Разведчик, штрафник, смертник. Солдат Великой Отечественной (издание второе, исправленное): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Тренировки велись на полигоне, что находился на берегу Севастопольской бухты. После недели занятий с морским офицером их шлюпка приняла участие в больших состязаниях.

Как это ни странно, но Григорий и его боевые товарищи добились большого успеха. Благодаря прекрасной физической форме они компенсировали недостатки корявой техники гребли и обогнали всех участников гонки.

Неожиданно для всех окружающих, их шестивесёльный ялик занял первое место, и сухопутные парни стали вдруг чемпионами на дистанции в один километр. За такую победу, команду тотчас наградили почётной грамотой, украшенной якорями и красными флагами. В ней выражалась благодарность от имени командующего Черноморского флота.

Чуть позже, намечались соревнования по плаванию в море вдоль крымского берега. Григорий очень любил искупаться в великой русской реке и чувствовал себя в водной среде, не хуже моржа или, скажем, тюленя. Поэтому, парень решил поучаствовать в таких состязаниях.

Потом боец понял, что поступил весьма опрометчиво. Выяснилось, что все расстояния в гонках совершенно невероятной длины — от пятнадцати до тридцати километров.

Так уж случилось, что парень ни разу не плавал на такие большие дистанции. Раньше, когда он обретался в Самаре, он легко перемахивал через привольную Волгу и, не давая себе отдохнуть, возвращался обратно.

В те времена, ширина русла у города не превышала шестисот с чем-то метров, а это значительно меньше, чем нужно пройти по регламенту. Однако отказаться от марафона оказалось уже невозможно. Пришлось Григорию снова отправиться к Чёрному морю.

В Севастополе никто не спросил у бойцов о степени их подготовки. Мол, раз приехал по приказу начальства, значит к чемпионату готов. Без всяких вопросов, группу пловцов посадили на катер, отвезли на сто метров от берега и дали команду:

— На старт! Внимание! Марш!

Григорий нырнул с невысокого борта. К своему удивлению, он немедленно вылетел из глубины на поверхность воды. Выяснилось, что солёное море поддерживало крепкое тело значительно лучше, чем пресные реки Самарской губернии.

Парень облегчённо вздохнул и сказал сам себе: — «Выходит, что я начну уставать много позже, чем дома. Глядишь, мне повезёт, и я доберусь до ближайшего финиша.

Боец сразу понял, что не стоит рваться вперёд, а нужно распределить свои силы на всю большую дистанцию: — «Главное, сейчас не частить и держаться в общей команде, а там будет видно».

Григорий совсем успокоился и направился вслед за матросами, что находились чуть впереди. Судя по их поведению, они замечательно знали традиционный маршрут. Скоро парень подстроился под медленный ритм, в котором плыли спортсмены, и потянулись часы монотонной работы.

Группа плыла вдоль прекрасного побережья южного Крыма, но Григорий не видел почти ничего. Парень следил лишь за головой моремана, к которому прицепился в кильватер.

Так он и плыл, постепенно теряя чувство пространства и времени. Все мысли куда-то исчезли. Осталась одна короткая фраза, что постоянно вертелась в мозгу: «Главное, не отстать от ведущего».

Сколько тянулись соревнования, Григорий не помнил. Вдруг, его онемевшие пальцы наткнулась на дощатый бок шлюпки, Лишь после этого, он осознал, что, наконец-то, достиг первого финиша.

Боец прекратил двигать конечностями. Лежа в солёной воде, парень замер пластом. Сил у него хватало только на то, чтоб иногда поднимать голову над поверхностью моря и делать продолжительный вдох.

Матросы флотского ялика тотчас перегнулись через низенький борт. Они подхватили парня под мышки и, как тряпичную куклу, втащили в лёгкое судно. Затем, посадили Григория на широкую деревянную лавку, укрыли его одеялом и сунули в руки железную кружку, полную горячего чая.

Только тогда парень понял, что жутко замёрз. Стараясь согреться, как можно скорее, он стал торопливо прихлебывать крепкий напиток. Минут через пять, боец осознал, те слова, что ему сказали матросы.

Выяснилось, что в плавании на пятнадцать км он занял третье почётное место, за что был отдельно отмечен высоким начальством. Так он получил ещё одну почётную грамоту, на этот раз, персональную.

После триумфа Григория прошло несколько дней и всё в советской стране вдруг изменилось. Счастливая мирная жизнь внезапно закончилась, и началась та война, которую позже навали Великой Отечественной.

Глава 2. Начало войны

22 июня 1941 года, в 4 утра, без объявления войны, фашистская Германия и её сателлиты напали на СССР. В 4 часа 6 минут начальник штаба Черноморского флота контр-адмирал Иван Дмитриевич Елисеев взял на себя большую ответственность. Он поднял трубку у телефона и отдал команду своим подчинённым:

— Открыть огонь по немецким самолётам, которые оказались в воздушном пространстве страны.

Своим своевременным и точным приказом он навечно вошёл в историю нашей державы. Это был самый первый вооружённый отпор, данный нацистам, вторгнувшимся в Советский Союз.

Ещё через десять минут, данное распоряжение достигло той воинской части, в которой служил Григорий Степанов. Офицер, что был на дежурстве, принял телефонограмму из штаба и дёрнул электрорубильник, что висел над столом. Над степью послышался прерывистый вой воздушной тревоги.

Спящие в палатках, бойцы вскочили с металлических коек. Одевшись за сорок с чем-то секунд, они дружно рванулись к местам, предписанным службой. Григорий выхватил из «пирамиды» свою трёхлинейку и побежал к пункту сбора.

Там их встретил молодой лейтенант, командир охранного взвода. Так же, как все пехотинцы, он застёгивал пуговицы на полевой гимнастёрке и поправлял каску с ремнём. Потом, пришёл капитан, замначальника аэродрома. От него солдаты узнали, что началась война с фашистской Германией.

Парень стоял в плотном строю и смотрел на широкое поле. То, что Григорий увидел, напоминало ему муравейник во время пожара. Надевая на ходу шлемофоны, молодые, целеустремлённые летчики торопливо бежали к боевым самолётам.

Сосредоточенные, пожилые механики и такие же оружейные техники уже суетились вокруг лёгкокрылых машин. Они проверяли мощные двигатели и очень сноровисто грузили боезапас.