— И я! — поддержала Извекова.
— Ну, Ира, погоди! Всегда ты бузу затеваешь! — заскрипела зубами Комова и закричала: — Михаил Георгиевич, они слезать отказываются!
— Так понравилось? — засмеялся режиссер.
— Нет, они говорят, что обратно не полезут.
— Ну, так придумайте что-нибудь, Светлана Ивановна! Вы второй режиссер или кто? — недовольным тоном бросил мэтр.
Комова забегала от одних козел к другим. В конце концов ее послушались все, кроме Львовой, Загурской и Извековой.
— Михаил Георгиевич… Комова… — поморщившись, проговорила Чекалина. — По-моему, пора избавляться от этой дуры. Она же ни на что не способна. Курица какая-то.
— Стареет, стареет Светлана Ивановна, — поджал губы режиссер. — Мне все-таки не хотелось бы… Мы долго работали вместе.
От внимания Виктории Викторовны не ускользнуло то, что он колеблется. Видимо, ему тоже надоела бестолковая суетливость Комовой. Она была хорошим ассистентом по актерам, второй же режиссер из нее явно не получился. Однако Михаил Георгиевич обладал пакостным характером, о чем на студии знали абсолютно все, его не любили и работать с ним никто не хотел. В этом и заключалась причина, по которой он пошел на эксперимент — сделать Светлану Ивановну вторым режиссером. Эксперимент не удался.
— И все-таки, — тонко улыбнулась Чекалина, — ввиду производственной необходимости…
— Ну разберитесь же, Светлана Ивановна! — заорал режиссер. — Ищите кандидатуру, Виктория Викторовна. Потом обсудим.
— Кажется, я уже нашла.
— Что? Что, Егор? — переспросил Михаил Георгиевич. — Снимешь всех на самом низком топчане? Поступай как знаешь, мне надоел этот балаган. Тоже мне забастовщицы!
Выходившая из бухгалтерии (которая одновременно являлась кабинетом директора) Ирина нос к носу столкнулась с Чекалиной.
— Ирина Леонидовна, вас-то мне и надо.
Ира убрала в сумочку полученные деньги и взглянула на директрису:
— Слушаю вас.
— У меня есть предложение. Давайте-ка отойдем в сторонку?
— Пожалуйста.
Женщины уселись на стулья в вестибюле возле лестницы и достали сигареты: Ирина — ленинградский «Пегас», Виктория Викторовна — «Винстон».
— Что вы курите всякую дрянь? — улыбнулась Чекалина, протягивая Ире свою пачку. — Берите.
— Благодарю, но я курю только советские.
Чекалина улыбнулась еще шире:
— Привычка — вторая натура. Итак, вы человек прямой, так что сразу приступим к делу. Как вы отнесетесь к предложению попробовать себя в, так сказать, иной роли?
— Вы хотите предложить мне сниматься в другой картине? — удивленно подняла брови Ира.
— Нет. Я хочу предложить вам должность второго режиссера. Комова всех утомила своей бестолковостью…
— Вот как? — Глаза Львовой сузились.
— Так что вы мне ответите?
— Нет.
— Почему? — подняла соболиную бровь Чекалина.