— Твоя шлюха? — грубо спросила девушка, после чего Мая, которая уже выжидала момента тишины, чтобы представиться, незамедлительно растерялась и смутилась.
Фан Линь вздохнул, поднялся на ноги и сдержанно ответил:
— Нет, моя ученица.
— Ученица? — Фан Минюэ вскинула свою сверкающую бровь. Она ещё раз присмотрелась к Мае, теперь более внимательно, отчего по спине юной девушки пробежал холодок, и снова обратилась к Фан Линю:
— Зачем тебе ученица? У тебя нет больше...
Нет больше культивации, — было сказала девушка, как вдруг осеклась. Она присмотрелась к мужчине, и в её глазах мелькнули нотки лёгкого удивления. Всё потому что она заметила вокруг его дряхлого тела нежные дуновения ветра Ци. Совсем капельку, так что ни один культиватор на стадии ниже Дао Сердца вряд ли бы мог их обнаружить, но всё же — это было Ци. А значит мужчина был культиватором. Девушка опешила.
Фан Линь в свою очередь всунул руки в карманы и ответил расслабленным тоном:
— Да вот, умираю, так решил передать что умею.
— Умираешь? — сразу же девушка пришла в себя и слегка нахмурилась.
Фан Линь кивнул и взялся за очередной рассказ. Мужчина уже заранее подготовил краткое объяснение перемен со своим телом, не то что бы лживое, но лишённое всех ненужных подробностей. В своём пересказе Фан Линь обнаружил одно особое драгоценное сокровище, которое временно вернуло ему способность культивировать, но лишь до определённого предела. К тому же оно заодно покоцало его жизненные силы, так что жить ему оставалось чуть меньше года. — А если быть конкретней, двести сорок один день, — добавил Фан Линь, с возможностью немного продлить этот срок, если мужчина добьётся успеха в культивации.
Ну а на эту луну он прилетел потому что здесь было необходимое ему Ледяное Ци.
Фан Минюэ послушала мужчину, и глаза девушки сверкнули неизъяснимым светом, как будто она сама не знала, что обо всём этом думать; в итоге она просто кивнула.
— Поступай как знаешь, это твоя жизнь. Можешь оставаться, но сейчас уходи. Я хочу побыть с ней наедине.
— Не вопрос, — кивнул Фан Линь. Он опустил руку на плечо Мае и повёл юную девушку за собой на тропинку.
— Мать искала тебя, — вдруг окликнула его Фан Минюэ.
Мужчина остановился, немного механически кивнул и пошёл дальше. Девушка проводила его взглядом до поворота; потом она ещё немного постояла на месте и присела. Фан Минюэ взглянула на нежное, спокойное личико своей сестры в ледяном гробу и выдохнула...
Двести сорок один день... Меньше года, — подумала девушка, — меньше года...
— Идиот, — прошептала Фан Минюэ и сжала зубы.
Потом она постепенно расслабилась и снова засмотрелась на девушку в гробу, одновременно вспоминая о чём-то. Прошло несколько секунд. Фан Минюэ повернулась к тропинке среди зарослей подсолнухов, на которой скрылись Фан Линь и Мая, и прошептала:
— Он привёл сюда другую женщину...
Светлые зубы девушки вдруг прокусили её верхнюю губу; на ней набухла кровинка, которая стала стремительно скатываться вниз, пока девушка не слизала её языком. Затем она едва-едва приоткрыла свои губки, демонстрируя покрытые кровью зубы, и странно улыбнулась:
— ...Идиот.
Меж тем Мая и Фан Линь шли по узкой тропинке. Юная девушка следовала за мужчиной, переставляя по каменным пластинам ножки, и совершенно не обращая внимания на пестрящие вокруг цветы; она переступала через их корешки, разросшиеся на тропинку, через опавшие лепестки, и всё думала, как же сломать лёд, завести разговор после такого? В итоге, так вот мявшись, девушка ничего придумать не смогла, и заговорил уже сам Фан Линь — сразу же Мая вздрогнула, потому что мужчина обратился к ней на удивление серьёзным и строгим голосом:
— Не приближайся к ней.
— А? Мастер, вы...
— Я про Фан Минюэ; сторонись её, — хмуро сказал Фан Линь, и только пару шагов спустя разъяснил растерянной девушке:
— У неё... Особенное телосложение. Из-за него она может, скажем так, не контролировать себя. Обычно она держит себя в руках, но тут... Сама понимаешь, ей это сложно, — качнул головой мужчина. Мая сразу же кивнула.
У самого же Фан Линя в это время всё ещё громко стучало сердце в груди.
На самом деле «немного странно» в отношении поведения Фан Минюэ во время её приступов было тем ещё преуменьшением. Прямо сейчас мужчина обливался потом из-за пламенной пилюли, но если бы не это, он бы всё равно вспотел до нитки от напряжения; по красным ореолам в глазах девушки Фан Линь заметил, что та была почти на грани очередного своего помешательства. Благо мужчина более или менее умел с ней обращаться в такие моменты, — он не попытался сбежать, но занял девушку разговором и только потом стремительно ретировался.
Если бы не его смекалка, всё могло бы обернуться очень худо...