Еще она решила вызвать мою маму. Это означало, что мне придется отправиться домой, затем к врачу, а потом провести оставшуюся часть дня в кровати. Мама суетилась вокруг меня и волновалась по поводу того, не начались ли у меня в первый раз месячные.
Она даже постановила, что и вечер я тоже проведу в постели, и принесла ужин ко мне в комнату.
— Господи, Сьюзен, — воскликнула она, распахнув дверь, — Твоя комната выглядит как после взрыва на распродаже. Неужели нельзя быть поаккуратнее?
— Я собиралась убрать сегодня, — солгала я. — Но после обморока у меня не осталось сил.
— Бедняжка, — посочувствовала она, поставив поднос на тумбочку.
Она казалась такой довольной, что мне не хотелось говорить с ней. Она никогда не понимала, что моя комната мне нравится такой, как есть.
После ужина я выскользнула из кровати и пошла к папе. Он сидел у себя в кабинете, строя из зубочисток Эмпайр Стейт Билдинг. Это его хобби — делать из зубочисток знаменитые здания. Мне-то его занятие кажется несколько странным, но он при этом выглядит счастливым, не то что другие взрослые. Так что, пожалуй, мне не стоит жаловаться.
— Привет, малыш, — воскликнул он, увидев меня. — Тебе уже лучше?
Я кивнула; мне не хотелось начинать разговор с вранья. Усевшись рядом с ним, я стала подавать ему зубочистки.
— Ну, что сегодня у тебя на уме? — полюбопытствовал он, взяв зубочистку и намазывая ее клеем.
— Папа! — произнесла я. Больше я ничего не смогла придумать. Я пыталась, но просто не могла заставить себя говорить. После минутного молчания он повернулся ко мне и спросил:
— У тебя все в порядке, Сьюзен? — Я поняла, что он по-настоящему беспокоится за меня, потому что в ожидании моего ответа он забыл о зубочистке, и на ней высох клей.
— Со мной все в порядке, — наконец ответила я. — Вернее, не совсем. У меня проблема.
— Какая? — спросил он и отложил в сторону зубочистку, полный внимания.
Кошмар! Вы бы смогли сообщить своему отцу, что ваш учитель — инопланетянин? Он же решит, что я спятила!
Но мне было необходимо что-то предпринять. Поэтому, сделав глубокий вдох, я сказала:
— Это касается мистера Смита.
Он кивнул, ожидая продолжения. Честное слово, я пыталась. Я действительно пыталась! Но я не могла заставить себя произнести вслух: «Мой учитель — инопланетянин».
После длительного неловкого молчания я наконец выговорила:
— Мне кажется, я не нравлюсь ему.
Папа сделал встревоженное лицо.
— Почему? — поинтересовался он.
— Ну, он всякий раз вздрагивает, когда видит, что я иду на урок музыки, — я надеялась, что мои загадочные слова вызовут следующий вопрос.
«Ну, папа, помоги мне! Задай правильный вопрос». Но он лишь рассмеялся.
— Раз мистер Смит ничего не говорит, я думаю, тебе нечего беспокоиться, — заключил он — Может, ему просто не нравится музыка. Не все же такие образованные, как мы. Может, он попросту филистер.
Ну да! Филистер с планеты Филис! Но вслух я сказала:
— Ага. Филистер.
Придя к выводу, что моя проблема решена, папа снова занялся зубочистками.
— Не бери в голову, малыш, — добавил он. — До конца года осталось немного. Тебе надо продержаться. А теперь тебе лучше смыться, а то мама тебя застукает.
Я обняла его, а потом потащилась к себе в комнату. Что теперь? Если я собираюсь что-нибудь предпринять, мне нужны доказательства, и побыстрее.