— Ты многого не просишь, да, Роза?
— Я бы попросила луну с неба, если бы ты мог украсть ее для меня. Но ключ от наручников — хорошее начало.
Он усмехнулся.
— Нужно учитывать систему видеонаблюдения.
— Так давай выведем ее из строя, — легко предложила я.
— Мы можем разместить объявление на стене, я думаю. Попросим кого-нибудь разбить камеры в Столовой завтра за завтраком. Но этого будет недостаточно. Охранники работают парами, меня засекут.
— Моя стая может устроить бунт, — предложила я. — Всеобщая потасовка в столовой. Охранники будут бегать вокруг, пытаясь всех разнять, пока ты обнаружишь слабое звено и, фокус-покус — один ключ от наручников, который мы сможем использовать по своему усмотрению.
— Если верить тебе, то дело легче легкого, — поддразнил Рори. — Ты знаешь, что эти ключи носят на цепочке? И эта цепочка размыкается только магической подписью охранника, который ее носит?
— Ты хочешь сказать, что не справишься? — спросила я. — Неужели великий Роари Найт потерял хватку в тюрьме?
— Никогда, — помрачнел он.
Я шагнула прямо в его личное пространство, встала на цыпочки, чтобы прошептать ему на ухо, и он наклонился ближе ко мне, чтобы услышать.
— Так докажи это.
Глава 14
Роари
Пока я ел свою кашу, мои глаза неотрывно следили за камерами в углах столовой. Одного горшочка меда было недостаточно, чтобы удовлетворить мое пристрастие к сладкому, и я посмотрел вдоль длинного стола туда, где сидел Клод, и поднял бровь. Это был крепкий мужчина с татуировкой подозрительно походящего на меня в форме льва на шее, и темными волосами, которые он отращивал с тех пор, как мы с ним познакомились.
Обычно мне не приходилось ждать так долго, чтобы получить, что я хотел.
Клод едва заметно кивнул, соскользнул со своего места, и через минуту появились две девушки, которые поставили свои маленькие горшочки с медом рядом со мной.
Я улыбнулся им, а затем взял горшочки и опустошил их в кашу. Роза опустилась на место напротив меня со своим подносом, посмотрела на удаляющихся девочек, и на пустые горшочки рядом со мной.
— Доброе утро, — легко сказала она, источая предвкушение.
— Уверена, что знаешь, во что ввязываешься сегодня, маленький щенок? — спросил я, пропуская формальности. Я знал Розу достаточно долго, чтобы не утруждаться такими вещами.
— Я знаю, что делаю, — легкомысленно сказала она, обращая взгляд к камерам. — Но, если все полетит к чертям, не надо снова жертвовать собой ради меня, ладно?
Я усмехнулся, пока она избегала моего взгляда, думая, что выиграла у меня очко. Она может быть и была там в ночь, когда меня арестовали, но я не собирался позволять ей думать, что я попал в тюрьму из-за нее. Неважно, было это правдой или нет.
— Думается мне, ты все неправильно помнишь. Ты смотрела на меня своими влюблёнными глазами и думала, что сможешь попытаться спасти мою задницу. Вот так я и попался.
Ее выражение лица исказилось в полном отрицании.
— Я не смотрела на тебя влюблёнными глазами. Ты приперся, пытаясь быть героем и…
— Не может быть. Я не герой. И в этом кроется ошибка в твоей истории. Все в порядке, Роза, это моя Харизма.
Когда способности моего Ордена были активны, я мог заставить фейри кланяться мне в ноги. Слабые волей были наиболее восприимчивы, и я знал, что Роза не была одной из них, но моя Харизма была одной из самых мощных в мире.
С ее губ сорвалось рычание, но от ее ярости меня спас резкий треск, привлекший мое внимание. Раздался еще один треск, и я повернулся на месте, мой взгляд зацепился за одну из камер — камень пролетел сквозь металлическую сетку вокруг нее и разбил стекло в паутину трещин. Я искал виновника в комнате, когда в воздухе просвистел еще один камень, затем еще и еще, с невероятной точностью уничтожая все камеры. Движение в конце коридора привлекло мое внимание, и я заметил девушку с розовыми волосами, убирающую рогатку в карман, как раз перед тем, как начался ад, и охранники бросились выяснять, кто это сделал.
— Пора, — пробормотал я, и позвоночник Розы выпрямился.
Она подняла подбородок, издав низкий вой, и через несколько секунд ее стая поднялась со своих мест по всей комнате. Ее Бета, Сонни, пронесся по проходу и разбил свой поднос с завтраком прямо о голову Итана Шэдоубрука. Лунная стая вскочила со своих мест и бросилась на стаю Оскура, а Итан схватил преступника за горло и начал выбивать из него жизнь.