Раз айдол, два айдол...: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

(Клип группы "Блэекпинк" «Пинк Веном» от 19 августа 2022 года).

Потом они спорили, кто из айдолов этой группы лучше пел или танцевал в этом клипе. Если Ким Джу Вону нравилась тайка Манобан, то Ген Сок с пеной у рта доказывал, что лучше всех поёт Джису, а Чже Дуну нравилась Розэ. Естественно, договорились только о том, что клип классный, а о вкусах лучше не спорить, хотя Ген Сок в пылу спора поддел Джу Вона:

— Конечно, хён, тебе Лиса будет нравится, у тебя же мама — тайка!

— У меня и одна бабушка, тайка, но я ведь кореец! — Среагировал Джу Вон, но предпочёл дальше тему не развивать. А всё из-за корейских неписанных правил, которые Джу не любил.

Ким был самым младшим в этой тройке фанатов К-поп, поэтому он только шумно засопел, но Ген Сок и сам понял, что переборщил. Он тоже больше ничего сказал. Несмотря на то, что студенту последнего курса института, Ким Джу Вону было уже двадцать пять лет, как он помнил, всегда, ещё с детства, его попрекали соседские дети, а потом и школьники из его класса, что Джу Вон не чистокровный кореец. А тут ещё и такое совпадение — его день и месяц рождения совпадает с главным праздником любимого айдола — Лалисы Манобан! Да и в Бангкоке Ким жил у бабушки несколько лет, пока в 2010 году родители не забрали его в Сеул. Вот, только, не было у него желания стать артистом. Хотя, пел он довольно хорошо, и даже танцевать немного мог. Главным увлечением Ким Джу Вона была живопись. Поэтому, как только он сдал Сунын, родители занесли документы Джу в сеульский университет изобразительного искусства, на отделение живописи и графики…

Ким выплыл из воспоминаний, и как раз, вовремя.

— А давайте, пойдём на Итэвон! Ведь сегодня Хэллоуин, там будет весело, и пиво выпьем! — Предложил Чже Дун.

Так и сделали. Ким позвонил домой, сообщил старшей сестре Хё Мин, что придёт только завтра утром.

— Смотри, не опаздывай, завтра ведь 30 октября, аппа с оммой вернутся из Бангкока! — Строго сказала нуна.

— Хорошо! Аньён! — Коротко ответил Джу Вон, и машинально посмотрел на экран телефона. Там красовалась дата — 29. 10. 2022…

Никто из десятков тысяч человек, оказавшихся в тот роковой день и час на улице Итэвон, ещё не знал, что почти для ста шестидесяти людей через несколько часов этот праздник Хэллоуина закончится в холодильнике морга…

Последнее, что запомнил Ким Джу Вон, когда толпа разделила трёх друзей, и понесла по узкой улице, это страшная давка и невозможность двинуть рукой или ногой. Потом Джу Вон споткнулся об уже упавших впереди него людей, и оказался на асфальте. Затем последовал сильный удар в спину, и у парня перехватило дыхание. Он попытался встать хотя бы на четвереньки, но это не удалось. Невозможно было повернуть голову, вокруг топталось и кричало множество людей, попавших в эту ловушку. Дыхание у Джу Вона сбилось. На спину лежащего на асфальте студента с самого начала упало ещё двое людей, не сумевших устоять под напором обезумевшей толпы. Но уже наполовину задохнувшегося Джу Вона и пытавшихся встать лежащих на нём парней, просто затоптала ускорившаяся лавина ничего не понимающих, пьяных молодых корейцев… Когда из лёгких студента вышли оставшиеся граммы воздуха, последний кусочек сознания Ким Джу Вона, сконцентрировавшийся в небольшую светлую точку, устремился в яркий тоннель, ведущий в небеса…

Новиков Александр. Неизвестно где…

Сознание приходит рывком. Открываю веки, на меня смотрят несколько пар глаз. Сфокусировать зрение ни на одном лице мне пока не удаётся, но зато слух включился моментально:

— Мальчик, тебе лучше? — Надо мной склонился незнакомый мужик.

Какой мальчик? Не понимаю… Но когда этот вопрос повторяют дважды, обращаясь явно ко мне, становится весело! Ну, какой я вам мальчик, мне сорок шесть лет! Хочу ответить, но не могу произнести ни звука. Тело, как будто, налито свинцом — не могу шевелить ни руками, ни ногами. Лежу, скорее всего, на асфальте. Шея тоже не поворачивается, поэтому могу смотреть только вверх, и немного, в стороны. Странно!

Двое мужчин меня поднимают и усаживают на скамью в каком-то парке. Вокруг много яркой зелени и цветов, в воздухе витают незнакомые ароматы…

Двое мужчин сочувственно смотрят на меня. Почему-то на них надеты светло-зелёные униформы. В глаза бросается и кучка людей, стоящих близко от скамьи. Что-то в них неправильное, но что? Внезапно понимаю, что они не похожи на тех людей, с которыми я работал в корпорации. Там в основном были европейцы. А здесь и эти в зелёном, и стоящие поодаль зеваки — азиаты. Но это не китайцы, японцы, и не корейцы, а какие-то совсем другие. Но точно, азиаты.

— Пульс стабилизировался. — Констатировал один из «зеленых». Я с удивлением посмотрел на надпись у него на кармане какими-то странными значками. И тут же понял, что я почему-то понимаю язык этих людей, хотя никогда раньше его не слышал, и не знал! Кожа у них на лицах темноватая, а не отдающая лёгкой желтизной, как у корейцев или китайцев.

Один из мужчин опять склонился надо мной, потрогал лоб. А потом сказал другому:

— Вроде, простой солнечный удар! Наверное он заснул и перегрелся на солнце. Уже пятый пострадавший за этот день.

— Вот его школьный рюкзак. — Второй мужчина поднимает небольшой предмет, суёт в него руку, и порывшись достаёт из него какой-то светлый прямоугольник:

— Ага! Школьная карточка! Так, это кореец, ему 12 лет, учится в «Прамоч Виттайя Раминтра». Его зовут Ким Джу Вон. Адрес проживания тут тоже написан. Что будем делать?

— Госпиталь переполнен, да и пацан. фактически здоров, просто надо ему полежать. Отвезём домой, тем более, что это по пути.

— Пошли за носилками. — Предлагает первый мужчина. Они отходят к микроавтобусу, который стоит недалеко от скамьи, и возвращаются с носилками оранжевого цвета. Меня осторожно поднимают, и укладывают на них, а потом несут в карету скорой помощи. Рядом кладут и уже виденный рюкзак. Машина трогается, а мне внезапно что-то ударяет в голову, и становится настолько плохо, что перед глазами начинают появляться чёрные круги. Один из врачей — а это именно они, подключает меня к баллончику с кислородом. Холодный газ приятно впитывается моими лёгкими, круги исчезают, и я засыпаю…

Глава 2. Новые реалии

Александр Новиков. Прошлое и настоящее.

Я открыл глаза. Полумрак, очевидно ночь. Вроде, лежу в кровати. Ничего не болит. Как я тут очутился? Внезапно, всплывают воспоминания о парке и врачах. Значит, меня привезли или в больницу, или… Ладно, это выяснится. В голове всплывает ещё одно воспоминание — странный сон. Как будто я какой-то корейский студент, которого затоптали во время празднования Хэллоуина. Причём это видение было настолько ярким, что я чувствовал всё, что произошло с тем несчастным парнем…

Непонятно, зачем мне это всё приснилось? Хотя, на задворках памяти у меня вспыхнуло воспоминание о трагической давке в Южной Корее, унесшей жизни более ста пятидесяти человек. Я тогда был в Пекине, в офисе нашей корпорации. От нечего делать включил телевизор, и увидал, как китайский диктор, срывающимся от волнения голосом, рассказывал о гибели молодёжи в Южной Корее. Но для чего мне это воспоминание Джу Вона, какого-то корейского студента? Странно всё это.