- Если директор Веласкес хочет - его дело. - Поставил точку в этом споре Модест Иванович. - Выполняйте наши указания и держитесь за нашими спинами. Ну, а если вам не повезёт и вас привезут назад в черном мешке - этот не наши проблемы. Ясно?
- Хорошо! - Главный директор Веласкес захлопал в ладоши, обрадовавшись как ребёнок. - Я буду собираться.
- Не опаздывайте! - Кинул ему через плечо Лисянский.
- Не слишком ли вы жестко с ним? - Спросил Янов, когда за главным директором Веласкесом захлопнулась дверь. - Он ведь действительно на редкость гостеприимен и очень хорошо нас принял.
- Не слишком. - Отмахнулся Лисянский. - Поохотиться он видите-ли захотел! Ничего прошвырнётся в марш-бросок по ледяной тундре в минус сто два градуса по Цельсию и, глядишь, подспустит жирок! В сенат он, нахал, захотел!
- Кстати, о птичках! - Профессор обратился к Фросту. - Всё готово, я надеюсь?
- Всё подготовлено по вашему приказанию! - Отчеканил Фрост.
- Ну что ж, и вновь продолжается бой! - Скомандовал Модест Иванович и присовокупил. - Вперед.
***
Плутон действительно был не самой дружелюбной планетой. В день начала операции по поимке ледяного волка, температура упала аж до минус ста семи градусов по Цельсию.
И это было в полдень! То есть когда солнце наиболее хорошо освещает ледяную планету.
Барнабас стоял и глядел на бело-лазоревое небо. Где-то далеко на горизонте светило око одинокой звезды.
Барнабас думал, о том какое их Солнце разное. На каждой планете. Хотя как урожденный землянин, он привык именно к земному Солнцу. Но на каждой новой планете оно было какое-то отличное от предыдущего.
В космической пустоте Солнце выглядело огромной яркой точкой пылающей где-то в далеке. Одной из многих, хотя и более яркой, чем другие. На Луне светило являло собой огромный диско-шар, было это из-за антиионизирующих щитов, что поднимали над Луна-сити, так как Луна по прежнему не имела своей атмосферы, как и магнитного поля.
Впрочем для Луна-сити, который представлял собой, что-то вроде одной огромной дискотеки, пылающей и сверкающей как Новогодняя ёлка тысячами неоновых огней казино и других увеселительных заведений, Солнце в виде диско-шара даже очень подходило.
На Меркурии наша главная звезда выглядела огромным, непомерно раздутым шаром словно стремящимся выжечь всё живое.
Марсианское Солнце было ярко-красным. Впрочем, там всё было с алым оттенком. Небо. Земля. Всё.
Самый нелюбимый цвет Барнабаса. Цвет красной ярости[11].
На Плутоне Солнце являлось беловатым шаром с оттенком холода пронизывающего всю планету.
Барнабас, как и остальные члены экспедиции облачились в бронированные гидроскафандры серебристо-белоснежного оттенка. Иначе столь экстремальную температуру не преодолеть.
Их было шестеро.
Модест Лисянский с неизменным зелёным чемоданчиком и тростью с приделанным на низ шипом. Барнабас Янов. Полковник в отставке Ганнибал Фрост с духовым ружьём за спиной заряженным патронами с мощным транквилизатором.
Главный директор Веласкес с фотоаппаратом. Шофёр и один из специалистов по охране нефтедобывающего комплекса.
Янов окинул взглядом их транспорт. На сей раз это был не громоздкий неуклюжий снегоболотоход, а напоминавший своей формой пулю траспортник, светло-серебряного цвета на полозьях с реактивным двигателем, могущий развить скорость до трехсот десяти километров в час.
Внутри его могли с определённым комфортом расположиться до восьми человек.
Только оказавшись внутри и после того, как все двери были загерметизированны, Барнабас и компания смогли снять шлемы скафандров.
Внутри работала климатическая установка поддерживающая комфортную температуру.
- А куда мы его денем? - Задался справедливым вопросом главный директор Веласкес, окинув взглядом незамысловатую кабину с узкими окнами и парой обтянутых красным дермантином диванов.
- Кого его? - Не понял Фрост.
- Ну его! Волка! Не в бардачок-же положим? Хе-хе!