. Только держитесь.

Никита опять усмехнулся.

— Как сказала Деметра, шансы на обнаружение под пятьдесят процентов. То есть либо обнаружат, либо нет. Прямо как шанс встретить динозавра в Магнитогорске: либо встретишь, либо нет.

— Я всё же запишу сообщение для деда, — вздохнул Илья. — Если не выживу, а нас найдут, надеюсь, ему передадут.

— Только быстро, — посоветовал Алексей. — Каждый ампер на вес золота. И да: не забывайте про компенсирующий костюм и гермошлем. Если придётся воспользоваться — то только в самом крайнем случае.

— Да уж… Похоже, нас ждёт очень долгий путь, — сказал Никита. — Жаль, если не удастся кому-либо рассказать о том, что мы увидели, с чем столкнулись, с кем сражались. Мы первые, кто вошёл в контакт с представителем инопланетной цивилизации. И, возможно, так ни перед кем и не похвастаемся…

— Так, ну-ка хватит! — сурово произнёс Алексей и даже стукнул кулаком по приборной панели. — Мы в отличной форме. Мы тренированы и выносливы. Прекратите жевать сопли! Это действительно будет долгий путь. И я не желаю слушать ваше нытьё всю дорогу. Курс проложен, курс верен. Надо только выдержать… В аптечках есть снотворное. Не помню: то ли две, то ли три таблетки. Так вот. Я планирую, как только желудок скрутит от голода, погрузиться в глубокий сон. А до этого — размеренно дышать через нос, чтобы сократить потребление кислорода. И не болтать! Слишком много углекислого газа выделяется от разговоров с вами. Поэтому ещё раз говорю: максимальное спокойствие. Мы выжили там, где не смогли выжить тысячи других. Мы вырвались. И я не собираюсь подыхать. Не собираюсь позволить страху меня одолеть и не собираюсь хоронить себя раньше времени. И вам не позволю! Поэтому возьмите себя в руки. Прекратите стенать и думать о том, что может быть, а чего быть не может. Мы выкарабкаемся, парни. Прошу вас, не сдавайтесь.

Мотивационная речь лидера звена подействовала положительно на всех. А Илью даже немного успокоила. Слова"…хоронить себя раньше времени" он очень хорошо расслышал. И пообещал себе, что бы не происходило, как бы сложно ему не пришлось, он выдержит. Ради себя, ради друзей и ради единственного родного человека, который у него остался, — ради деда.

— Я не сдамся. Обещаю, — уверенно произнёс он.

Никита же не стал сразу давать обещаний. Он тяжело вздохнул и печально посмотрел на небольшую цветную фотографию, которую прилепил на крепление лобового стекла. С фотографии на него смотрела молодая брюнетка. Она улыбалась не хуже Моны Лизы и вглядывалась карими глазами. Её влюблённый взгляд будоражил чувства и пробуждал воспоминания.

Никита прикоснулся к фотографии. Только сейчас ему по-настоящему стало страшно.

— Я обещал вам, что вернусь, — прошептал он. — Надеюсь, вы простите меня, если я не смогу сдержать обещание, — а затем вновь щёлкнул тумблером связи и сказал. — Я всегда с вами, друзья. Вместе и до конца!

Глава 1. Курсанты

Три месяца назад. Центр города Магнитогорск.

Тёплым июньским утром яркое солнце заставляло зрителей, собравшихся возле Магнитогорских курантов, щурить глаза. Родственники и обычные зеваки, спешившие, было, по своим делам, но решившие остановиться и посмотреть на праздничное событие, прикрывали глаза ладошками, вставали на цыпочки у металлического забора и всматривались в ряды молодых курсантов в синей парадной форме.

Сегодня праздновал весь город. Сегодня известная на всю Россию Высшая Лётная Академия выпускала в свободный полёт новый выводок вскормленных птенцов. Пять лет обучения подошли к концу. И после сегодняшнего праздника молодые пилоты разлетятся кто куда. Посмотреть на это событие пришли многие жители Магнитогорска.

Напротив курантов возвели трибуну. Сейчас, стоя у микрофона, разглагольствовал мэр города, чей сын обучался в академии и сегодня стал выпускником. Рядом с ним, в дорогих брендовых костюмах или в парадной форме, переминались с ноги на ногу работники администрации, преподаватели академии и важные чины, представляющие Воздушно-Космические Силы России. Выстроенные спиной к курантам в два ряда, в идеально выглаженных кителях с золотыми аксельбантами, с двумя жёлтыми звёздочками на синих погонах, замерли по стойке "смирно" семьдесят лейтенантов. Семьдесят из тех двухсот пятидесяти, кто выдержал суровый отсев и длительное обучение. Семьдесят молодых, умелых и перспективных пилотов. Они радостно улыбались, вполуха слушали добрые пожелания мэра и обменивались весёлыми словечками. Сегодня для них заканчивалась старая и начиналась новая жизнь.

В первом ряду стояли трое: Алексей, Никита и Илья.

— Папаша Борюсика, — Алексей скривил рот в усмешке. — Умеет пургу нести. Я уже давно потерял нить его речи. О чём он вообще?

— Типа: старайтесь и дано будем вам, — тихо ответил Никита.

— Ага. А для сынульки всё было наоборот: тот не старался, но ему всё равно было дано.

— Да забудь ты уже про него, Лёха, — прошептал Илья. — Сегодня ты их обоих видишь в последний раз. Прости и отпусти.

— Ненавижу высокомерных мудаков. Жаль, рассчитаться с Борюсей не получится. Хоть теперь можно не опасаться, что выгонят.

— Эй, потише, — посоветовал Алексею сосед справа. — Сейчас сам Герасимов говорить будет.

Друзья замолчали. Они уставились на сурового мужика средних лет, которому мэр уступил место у микрофона, перед этим крепко пожав руку. Это был Николай Герасимов — герой России и участник Садальмеликского конфликта, который произошёл десять лет назад. Тогда у звезды Альфа Водолея ВКС России и космические силы США (USSF) сошлись в яростной битве. Обе страны заявили права на пригодную для жизни планету, которую обнаружили на орбите звезды, и не желали уступать. И политикам не удалось разрешить ситуацию мирно. А поскольку по фон Клаузевицу продолжением политики является война, она и случилась. Вернее, случилось первое в истории человечества космическое сражение.

Оно же стало последним. Представители всех стран мира спешно собрались в Женеве и потребовали от США и России остановиться. Под меморандумом были поставлены подписи и заключён мирный договор. Он не устроил ни одну из сторон конфликта в полной мере. Но чудовищные потери после единственного космического боя являлись для президентов наилучшим аргументом прекратить эскалацию. Гибель такого количества высококлассного персонала, на обучение которого были потрачены годы и миллиарды в долларовом эквиваленте, очень быстро остудила абсолютно все горячие головы.

Конфликт замяли, документы подписали, с ужасом убытки подсчитали. Но, несмотря на скоротечность конфликта, остались ветераны. Те, кто за один день увидел столько, сколько всё человечество не видело в фантастических фильмах о космосе за всю историю кинематографа. Те, кто чудом выжил, но запомнил этот кошмар навсегда.

И теперь один из них, один из тех, кому вполне заслуженно вручили звезду "героя Российской Федерации", выступал перед "зелёными" курсантами. Он рассказывал про защиту Родины, про крепость духа, про необходимость оставаться профессионалом до самого конца. Про то, что нельзя сдаваться даже в безвыходной ситуации. Ведь самым первым ломается не тело, ломается дух.