Разведчик, штрафник, смертник. Солдат Великой Отечественной (издание второе, исправленное): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Оставаться на данной позиции, значит, погибнуть, как боевые друзья, либо попасть в плен к врагам. И ещё неизвестно, что из этого хуже. У парня имелся единственный выход — постараться удрать от немецкой пехоты и, каким-нибудь образом, дойти до советских частей.

Схватив свою трёхлинейку, Григорий пригнулся и побежал по окопу. По какой-то причине, боец очень старался, не наступать на тела убитых товарищей. Как будто от этого, им стало бы хуже, чем раньше.

Скоро он выскочил к месту, где траншея почти примыкала к маленькой балке, уходящей к реке. Парень рывком рванулся наверх, перекатился по ровному месту и тут же нырнул в мелкий овражек. Там он поднялся на ноги и проскочил по дну узкой лощины до самого берега старицы.

В устье промоины парень наткнулся на старое небольшое кострище. Рядом с кучкой золы виднелись части скелета барана. Все они были чисто обглоданы и выбелены непогодой и солнцем.

Среди бренных останков Григорий заметил пустотелые берцовые кости. Причём, у них напрочь отсутствовали суставные головки. Скорее всего, когда-то давно, здесь разводили огонь пастухи.

Как и положено на долгом привале, они зарезали одно их животных, тут же сварили и съели вкусное мясо. Потом, отбили концы у мослов и вытряхнули из них костный мозг, проглотили вкусный продукт, а всё остальное швырнули на землю.

Не зная, зачем это делает, солдат на ходу подхватил два этих обломка и помчался вперёд. Оказавшись в устье овражка, Григорий напряжённо прислушался. Шум боя воюющих армий стал постепенно стихать.

Значит, скоро фашисты подойдут вплотную к окопам и убедятся, что все красноармейцы мертвы или ранены так тяжело, что не могут стрелять. Они начнут прочесывать местность и искать уцелевших бойцов: «Так что мне нужно спешить», — подумал Григорий. Он повертел головой и осмотрелся вокруг.

Ложбинка дотянулась до подошвы откоса и вышла на плоский берег заиленной старицы. Судя по внешнему виду промоины, по ней, в дождливый сезон стекали осадки, идущие с неба.

Поток двигался вниз и, набрав приличную скорость, каждый раз разрывал высокую стену камыша и рогоза. У устья маленькой балки возник скромный заливчик. Там, край травянистой степи упирался не в заросли, а полого спускался прямо к воде.

Справа послышался треск коротких фашистских винтовок и экономные автоматные очереди. Григорий повернул на звук голову и увидел красноармейца, который мчался к реке.

В спину несчастного парня ударили пули. Он вдруг споткнулся и, пытаясь сохранить равновесие, пробежал ещё пару метров. Затем, упал лицом в пыльную землю и безвольно затих.

Григорий чуть приподнялся над густой пожелтевшей травой. Парень увидел группу немецких солдат. Они шли редкой цепочкой и прочёсывали берег неширокого ерика.

Слева прозвучала пальба и тотчас прекратилась. Потом всё повторилось, но уже с другой стороны. То в одном месте, то в другом, раздавались одиночные выстрелы, кое-где, им вторили «шмайсеры». Иногда слышался взрыв немецкой гранаты.

«Ждать больше нельзя, — мелькнула мысль у Григория. — Скоро фашисты сойдутся возле этой ложбинки и пристрелят меня, как собаку».

Солдат скинул полупустой истрёпанный сидор и бросил на землю разряженную трёхлинейку. Затем поднял к глазам и изучил берцовые кости барана, что подобрал у костра. Только сейчас боец осознал, для чего он их подхватил? Всё дело в том, что едва их парень увидел, как подсознательно сразу решил, нужно использовать эту находку в качестве дыхательной трубки.

Первым делом, боец осмотрел тот пустотелый мосол, что был длиннее другого. Он имел толщину с большой палец руки и достигал двадцати сантиметров. С обеих сторон торчали острые сколы, но трещин в стенках солдат не заметил.

Внутри проходил гладкий канал диаметром с женский мизинец. Второй обломок выглядел тоже неплохо, но оказался очень уж маленьким, чуть более отрытой ладони.

Григорий сунул короткую трубку в нагрудный карман гимнастёрки и скинул потёртый солдатский бушлат. Затем, зажал выбранную кость в правой руке и лёг на живот. Он вжался в мокрую землю и осторожно направился к мутной зеленоватой воде.

Ползя по-пластунски, солдат бесшумно подтягивался на локтях и коленях. При этом, он старался поменьше качать стебли высокой пожухлой осоки. Всё это время, справа и слева слышались звуки вражеских выстрелов.

Почти не дыша от сильного страха, Григорий медленно двигался к старице. Он с ужасом ждал, что фрицы заметят колебания верхушек травы. Раздастся автоматная очередь, и несколько пуль раскалёнными иглами вопьются в него.

Однако, гитлеровцы так увлеклись добиванием раненных красноармейцев в окопах, что не смотрели в сторону узкой ложбинки. Ведь там были комрады, которые шли по пологому берегу.

Две цепочки фашистов оказались метрах в двадцати от овражка. К этой секунде, парень благополучно добрался до узкой реки. Он осторожно сполз в воду по грудь и хотел оттолкнуться ладонями от близкого дна.

Внезапно, оба запястья ушли в толщу холодного ила. Они погрузились в жидкую грязь до самого локтя, но не достигли твёрдой поверхности. Скорее всего, она находилась не так далеко, на глубине не более метра. Вот только, чтобы упереться в неё, пришлось бы спустить ноги в воду.

Григорий с ужасом понял, что если он будет сильно ворочаться, его сразу заметят фашисты, а в таком положении он начинает тонуть. Закинув голову к небу, солдат набрал полные лёгкие воздуха и только затем попытался, извлечь увязшие руки.

Стоило парню потянуть конечности вверх, как его крепкий торс стал увязать в чёрной тине. Мутная вонючая жидкость сначала, поднялась до подбородка, потом до губ, ноздрей и, наконец, достигла уровня глаз.

К счастью Григория, он всё же вырвался из ужасного плена густой жидкой массы. Парень раскинул руки в разные стороны и распластался на зыбкой поверхности.

Боец вспомнил детство в Самарской губернии. Тогда, вот таким самым образом, он чуть не погиб на речной илистой отмели. Григорий вздохнул и начал двигаться дальше, словно лягушка. Загребая всеми конечностями, он стал осторожно перемещаться вперёд.

Слой мутной воды становился всё толще. Григорий чуть приподнялся над отвратительной грязью, и дело пошло значительно легче. Правда, и дальше он не столько плыл, сколько на животе полз по топкому дну.

Отдалившись от берега на несколько метров, парень почувствовал, что здесь стало глубже. Григорий решил, что теперь, ему можно рвануться к противоположному берегу. Тут он увидел, как слева из камышей выскочил какой-то солдат. Красноармеец бешено заработал конечностями и поплыл быстрыми саженками.