Они двое начинают разговор, когда мой отец хлопает меня по плечу.
— Я должен отдать тебе должное, Бекхэм. Я никогда не видел тебя таким счастливым.
Мы вчетвером пробираемся вглубь вечеринки, мои глаза бегают по переполненному пространству в поисках выпивки для нас с Марго.
— Да? — Я спрашиваю. Я легко счастливее, чем когда-либо, и все из-за женщины рядом со мной.
— Это все, что я хотел для тебя — и для твоего брата тоже. Чтобы ты был счастлив. Я рад, что ты нашел это с ней. — Мама настояла на том, чтобы мы все равно пригласили Картера на сегодняшнюю вечеринку, и от него зависит, придет ли он поддержать Марго и меня. Я бы предпочел, чтобы он не появлялся. Ни одна часть меня не желает его поддержки. Мне плевать, что он думает. Я просто не хочу, чтобы он оскорблял мою будущую жену.
Перед нами останавливается официант, улыбаясь Марго и мне.
— Шампанское для счастливой пары? — спрашивает он, предлагая нам хрустальные бокалы для шампанского.
— Абсолютно, — взволнованно отвечает Марго, торопливо выхватывая шампанское из его рук и залпом выпивая.
Я изгибаю бровь.
Она пожимает плечами. — Наверное, я все-таки немного нервничаю.
— Она берет второй стакан у официанта и делает маленький глоток из того, что должно было быть моим стаканом.
Следующий час проносится незаметно. Нас тянут от одной группы людей к другой, отвечая на вопрос за вопросом о том, когда будет свадьба, когда мы планируем завести детей, где планируем провести медовый месяц и обо всем, что между ними. Марго с изяществом отвечает на каждый вопрос. Я внимательно выслушиваю каждый ее ответ, делаю мысленные заметки о том, что она представляет себе на свадьбе, определяю, хочет ли она детей, и даже узнаю, что медовый месяц в тропиках — это не медовый месяц ее мечты. Это долгое путешествие по Европе.
В конце концов, ее друзья оттащили ее от меня. Мы целуемся на прощание, и я говорю ей, что скоро найду ее. Это дает мне время, чтобы поговорить с моими друзьями, с которыми я давно не общался.
Я пробираюсь сквозь группу людей в поисках Марго, когда передо мной останавливается знакомое лицо.
— Какая вечеринка. — Руби Робинсон останавливается передо мной. Я должен был знать, что пресса будет здесь. Но я не ожидал, что человек, являющияся репортером самого популярного сайта сплетен, приедет. Может быть, это было невежеством с моей стороны, что я не ждал ее здесь. Она была той, кто запустил статью обо мне со многими женщинами, которых я брал на свидания в городе.
— Руби, — размышляю я, засовывая руки в карманы. Я должен действовать осторожно, когда разговариваю с ней. Если разозлить ее, к тому времени, как я проснусь завтра утром, она расскажет обо мне обо мне по всему интернету. — Я не ждал тебя здесь.
Она наклоняет голову.
— Это было глупо с твоей стороны. Я бы не пропустила вечеринку по случаю помолвки реформированного плейбоя-миллиардера Манхэттена.
У меня в животе поселилась тревога, когда она насмешливо улыбнулась мне. Она убирает с лица прядь своих светлых волос до плеч и смотрит на меня, ожидая ответа.
— Твоё приглашение, должно быть, затерялось по почте, — лгу я, надеясь ослабить нарастающее между нами напряжение.
Она внимательно наблюдает за мной. Хотел бы я знать, что творится в ее коварном уме. Она что-то замышляет? Скорее всего да. Мне просто нужно убедиться, что все, что она замышляет, сработает в мою пользу.
— Знаешь, ты задел мои чувства.
Живая группа прекращает играть более медленную песню и выбирает более ритмичную. Танцпол заполняется новыми телами, пока Руби и я смотрим друг на друга в битве умов.
Моя рука скользит по моему рту в дискомфорте. — И как это?
— Я думала, что мы были близки. Я полагала, что ты дашь мне шанс первой сообщить новость о твоей помолвке.
— Это произошло быстро.
— А сейчас?
Тон ее голоса заставляет меня нервно сглотнуть.
— Ага. Непредвидел.
Она мычит.