И Хаддат кивнул на блюдо.
— Зачем ей это?
— Она надеется увидеть тебя в числе воинов.
— В числе воинов? Ты разве забыл, кто я?
— А ты забыл, кто я?
Эрфиан зажмурился. Кровь, уже отхлынувшая от щек, снова бросилась ему в лицо. Отец, как и он, был сыном неизвестного воина и янтарной Жрицы, только не Царсины, а Эдны, ее матери. Именно благодаря Эдне он сейчас носит обруч и ведет за собой несколько отрядов преданных эльфов, каждый из которых и по отдельности задаст вампирам такую трепку, что те забудут, как их нарек создатель.
— Прости, отец.
— Но я знаю, воином ты быть не хочешь.
— Не хочу.
— Ты сам выберешь свой путь. И, что бы ты ни выбрал, я поддержу тебя.
— Знаешь, почему я не хочу быть воином?
Хаддат улыбнулся и снова кивнул на блюдо.
— Буду рад услышать, но давай продолжим игру. Мама раскричится, если мы просидим до рассвета.
Эрфиан знал, что причина не в гневе матери, а в том, что отцу не терпится остаться с ней наедине — он был достаточно взрослым для того, чтобы понимать такое без слов — но промолчал. Он оглядел блюдо, оценивая ситуацию. Короткая беседа сбила его с мысли, и он начал сдавать позиции, хотя еще мгновение назад располагал отличным планом и готовился воплотить его в жизнь. Отец назвал бы такую комбинацию ходов изящной.
Эрфиану нравилось, как это слово — «изящный» — звучало в разговорах о войне.
— Так почему ты не хочешь стать воином? — спросил Хаддат.
— Они думают, что все можно решить войной. Они кому-то подчиняются, а этот кто-то ошибается.
— Верно, — кивнул отец.
— Как называют того, кто… — Эрфиан замялся. — Кому задает вопросы главный воин до того, как раздать распоряжения первым воинам или начать войну?
Хаддат переложил несколько камешков. Эрфиан пристально посмотрел на блюдо и поджал губы, перебирая в уме варианты.
— Жрецу, дитя.
— А с кем советуется Жрец?
— Любой другой ответил бы «с первыми богами», но я предпочитаю говорить правду. Он не советуется ни с кем.
— Но Жрец не воин, он не выходит из деревни и ничего не знает о том, что происходит вокруг.
Отец пожал плечами.
— Нет на свете существа, которое бы знало все, дитя. Если Жрец и обзаведется советником, то не одним, а маленькой армией. Но вряд ли он захочет с кем-то делить власть.
— Даже если этот кто-то будет удерживать его от неверных шагов?
— Каждый должен верить в то, что Жрец не ошибается.
Губы отца тронула улыбка. Эрфиан кивнул и склонился над блюдом.
Когда-то Хаддат во всех тонкостях рассказал сыну о том, как устроена армия Жрицы Эдны. Она носит обруч главного воина. У нее в подчинении есть несколько первых воинов, каждый из которых командует пятью — десятью отрядами эльфов, а некоторые еще и обучают молодых. Когда-то Эрфиан думал, что роль у Эдны такая же, как у них с отцом в игре, но теперь понимал, что это не так. Без возможности увидеть блюдо целиком она ничем не отличалась от остальных камешков. Может быть, только размером, цветом и более выгодной позицией. Но сути это не меняло.