Возможно, когда-нибудь она даже побывает на его свадьбе.
— Помнишь, однажды я сказал тебе, Рону и Джинни, что никогда не смогу выбрать кого-то одного из вас? — Гермиона кивнула. Тогда, на четвертом курсе, в честь победы Седрика, ревностные чувства Рона к Гарри, вышли наружу. Он пытался «вразумить» Поттера тем, что все змеи скользкие и подлые, что так было всегда. Тогда Гермиона не смогла занять сторону Рональда, потому что он был единственным, кто постоянно провоцировал слизеринцев на склоки. (Ну, в общем-то, они взаимно друг друга провоцировали.) Факультеты препирались, задирались, но не враждовали. Доказательством тому стала дружба Гарри и Драко. Её, Джинни и Пэнси. Рон, к сожалению, только в последний год осознал, что пора вырасти из старых стереотипов. — Я не пытаюсь его выгородить, Гермиона! — с обидой в голосе сказал Поттер, и Гермиона, не ожидав такой интонации, напряглась. — Он говнюк. Годрик, да он самый несносный, строптивый и принципиальный придурок, которого только свет видел!
Гермиона просияла. Пэнси, знающая о её интересе, могла говорить о Драко похожие вещи, но Грейнджер знала, как та любила Малфоя. Они росли вместе, но вот Гарри… Слышать от Гарри что-то подобное про Драко, как бальзам в уши.
— А ты, — продолжил он, — упрямая. Непробиваемая и до ужаса придирчива к мелочам.
— Гарри…
— Я не закончил, — Поттер прокашлялся и с видом достопочтенного джентльмена поправил очки. — Вы оба требовательны к себе, готовы бороться за свои взгляды, отстаивать свою позицию и биться насмерть за друзей. Вы всегда приходите на помощь. Ты — с готовым планом на год вперёд и сотнями способов решения проблемы, а Малфой — с палочкой в руках, готовый бросить авадой, если кому-то из близких будет угрожать опасность. Вы так сильно похожи и единственные, кто этого не замечает! До Драко долго доходит, Гермиона. Он может просто не понимать своих чувств. Дай ему время и посмотришь, что будет дальше. — Гарри поднялся и посмотрел на наручные часы. — У нас тренировка со Слизерином.
Она знала. Ненавидела квиддич, но знала.
Мерлин, как она попала.
— Ты, конечно, знаешь. И Малфой знает, что ты знаешь. Как думаешь почему? — Гарри на секунду задумался, будто решал, говорить ей или нет. У Гермионы ладошки вспотели, а во рту чувствовался металлический привкус просачивающейся капельки крови из внутренней стороны щеки. — Потому что первое, что Драко делает, выйдя на поле, поворачивает голову в сторону трибун. Второе — это красуется на своей метле, забывая, зачем он вообще пришёл на поле! Так что прекратите сводить всех вокруг с ума и поговорите наконец!
Она вынырнула из омута воспоминаний, ощутив дрожь в теле.
Она пьяная сидела по пояс в воде с лучшим другом, и они собирались о чём-то поговорить.
— Ты задумалась, — сказал Гарри, наблюдая за пляшущим по маленьким волнам блеском луны. — Как я и сказал, мы тут из-за вас. Блейз — безнадёжно отвергнутый Джинни, моей бывшей девушкой, кстати. Просто напоминаю, как факт. Драко — из-за непонятных ему чувств к той, кого считал подругой лучшего друга. — Грейнджер на этих словах чуть не поперхнулась. — Да, да-да, Гермиона. Мы здесь из-за вас, — повторил он. — А вот что вы здесь забыли?
Гермиона застонала, намекая Гарри, что ей необходимо подняться и желательно не упасть. Он встал и протянул ей руки, посмеиваясь от того, как девушка икнула.
— Не смей смеяться надо мной! — шикнула она, нога подкосилась. Они засмеялись, стоя по щиколотку в воде. От булькнувшего звука Гермионе захотелось плакать. Она выронила бутылку. Тёмная вода смешалась с мерцающим переливом вина. Грейнджер вдруг подумала, что устроила неплохую вечеринку бактериям в своём желудке. Это мысль заставила её рассмеяться ещё громче, напугав тем самым Поттера. — Я стою. Стою, Гарри.
— Не думал, что ты можешь просто взять и напиться в одиночестве.
— Я и не напивалась! — Опровержение звучало ирреально. — Ну, точнее, не одна, — она махнула в сторону причала, где попросила девочек дать ей время побыть наедине с собой. Джинни и Пэнс согласились только в том случае, если они наложат на неё следящие чары, а сами остались в компании сёрфингистов, с которыми познакомились днём.
— Если ты решишь утопиться, мы хотя бы будем знать, как далеко унесли тебя акулы, — говорила ей Паркинсон.
Гарри, странно хмыкнув, подхватил свои белые сандалии, Гермиона хихикнула и указала ему на свою сумочку с лежащей внутри палочкой. Поразмыслив о своём состоянии и адекватно оценив потенциальный ущерб, который она сама себе могла нанести, Грейнджер пришла к выводу, что лучше не пользоваться магией. Она попросила Гарри высушить её одежду, дабы ненароком не подпалить себе задницу.
— А мы вот ничего не планировали, — выпалила она, пожав плечами, когда они направились в противоположную сторону от причала. — Джинни предложила провести время вместе, потому что скоро нас ждёт взрослая жизнь, другие обязанности, и она, возможно, полностью погрузится в тренировки в новой команде, чтобы успеть к туру. Рон уезжает с Лавандой в Альтон к её родителям на пару недель, поэтому в Норе ей не особо есть чем заняться, пока не приедут Билл с женой и Чарли. — Гарри и так об этом знал, Гермиона просто говорила и говорила, оттягивая момент, к которому, она понимала, что они рано или поздно придут. — Пэнси, ещё до того, как мы обе приняли окончательное решение, собрала наши чемоданы, написала своей маме, чтобы узнать, на каких волшебных курортах были свободные виллы, — Гермиона прервалась и шлёпнула по руке, убив букашку. — Мы должны были отправиться в Испанию, но в последний момент передумали.
Гарри снова хмыкнул, и она толкнула его локтем в бок.
— Хватит фыркать!
— Ох, ну прости, Гермиона! — прошептал он в ответ, будто думал, что их кто-то может услышать. — Как бы то ни было, теперь мы живём рядом. Думаешь, у нас получится избегать друг друга, живя по соседству? Мерлин, да Блейз затопит всё слюнями, если Джинни будет щеголять по двору в купальнике, а Малфой поселится в комнате и займётся оконным сталкерством! — Гермиона громко запротестовала в ответ на это заявление.
— Малфой сбежал от меня! Ему не интересно ничего, что связано со мной. Мы это уже проходили. — Врезавшееся, как молния, в голову осознание, заставило её замолчать. — Подожди. — Извилины стали работать быстрее. Видимо, алкоголь всё же принял верное направление, не перепутал верх и низ. — А что насчёт тебя?
Годрик! У него очки запотели.
— А что насчёт меня? — Захлопал ресницами. — Я здесь…
— Вот не надо думать, что способен сделать из меня дурочку. — Это было под силу только одному человеку — заставить Гермиону чувствовать себя так, будто у неё в жизни не было мозгов!
Парень стал оправдываться, качать головой в разные стороны, бормотать, запинаясь:
— Никогда, Гермиона. Это сделать просто невозможно…
— Конечно! Больной больного видит, Гарри Поттер!
Грейнджер догадывалась о симпатии друга, что не могла сказать о Паркинсон. После расставания с Джинни, он как-то не особо общался с противоположным полом. Они с Уизли остались хорошими друзьями, что порадовало всех в круге их общих знакомых. Гарри был ловцом, Джинни играла в его команде и являлась одной из лучших охотниц. Никто не хотел разрываться между бывшими влюблёнными и, слава всем великим волшебникам, делать этого не пришлось.