Дорогой скорби: крушение Ордена: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Он может призывать кого угодно. Ты посмотри, сколько братьев и сестёр на нашей стороне. Рыцари и маги, учёные и чародеи. – Люций примолк, таинственно обернувшись по сторонам. – Нас не победить ничем. Скоро мы заявим о своём. Скоро, ещё немного и мы покажем, что истинное единство и свобода от старых догм приведут Орден к славе и величию.

– Несомненно, мастер, – в почтении едва поклонился альтмер, чьё лицо скрыто под капюшоном.

Рыцарь поднялся с места и обернулся к дальней стенке лицом. Там, на небольшой полочке стоит несколько стареньких книжек, с немного надорванными корешками и затёртыми тёмно-синими обложками. Из уст полилась медленная речь, в которой высокий эльф ощутил дрожащие нотки возбуждения и одухотворённости:

– Мы желаем воплотить поистине нечто славное и великое. За нами, мой друг, стоит славная миссия обеспечить будущее Ордена. Давно, весьма давно, история Ордена знает случай, когда свободные братья и сёстры вознамерились дать отпор дремучим взглядам, но понесли поражение. И теперь мы вновь поднимем священное знамя над Орденом.

– Скажите, мастер, а зачем вы всё это устроили? – в вопросе рыцарь ясно услышал удивление. – Люций, я вас всегда знал, как истинного ревнителя постулатов Ордена, но за два года вы сильно изменились. И никто не знает причины этого.

– Я просто не пойму, что плохого в том, чтобы быть едиными в равном положении. Рыцари и паладины, маги и учёные, профессора – все должны быть братьями и сёстрами не только на страницах Кодекса. Я несу свет зари свободы от всяких мерзких ограничений.

– Ох, вы говорите, о пище и о требованиях плоти? – возбуждённо вопросил альтмер. – Да, тут я с вами согласен, зря мы этого держимся.

– И не только. Оружие и артефакты, созданные лордами Обливиона. Чем они плохи в использовании? Они не более чем инструменты и не несут в себе нечего плохого, если правильно их использовать.

– Соглашусь.

– А вера? Почему я в капелле должен преклоняться пред Драконом? Разве свобода выбора религии не должна почитаться Орденом? – фанатично сказал Люций и его пальцы коснулись небольшой статуэтки, на которой выписываются образы рогатой головы. – Я не желаю следовать Кодексу Ордена в его бестолковых ограничениях.

Люций поднялся с кресла и устремился к небольшой полке с книгами. Он водрузил статуэтку на полочку, и его рука дотянулась до небольшой книжки в чёрном переплёте, на которой красуется небольшой символ серебристой звезды и потянула её на себя, а холодную комнату заполнил взволнованный голос:

– Вот она… в ней мы напишем новую историю Ордена.

– Мастер Люций, а как вам удалось убедить столько братьев и сестёр в своей правоте?

– Я усладил их уши и души тем, что позволил быть такими, какими они желают. Желудки могут питаться тем, чего захотят, сердца любить того, кого возжелают. Я показал, что Регент и Орден их ограничивают в естественных потребностях, рассказал о страшном диктате. В конце концов, каждый чего-то желает, и я заставил поверить, что если идти за мной, то желания касательно положения в Ордене исполнятся.

– Да, – альтмер сделал шаг назад, готовясь покинуть комнату, – мастер Люций, завтра ранним утром назначена операция.

– Это чудесно, – сквозь кривую улыбку блеснул зловещий оскал. – Сделайте всё к завтрашнему дню. Мы начнём исполнение нашей великой миссии завтра, и пусть Хродгар и Деметр готовятся.

– Есть господин. – Восторженно ответил альтмер и кинул фразу, ставшую противовесом девиза Ордена. – Свобода восторжествует!

Глава 15. Буря перед штормом

Утро следующего дня. Леса Валенвуда. Южнее Лонгвейла.

В зелёных кущах и изумрудных морях, раскинувшихся от пустынной провинции Эльсвейр вплоть до Абиссинского моря, устроилось логово заклятого врага жителей Тамриэля. Небеса над провинцией разразились самым настоящим рыданием, застлав землю непроглядной пеленой дождя. Небосвод стал мрачно-серым, налитым тяжёлым свинцом и одним своим видом проминающий в душе глубокую яму.

Знаменитые океаны деревьев провинции лесных эльфов неимоверно широки и необъятны, трудны для преодоления, но когда их заливает дождём, они становятся, окончательно непроходимы, превращаясь в жуткие места.

Но всё же, несмотря на капризы погоды одному воину необходимо идти через лес, когда он весь вымок, а воздух стал по северному прохладным. Его тёмно-зелёная куртка из мамонтовой кожи, усиленная пластинами из мифрила, слилась с расцветкой подлеска, погружая юношу в состояние малозаметности. Куртка хоть и кожаная, с грубыми швами, но удивительным образом не промокает под дождём и не скрипит. Его нога, утянутая в высокий сапог, облачённый в эбонитовое покрытие, ступает аккуратно на траву, чтобы не производить немного шума, а тело приклонилось к земле, дабы не попасться на глаза врагу. Но обувь ещё и зачарована, а поэтому воин ступает столь тихо, что даже птицы на гнёздах, устроенных в нижней части леса, не шелохнулись. Пальцы, защищённые длинными перчатками из кожи с уплотнёнными щитками из мамонтовой кожи, аккуратно прижимают слишком высокую растительность. Если где-то в стороне раздаётся шорох, то туда тут же метнётся внимательный взгляд нефритовых глаз, выглядывающий из-под полотна капюшона.

Парень тихо, как можно тише, пробирается сквозь море леса, дабы настигнуть заветную цель и исполнить возложенную миссию. На поясе висит два подсумка и три кисета, ловя на себе отражение лесистой местности из-за того, что намокли. В них хранится множество вещей, интересных вещей, которые вряд ли можно было сыскать во всём Тамриэле у обычных торговцев. Юноша мысленно обратился к списку важного инвентаря, чтобы убедится, что всё в порядке. Первое, что он вспомнил так это старую карту, на которой есть отметки о логовое заклятого врага и схемы его жилища. Двемерские разрушающие механизмы, сделанные из двемерита и взрывчатых веществ самыми лучшими мастерами и профессорами Ордена, занимают солидное место, но они нужны, чтобы обрушить убийственный гнев на головы врагов народа Тамриэля.

Неожиданно парень ступил на ветку и раздался слабый хруст, отчего сердце ёкнуло. Воин мысленно себя укорил за то, что отозвался от миссии на перечисление вещей.

– Тише, Азариэль, – успокоил себя шёпотом юноша, приостановившись. – Только тише. А то «Сыны» выкупят тебя слишком рано.

Альтмер двинулся дальше, утерев бледные губы и золотистые щёки от воды. Его план довольно прост: Азариэль должен незаметно прокрасться в помещение, где заседает Высший Совет, пройти в кабинет Главного Лидера, вскрыть нужную шкатулку, забрать письмо, установить в слабых местах двемерские разрушающие механизмы и завести на них счётчик, и уйти из помещения, а потом присоединится к штурмовой группе и разбить логово «Сынов» окончательно. Тем, кто состоит в штурмовой группе оставаться лишь добить практически погребённых под обломками рудников. Но всегда проще сказать, нежели сделать.

Две недели его Ариан натаскивал и тренировал, а рыцари и чародеи планировали операцию, ожидая всё больше и больше сведений разведки. Глава агентурной сети научил парня обращаться с двемерскими механизмами, более легко владеть клинком, нежели это делают рыцари, а так же держать себя в руках при встрече с врагом на подлобных операциях. И теперь Регенту да Иерархам остаётся надеяться на молодого воина, которому возложена столь важная миссия.

Азариэль идёт по лесу, который тонул в дождях, с шести утра. Он ступает осторожно, тихо, выверяя каждый шаг, чтобы его не раскрыли патрули врага. Странный пыл, огонь в груди двигает юношей и Азариэль понимает, что помимо долга им движет желание, стремление изничтожить жалких мятежников, которые отобрали у него отца. Но сейчас не время скорбеть по утрате, а посему он направил все мысли к операции.

Так же, мельком, Азариэль позволил себе вспомнить и о письме Ремиила, который он сунул ему две недели назад. Там были строки, признание в чувствах одной бретонки, живущей далеко на севере, из которых альтмер узнал, как целый месяц рыцарь помогал девушке выжить в трудном краю после миссии и как она ему благодарна за это. На обратной стороне бумаги Ремиил пометил, что не может остаться с бретонкой по имени Бринна, о чём страшно сожалеет, но долг перед Орденом выше чувств. И всё же в письме девушка сказала, что будет ждать его верно и беззаветно, Прочитав строки пятилетней давности, что-то в Азариэле изменилось, теперь он смотрит на своего наставника, как на живого человека, а не на сущее воплощение сухого догматизма.

Юноша медленно подходит к нагорью, обросшему бесконечными лесами, где и находится штаб врага. Азариэль сухо вспомнил, что Сыны Леса не более чем крысы, ибо живут в сети пещер, оставшихся после деятельности множественных горных предприятий. Заброшенные шахты и выработки – вот их дом, жильё для любого сброда, которое скрывает себя от праведного взора Ордена и закона. В горной грязи они устроили себе и кузни и жильё, кухни и дворцы и, принимая это, юноша их находит не более чем грязным зверьём, не достойным помилования.