Eques (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 1. Месть

Шамаил все еще не поднимал голову с рук, и слова его лились все тем же потоком, перемежаясь периодически глотками чая. Мы завороженно слушали, не часто удавалось узнать столь подробно истории из этого мира.

Беовульф рванул фонтаном огня из кормы и из башни, разбрасывая осколки на большую площадь. Изнутри раздались вперемешку мужские и женские крики боли, которые, впрочем, почти моментально затихли. Одного из наших зацепило осколком, и он, хрипя, рухнул на землю. Игорь тоже лежал не двигаясь, нижней части лица у него практически не было. Затем изнутри раздался треск, как будто что-то рухнуло, и пламя заревело с новой силой. Мы взяли на прицел останки бронемашины, хотя было непонятно, как можно уцелеть в этом взрыве и пожаре. Но тут пылающие края брони раздвинулись, и на нас выдвинулась облитая пламенем фигура в силовой броне.

Что можно противопоставить человеку в силовой броне? До сегодняшнего дня я был уверен, что только другого человека в силовой броне. Или крупный калибр. Силовой брони у нас не было, зато был 14.5 мм пулемет Викинг на пикапе. И даже стрелок за ним, когда-то служивший в армии и умеющий обращаться с этой дурой. Пока мы разбегались и занимали позиции для стрельбы, Вим навел на пылающую фигуру ствол пулемета и открыл огонь. Вот только оператора брони уже не было там, куда смотрел стрелок. Он весьма резво ускорился, и побежал к пикапу, на ходу сбивая с себя пламя и вытягивая из кобуры пистолет.

На этих словах мэр явно рефлекторно погладил ствол у себя в кобуре, из чего я сделал вывод, что пистолет этот тот самый, гаусс модели RC7, который я видел при знакомстве с ним у дверей кабинета. Любопытно, как шесть гражданских сумели завалить человека в силовой броне, Вооруженного этой игрушкой. Они должны быть как минимум крайне незаурядными бойцами, или же — очень везучими. Но послушаем дальше историю, она все любопытнее, хоть и не подошла до сих пор к сути — что такое Пуща.

Наш пулеметчик успел все же перевести прицел, и даже попасть пять или шесть раз в человека в броне, прежде чем тот дважды нажал на спуск. Первый снаряд разнес в клочья затворную раму пулемета, и вбил ее куски Виму в лицо. Но, прежде чем он успел даже завалится назад, второй сделал в его груди сквозную дыру, подбрасывая тело вверх и выкидывая его из кузова пикапа.

Нас оставалось пятеро, и шансы на успех были мизерными. Мы все равно открыли огонь по нему, но пули просто отскакивали от брони. А лазерные импульсы оставляли лишь небольшие подпалины. Сейчас я понимаю, что нужно было бить по уязвимым местам, и все могло получится, но в тот момент мы панически разряжали в него магазины, не думая вообще ни о чем.

Как будто красуясь, он медленно разворачивался к нам. В тот момент, когда голова еще одного моего товарища практически исчезла после попадания из пистолета — нервы у всех не выдержали, и мы побежали. Единственным укрытием казалась лишь Пуща, так что все, не сговариваясь, ринулись внутрь. Человек в броне успел подстрелить еще одного моего товарища, Игана — но не смертельно — снаряд прошел по касательной. Правда, он вырвал Игану кусок мяса из щеки и попал в бетонную стенку, породив кучу острых как бритва осколков, воткнувшихся в лицо и свежую рану. Но ужас работал, как лучшее обезболивающее, и тот бежал чуть ли не быстрее нас всех.

За воротами с пылающим БТРом был небольших размеров дворик, в углу которого находилось невзрачное здание, в данный момент занимающееся неярким пламенем. Видимо в него угодила одна из ракет. Из дворика вело несколько стеклянных дверей, ни одна из которых в данный момент не была цела — что-то разбили осколки, что-то попадания из пушки и пулеметов, а что-то рухнуло после взрыва ракеты. Мы заскочили в ближайшую, потому что сзади уже слышалось скрежетание брони БТРа — похоже, что преследователь не планировал оставить нас в покое, и твердо вознамерился покончить с теми, кто поставил крест на его планах.

Я был почти уверен, что человек в броне — это сам Кэнон, но узнать это точно можно было, только убив его и сорвав шлем с головы. А как это сделать, если наши пули не оставляют на нем даже серьезных царапин? Похоже, что подобная мысль пришла в голову и всем остальным из нашей группы, потому что все заозирались вокруг. Прямой коридор с множеством дверей с надписями лаборатория. И табличка, указывающая на лестницу под потолком — все, что было тут. Ни укрытия, ни оружия, ни возможности спрятаться — двери и стены стеклянные, внутри — просто административные помещения. Оставалось лишь бежать вперед, рассчитывая спустится по лестнице и затеряться где-то ниже.

До лестницы нам оставалось еще десяток шагов, когда от входных дверей раздался свист гаусса, и бежавший первым парень упал. О его тело запнулся бежавший вторым, а я просто перепрыгнул кучу малу и практически рыбкой нырнул в двери пожарной лестницы, скатываясь на спине по ступеням. За мной следом вбежал Иган, а последнего в двери уже внесло прямым попаданием в спину. Снаряд вышел через таз, и парень засучил конвульсивно ногам, крича от боли. Единственным гуманным решением было бы пристрелить его, но у нас не было времени на это, так что я просто устремился вниз по лестнице, а Иган несся следом за мной. К этому моменту половина его лица, залитая кровью, целиком распухла, закрывая его глаз. Может оно и к лучшему, потому что один из осколков бетона торчал точно в этом самом глазу, вызывая у меня рвотные позывы. Сам Иган похоже, пребывал все еще в шоке, так как не чувствовал боли.

—Шам, мы от него не убежим. Надо заманить урода на третий уровень, там стоят чаны с крайне агрессивными формами водорослей фагоцитов. Их вывели как способ борьбы с громадным перепроизводством пластика, но пока что эксперименты оказались не слишком успешными, они жрут вообще все углеводородные соединения.

— А ты то откуда это знаешь?

—А это я их разрабатывал. Ты что, забыл, что я биолог?

—Да я и не знал никогда, мне было не интересно.

—Ну вот теперь знаешь. Мы тут много чего разработали, на третьем и четвертом уровнях. Того, что не должно бы по-хорошему попасть наружу. Но тут боюсь уже поздно

—В СМЫСЛЕ?

—Если ты не заметил, то резервная внутренняя подстанция этого комплекса горит во дворе.

—Да какой идиот ее там разместил?

—Тот, который считал, что генераторное помещение не нужно месту, находящемуся на двух дублирующих контурах электроснабжения — из столицы и из Тарента. Вот только тарентскую линию отрубил ублюдочный Кэнон, типа для экономии городских ресурсов. А столичная не работает уже месяц, после введения в столице военного положения. Так что тут ресурсов — пока не сядут аккумуляторные батареи, а после — я бы не совался сюда и в округу ни за какие коврижки…тут будет дикий сад. Времени у нас — часа три-четыре. Я очень надеюсь, что большая часть того, что тут живет — просто сдохнет от внешних условий. Но не факт, жизнь вообще крайне приспособленческая штука.

— Погоди, а где тут большая красная кнопка самоуничтожения?

— А нет тут таковой, это ж не военный объект. Ни вирусов, ни патогенов, чисто исследования флоры, направленные на экологическую нишу и производство пищи.

— А тогда откуда тут опасные образцы то?

—Ну, а об этом лучше спроси начальника комплекса, доктора Стивена Мартена, если когда-нибудь встретишь его. Он эвакуировался через три часа после сообщения о дне D, уму положено место в правительственном исследовательском центре, защищенном по последнему слову военной техники. Улетая отсюда, он даже не озаботился приказом о свертывании исследований, так что не думаю, что кото по собственной инициативе что-то тут уничтожил.

—Ладно, тогда каков план?

—Смотри, на третьем уровне есть два места, где мы скорее всего прикончим урода. Вариант один я тебе уже озвучил, второй — это более плохой, но гарантированный. В лаборатории н-305 есть крайне любопытная разработка. Растение-паразит, способное размножаться на любой органике, весьма стойкое к любым внешним условиям. Цель разработки — утилизатор для перспективного космического корабля Кентавр, думаю уж об этом уже слышал каждый. Первый прорыв к соседней звезде, все дела. Так вот — там будут проблемы при удалении отходов жизнедеятельности космонавтов, так как в гиперпространстве им предстоит провести год, то удалять, пардон, говно — некуда. Вот у нас и велись опыты по выведению универсального поглотителя. Эти к сожалению — неудачный опыт, они не только копрофаги, но и вообще фаги чего угодно, еще и бешено плодящиеся. Но военные заинтересовались результатом. Так что он был сохранен в заморозке. Так вот. Если ты сумеешь донести даже одну молекулу до этого чувака — он труп. Гарантированно. Только через некоторое время. Лаборант, подцепивший случайно одну частицу этой дряни — умер очень плохо, через шесть часов. Его выжгли огнеметами, а место выжигания заварили и изолировали от остального комплекса. Так что допустить, чтобы после контакта с дрянью кто-то отсюда вышел — нельзя, понимаешь? Тот, кто возьмет ампулу и откроет — должен остаться в лаборатории.

— Тогда давай попробуем все-таки прикончить его с помощью первой комнаты. Что там внутри? Приборы, автоклавы, пара хранилищ культуры. Для впрыскивания на субстрат используются такие здоровенные распылители. Моя идея в том, что эту дрянь надо бы закачать в два распылителя, и попробовать обдать броню ими. По идее — бактерии прожрут моментально почти все кабели, сочленения и прочее. Превратив его в стальную статую, с нерабочими сервоприводами и неподвижную. Но черт его знает, культура реально крайне экспериментальная. И не всегда работает так, как надо.

—Ну, теперь у нас есть план. А лестница как раз кончилась.

В тот же миг, когда я это произнес, над нашими головами раздался протяжный даже не крик, а вой человека, которого смертельно пытают. А потом странный чвяк, и через пролет прилетел, разбивая голову, труп парня с развороченным тазом, только теперь совсем без ног — похоже, его просто разорвали на пополам и швырнули вниз верхнюю часть. Причем делали это медленно, чтобы он заорал от боли.

И это не проявление изощренного садизма, это чистая прагматика. Кэнон вообще человек без особых эмоций, и просто так он бы не стал тратить время на причинение мук раненому — это задерживает его спуск вниз. Он нас запугивает, а значит — чего-то все же опасается. Возможно, взрыв или пулемет все же повредили силовую броню, и он уязвим. И хочет, чтобы мы бежали, не помыслив даже о сопротивлении, и прятались. А дальше он нас выследит и прикончит, не приближаясь. Хрен ему во все рыло. Ща мы прикончим поганого ублюдка, а потом выйдем отсюда. Приведем из города бульдозеры, и бетономешалку. Зальем к чертовой матери вход, и завалим его обломками бетона, чтобы ничто не смогло выйти из лаборатории. И будем эвакуироваться, наверняка в соседней, Галерской области, где находятся производственные комплексы и военные базы — сумели справится с этой напастью, и согласятся принять беженцев с детьми.