Войдя в лавку, понял что тут все серьезно: охранник, решетка, отделяющая посетителей от торговца и товара, все прочно и добротно. За прилавком сидел толстенький коротко стриженный мужик с лысиной и усами. "Где-то я такого видел…" мелькнуло у меня в голове, но ничего припомнить не мог. Мужик чистил карабин непонятной конструкции, и на нас внимания не обращал. Я осмотрел витрину: ножи, пистолеты, двустволки и помпухи, как полные так и обрезы, пара винтовок типа как у Бэт, разные оружейные причендалы, патроны разного калибра, выставленные по одному, и самое красивое: пистолет-пулемет, как у охранника бензовоза "гадюк".
Я присмотрелся к ппшке, и система выдала подсказку:
"Пистолет-пулемет. Количество патронов - 40. Редкое оружие".
Да! Точно такой же! Я вытянул руку в сторону пп:
- Вы ппшку продаете?
Продавец отложил карабин и поднял голову:
- Нет. Только показываю.
- Красивый… - вырвалось у меня.
Вот же подлец! Показывает он. Я еще раз осмотрел ассортимент, вздохнул, и вышел. Надо бы к слепому заглянуть. Банду отпустил погулять и развеяться, Лия осталась со мной, а сам я подозвал Зака.
- Зак, у меня кое-что есть для тебя. Точнее не для тебя… - я достал найденную в руинах расческу и дал парню. - Вот, отчисти, и подари Рале, думаю ей понравится. Давай, она тебя ждет.
Парень улыбнулся, повертел расческу в руках и спрятал в карман. Рала стояла около лавки с едой и нетерпеливо смотрела в сторону Зака.
- Потрать пару патронов. - разрешил я ему.
Пацан кивнул и убежал. Кстати, насчет одежды: надо поискать Лие что-нибудь более подходящее для дороги, ее платье уже поистрепалась. Я взял Лию за руку и подвел к одежной лавке. Честно говоря, я расстроился. Ну что я хотел увидеть в дыре, в заднице мира? А тут хоть какое-то рубище есть. Голую жопу прикрыть можно. За прилавком сидела пожилая тетка, у которой на морде было написано "наебу", эдакая типичная базарная баба. Двести лет прошло, тараканы вымерли, а эти - нет. Парадокс.
- Мне нужна хорошая одежда для этой девушки. - сказал я продавщице.
Продавец перестала считать мух, сфокусировала на нас свой взор, и резко переменилась. До этого по табурету растекалась скучающая размазня, но сейчас на меня смотрел хищник, почуявший запах денег. Тетка вспорхнула и стала выкладывать рванину на прилавок.
- Ооо, молодые люди! Это вы удачно зашли! У меня есть вот такие красивые наряды... - перечисляла баба, выкладывая рваные шмотки, и сшитые из лоскутов.
- Я сказал - мне нужна хорошая одежда. - оборвал я не на шутку разошедшуюся тетку.
Она замерла, потом сгребла свои сокровища и бросила в угол, окинула слепую оценивающим взглядом.
- Хорошая, говоришь. Есть у меня хорошая. - хищник показал зубы, чую цена будет неподъемная.
Тетка метнулась в закрома и начала чем-то там шуршать и неразборчиво бухтеть. Спустя три минуты она появилась с ворохом тряпок и стала раскладывать свой эксклюзивный товар. Оказывается, "хорошее" - это не рванина из лоскутов, а довоенная рванина. Раритет! Эксклюзив разной степени сохранности. Мой взгляд сразу упал на штаны-карго зеленого цвета из парусины в очень приличном состоянии, черную футболку, крепкую, почти без дыр, и джинсовую куртку, с воротником, когда-то богато отделанным мехом, но теперь потерявшим былую красоту. И размер вроде похож. Я отложил вещи в сторону.
- Обувь есть?
- Есть. Очень дорого. - ответила баба.
- Неси.
Торгашка улетела и через минуту вернулась с парой кожаных полусапог на шнуровке. Я взял стоящую рядом табуретку, усадил слепую на нее, снял сандали с ног и примерил новую обувь. Подошло идеально. Я отправил Лию и торговку переодеться в выбранные вещи, а сам остался на табуретке ждать.
Вскоре бабы вернулись, и я аж залюбовался. Одежда отлично сидела, видно было, что слепой в ней удобно.
- Сколько? - спросил я.
- Это очень дорогой товар, довоенный, сейчас такого больше не делают, - завела шарманку торговка, - по пятнадцать патронов за вещь, или по десять грамм золотого песка.
- Девушка, - решил я укоротить бабку, - эти вещи хороши только для коллекции, если их начать носить - ткань может расползтись уже завтра, а цену ты называешь не очень дорогую, а запредельную. Я готов дать пятнадцать грамм песка за все.
Бабка слегка притухла, и уже набрала воздуху, чтоб разразиться плачем разоренного купца, но тут влезла слепая.
- Ты продаешь эти вещи уже много-много лун, и никто их не купил. И не купит. Нам ты выставила тройную цену, потому что совесть твоя не стоит и крупицы золота. Что тебе больше хочется: получить ничего, или пятнадцать грамм золота?