— Я не спрашивала твоего совета, — спокойно выговариваю, хотя внутри все клокочет. — Я понимаю, что ты многое видела. Но допусти мысль, что ты многого и не знаешь. Ни обо мне, ни об Андрее.
— Я не хотела тебя обидеть, — оскорбленно отвечает. — Я волнуюсь за тебя. Ты моя единственная дочь. Ты мой ребенок. Он снова бросит тебя и ты придёшь ко мне.
Сжимаю руки в кулаки, острые ногти впиваются в нежную кожу до боли.
— Нет… нет же. — Отрезаю. — Я навсегда останусь твоей дочерью. Но я не ребенок. Пойми уже это и прими.
Вытираю вспотевшие руки о платье.
— Я три года пыталась забыть его… Я не жила всё это время… Пыталась жить. Я люблю его… Мама, как ты этого не понимаешь? — Прикрываю глаза, чтобы не разрыдаться.
— Настя…
Выхожу из кухни. Бегу в свою комнату, закрываю дверь и стекаю по ней на пол, прижав колени к груди. Мне нужно немного прийти в себя. Не хочу, чтобы кто-то видел меня в таком состоянии. Слезы застилают глаза.
Как только ты выправляешься и думаешь, что все встало на свои места, судьба всегда подкидывает тебе проверки. Это просто одна из них. Надо пережить и справиться.
Я справлюсь.
Через некоторое время в дверь негромко стучат.
— Настя, открой мне, — зовёт Андрей.
— Я выйду скоро, все хорошо, — настраиваю голос на повседневный тон.
— Я сказал открой дверь, — нажимает голосом.
Молчу. Слезы уже не катятся по щекам, но вид наверное у меня еще тот. Не хочу, чтобы Андрей ругался с мамой. Достаточно уже моих отношений с бывшей свекровью.
— Малышка, — меняет интонацию. — Открой или я снесу эту дверь к чертовой матери.
Пфф…
Поднимаюсь с пола, быстро умываюсь холодной водой в ванной, стираю остатки косметики. Поправляю платье и вернувшись, открываю замок.
Андрей заходит в комнату, обжигает меня взглядом с ног до головы. Задерживается на покрасневших глазах и его скулы сжимаются.
— Все хорошо, Андрей. — Пытаясь его успокоить, прижимаюсь щекой к теплой груди и обвиваю его талию руками. Он сегодня не в привычном строгом стиле, а в черной футболке и синих джинсах, словно созданных специально для него.
Рукой поднимает мой подбородок, чтобы я посмотрела ему в глаза и мягко говорит:
— Настя…. Не переживай. Она успокоится и порадуется за тебя. Вот увидишь.
Его тело напряжено, но он держит себя в руках и не позволяет себе плохого слова в сторону моего близкого человека. Я хочу немного его выдержки себе, когда столкнусь лицом к лицом с его матерью. Не уверена, что у меня получится.
— Хочешь уедем домой? — предлагает, разминая пальцами шею под моими волосами. Его забота так нравится мне. Почему я раньше её не замечала? Он ведь всегда таким был.
— Нет, ты что. Папа расстроится.
— Тогда пойдем. Я буду рядом. В обиду тебя больше не дам. Обещаю.
В порыве нежности, впиваюсь в его губы своими губами. Встречаемся языками и все проблемы уходят на другой план. Поцелуй утяжеляется, становится все более томным. Закрываю глаза, отдаваясь ощущениям. Хочу его. Это естественная реакция моего организма — заводиться с одного поцелуя этого мужчины. Перемещаю руки со спины чуть ниже его ремня и вжимаюсь в его тело еще ближе. Его желание тоже явно упирается в мой живот.
Черт. Это совсем не к месту.
— Настя, куда тебя несёт? — хрипло выговаривает, поглаживая сквозь ткань мои ягодицы.
Приобняв меня, открывает дверь и выводит из комнаты. По пути незаметно поправляет джинсы в районе паха.