— Разумеется, — сказал Костя. — Пускай ваш Дуглас едет с профессором — мы найдем вашего отца без его помощи.
Вероника поняла и оценила ревность. И засмеялась. Мелодично, серебряно, только она так умела.
— Мы с ним не близки, — сказала она. — У Дугласа свои интересы, у меня свои.
— Разве он вам не жених?
— О нет! Он неравнодушен ко мне, но ведь для того, чтобы быть женихом и невестой, надо иметь взаимные чувства.
Вероника замолчала, долго смотрела в землю, думала. Костя любовался ее профилем и не смел прервать ход ее мыслей.
— Я должна вам признаться, — голос ее дрогнул, — потому что вы внушаете мне доверие. — Вероника сглотнула слюну. — Этой ночью на пароходе…
— Что? — Костя боялся признания, но и ждал его.
— Этот человек пытался овладеть мною. Вы понимаете?
— Он напал на вас?
— Мне стоило огромных усилий отразить его нападение.
— Я его убью!
— Он не стоит вашего внимания. Они помолчали.
— Расскажите мне о своем отце, — попросила Вероника. — В нем есть первобытная сила.
Костику вопрос не понравился. Вопрос означал, что в Костике такой силы нет.
— Он совсем необразованный, — сказал Костик.
— А разве это важно?
Они не слышали, как подошла Ниночка. Она подошла, потому что надеялась, что Кости с Вероникой на колоде нет. Это было бы слишком ужасно. И когда она увидела их, плечом к плечу, поглощенных интимной беседой, в ней буквально сердце оборвалось. Она стояла и не смела двинуться с места.
И неизвестно, сколько бы она стояла, если бы не твердые шаги Дугласа, который также был неспокоен и незаметно пошел вслед за Ниночкой, догадавшись, что она будет разыскивать Костю.
Дуглас нарушил спокойствие ночи, сказав громко:
— Вероника, тебе пора спать.
Голос Дугласа был хорошо модулирован, как голос большого концертного рояля.
Вероника вскочила, словно ее поймали на месте преступления.
— Иду, — сказала она. И добавила после короткой паузы: — Костя рассказывал мне о местной жизни.
— Я видел, — сказал Дуглас.
Вероника пошла к Дугласу, а Костя, который только что намеревался вызвать Дугласа на дуэль или растерзать его голыми руками, так и остался стоять у колоды.
Вероника и державший ее за локоть твердыми пальцами Робертсон растворились в синей мгле, а Ниночка осталась. И Костя увидел ее. Она ни в чем не была виновата. И еще вчера Костя мечтал о ее объятиях. И в мгновение ока все трагически изменилось — Ниночка на глазах теряла его. И была ввергнута в пучину ужаса.
— Что тебе надо? — грубо спросил Костя. Он сейчас был зол на Ниночку за то, что подглядывала и присутствовала при его унижении.
— Я нечаянно, — сказала Ниночка. — Я просто гуляла… Она повернулась и побежала прочь.
И Косте стало еще противнее, потому что он был добрым человеком и не хотел никого обижать. Но как только ему встретился идеал, со всех сторон прибежали люди, которые были этим недовольны и хотели разлучить его с идеалом.