Исцеление Вечностью: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Александр положил трубку на рычажки, покосился на смотревшего на него с насмешкой Булата, на отвернувшуюся к окну Светлану, вздохнул:

— Ну вот я снова остался без корреспондента!

И сам стал набрасывать на бумаге вопросы к бизнесмену, о котором ему так не хотелось писать…

Повозка быстро несла римлян к порту.

— Вот, мы направляемся в Антиохию, — сказал Альбин. — А ведь это, между прочим, город, в котором христиане, еще при императоре Клавдии, впервые стали называться христианами. И еще родина апостола Луки, который, кстати, написал в своем Евангелии о том, как в субботу Спасителю случилось проходить засеянными полями, и ученики Его срывали колосья и ели, растирая руками…

— Как еще один евангелист? — удивился Клодий. — Сколько же их всего?

— Много. Но авторитетно признанными самими апостолами и духоносными мужами являются только четыре.

— И что этот апостол сказал такого, чтобы я мог еще удивиться?

Альбин посмотрел на него и, подумав — говорить или пока не говорить это, решился: скажу!

— Однажды Иисус Христос рассказал такую притчу: «У одного богатого человека был хороший урожай в поле; и он рассуждал сам с собою: что мне делать? Некуда мне собрать плодов моих? И сказал: вот что сделаю: сломаю житницы мои и построю бо̀льшие, и соберу туда весь хлеб мой и всё добро мое, и скажу душе моей: душа! Много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись. Но Бог сказал ему: безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил? Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет».

Альбин покосился на Клодия — не скажет ли он ему что? Но тот напряженно молчал.

И тогда Альбин продолжил:

— Возможно, ты спросишь, как можно было тому богачу, имевшему столько грехов, попасть в Небесное Царство?

Клодий метнул на Альбина такой взгляд, будто тот прочитал его потаенные мысли, но снова промолчал.

И Альбин продолжил:

— Ну, о том, как в Бога богатеют, ты слышал недавно от Диомеда. А что касается множества грехов, при правильном, то есть покаянном отношении к которым можно не только не погибнуть, но наоборот, спастись, в Евангелии от апостола Луки на этот счет есть вот что… Однажды некто из фарисеев просил Иисуса Христа вкусить с ним пищи. Господь пришел к нему. Узнав об этом, пришла и женщина того города, которая была грешница. Принеся с собой алавастровый сосуд с маслом, она стала обливать ноги Иисуса Христа слезами и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его и мазала миром. Увидев это, фарисей подумал, что если бы Христос был пророком, то знал бы кто и какая женщина прикасается к Нему и не позволил бы ей сделать это.

Альбин, убедившись, что Клодий не только слушает, но и слышит, стал говорить, припоминая слова самого Евангелия:

«Обратившись к нему, Иисус сказал: Симон! Я имею нечто сказать тебе. Он говорит: скажи, Учитель. Иисус сказал: у одного заимодавца было два должника: один должен был пятьсот динариев, а другой пятьдесят, но как они не имели чем заплатить, он простил обоим. Скажи же, который из них более возлюбит его?»

— Что тут сложного? Конечно же, тот, кому он простил больше! — впервые за долгое время нарушая молчание, удивился Клодий.

— Вот так же приблизительно ответил и Симон, — кивнул Альбин. — И Господь сказал ему, что правильно он рассудил. «И, обратившись к женщине, сказал Симону: видишь ли ты эту женщину? Я пришел в дом твой, и ты воды Мне на ноги не дал, а она слезами облила Мне ноги и волосами головы своей отерла; ты целования мне не дал, а она, с тех пор как я пришел, не перестает целовать у Меня ноги; ты головы Мне маслом не помазал, а она миром помазала Мне ноги. А потому сказываю тебе: прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много, а кому мало прощается, тот мало любит».

Альбин сам немного помолчал и добавил:

— Вот видишь, есть надежда всем кающимся грешникам. Но имеется и одно важное условие для прощения грехов.

— Какое? — глухо спросил Клодий, и Альбин ответил:

— Чтобы тебе отпустил их Господь, ты сначала сам должен спасти всех. Ибо Он сказал: «Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте и прощены будете…» И более того, прямо сказал: «Когда ты идешь с соперником своим к начальству, то на дороге постарайся освободиться от него, чтобы он не привел тебя к судье, а судья не отдал тебя истязателю, а истязатель не вверг тебя в темницу. Сказываю тебе: не выйдешь оттуда, пока не отдашь и последнего кодранта!»

— Стой! — услышав это, неожиданно приказал вознице Клодий.

— Что с тобой? — вопросительно посмотрел на него Альбин.

— Кажется… у меня есть такой должник! — медленно проговорил тот и уже уверенно добавил: — Я оставил его в Пафосе!

— Ты имеешь в виду келевста?

— Да! — кивнул Клодий и попросил: — Слушай, Альбин, возьми сколько угодно денег, купи, не торгуясь, самую быструю повозку, которая нам сейчас встретится — морем тебе туда все равно не прорваться — и мчи на ней в Пафос! Передай градоначальнику — он меня хорошо знает и немало должен мне, чтобы выпустил из тюрьмы келевста!

— А дальше? — уточнил Альбин.