Все стоящие ответили согласием. Кто–то не в силах стоял и просто кивал, а кто–то громогласно и помпезно согласился, разбавив безнадёгу положения торжеством.
– Ну, тогда всем приготовиться! – Выкрикнул Ремиил и затрубил в тот рог, что висел у него на поясе.
Азариэль понимал, что это самоубийство, ибо на этот гул сбегутся все те, кто ещё не знал, что сопротивление подавлено. И многие, кто стоял во дворе были ошеломлены таким поступком и пребывали в негодовании.
– Веди нас! – обратился к воителю в сверкающих доспехах Ремиил, с надеждой в глазах.
– За мной! – кинул воин, стягивая пальцы на рукояти клинка.
Через пять минут все баррикады и укрепления опустели, и во двор всё же смогли ворваться сторонники губительных сил, наконец-то занявшие столь желанную деревушку.
Но сейчас Азариэлю нет дела до того, что кто-то занял уже ненужную позицию. Он нёсся с остальными живыми, отягощая плечи телом эльфийки, желая просто спастись и послужить ещё пару часов Тамриэлю. Улица за улицей, укрепление за укреплением, охваченные жарким пожаром, дым, бьющий прямо в лицо и забивающийся в лёгкие, они прорывались через толпы врагов, которые отвлеклись на рог. Юноша просто бежит и практически не думает. Всё его мышление скатилось к примитивным рефлексам. Азариэль несётся за остальными и видел, как их окружают, берут в кольцо, как оставшиеся в живых доблестно отбивают атаки неисчислимых толп противников, бьющих им во фланги.
Но вот наступил момент, когда они остановились. Укрепления второго круга обороны уже отчётливо видны – опаленная и покрытая стрелами, словно ёж иглами, деревянная стена так и манит очертаниями, а трепыхание прожжённых и дырявых боевых знамён на них вселяет надежду. Но они и шагу не могли сделать, ибо со всех сторон окружены бандитами, наёмниками, сторонниками Даэдра и прочими ренегатами, которые просачиваются из всех щелей. И досада от того, что они не дошли совсем немного, просто съедает душу.
Парень держал меч, так как будто он весит больше десяти килограмм, а руки налились металлом. Усталость медленно берёт своё, и обременяет тело, наливая каждую конечность свинцовой тяжестью, но всё же он готов был принять бой. И от того что они просто стоят и переглядываются с мятежниками у парня начинала бурлить злоба. Из-за всего этого у парня в ушах даже звуки вокруг кипевшего боя приглушились.
Неожиданно сквозь ряды мятежников прошёл тёмный эльф. Он приодет в красные священнические одежды с чёрными символами. На его поясе покачивается дэдрического типа булава, а голову скрывает широкий капюшон. Азариэль в нём узнал одного из иерархов–предателей, по голосу и походке – переваливается с ноги на ногу, как гусь. Он пунктуально обступил своих товарищей и обратил громогласные помпезные речи в сторону защитников острова:
– Я лорд-милитарис «Дома Войны» и требую, чтобы вы немедленно сдались силам свободы, иначе мы вас выпотрошим! Вы можете сохранить жизнь и душу путём великих благостей наших повелителей, так зачем же вам сражаться? Киньте оружие и становитесь рабами свободы, она примет вас в свои ласковые объятия так же как приняла и нас.
Никто не обратил внимания на этого безумца, отдавшего свою жизнь служению тёмным силам.
– Мы лучше умрём! – ответил Ремиил, осматривая, как сгущается кольцо врагов, сочащиеся сквозь разрушенные постройки и полыхающие руины.
Азариэль увидел, как сквозь пелену боя, через дым прорвались фигуры, объятые пеленой удушливого тумана, замаранные багрянцем. Они идут от стены и завидев шесть «призраков» враг попятился назад, а незнакомцы переходили на бег. Они мигнули и стремительно понеслись в ряды противников.
Шесть воителей врезались в стан врагов. За миг Азариэль разглядел их – пять воинов Трибунала, закованных в широкоплечую кость и увенчанных большим ярким гребнем и один из ратников несёт на себе груз прикреплённых к его доспеху клятв. Алебарды расчертили воздух и тут же ряды противников брызнули кровавыми красками, окропившими холст войны. Двуручный меч паладина летает будто пёрышко, потроша и рассекая плоть врагов.
Противник ничем не смог ответить, ибо из-за стен хлынул слабый дождь из стрел. Все, кто не закрылся ощутил холодный поцелуй стального наконечника, оставив сей бренный мир. Азариэль посреди битвы, держа близко меч и пытаясь не уронить тело, от усталости не может выхватить все фрагменты битвы, но всё же видит, что они побеждают. Перед паладином нет равных.
– Отступаем! – скомандовал один из командиров слуг губительных сил и хватило пары минут, что тёмные полчища рассосались средь чреды разрушенных укреплений и построек, будто их тут и не было.
Врага не осталось и двадцать измученных и усталых служителей орденского воинства подошли к насыпи со стеной, где бездушным суровым голосом их встретил паладин:
– Вы где были? Почему не отступили!?
– Нам отрезало, – ответил Ремиил. – Эти кодлы взяли в окружение.
– Что ж, вы не в курсе, но больше половины укреплений второго рубежа либо заняты противником, либо разрушены. Мы собирались объявлять всеобщее отступление, как услышали ваш рог. Ваше везение.
– Как!?
– Ладно, не это этого сейчас. К нам пришли подкрепления и у нас приказ их встретить!
– Имперские?
– Нет. Лоялисты из Саммерсета. Их корабли подходят к югу, и Регент приказал нам их встретить и провести в Цитадель. Нам бы не помешала помощь.
Азариэль позволил телу девушки сползти с плеч и передал его неофиту, который подхватил бессознательную девушку, не дав ей упасть.
– Береги её, – дал строгий наказ Азариэль. – Как только будешь за стеной, укрой.
– Будет исполнено, господин.
Азариэль, Ремиил и ещё пара рыцарей, присоединились к паладину в его деле. Остальные под прикрытием лучников и воинов в блистательной броне, скрылись за стенами второго рубежа.
Отряд в декаду ратоборцев бредёт медленным бегом под покровом западной стены, полагаясь на прикрытие уцелевшего участка стены. Над головой раздаётся свист стрел и ревела магия. Отовсюду доносится удушливый смог сгоревших строений, а с запада кожу ласкает жар пожарищ, а ухо сворачивается от вражеского гогота и воплей.