— И что? Это ничего не меняет! Ты постучался в мое сердце.
— Тук-тук-тук...
— Так вот, постучал в мое сердце, и я открыла.
— Тук-тук, тах-тук!
— Дура, хватит долбить! — выпалил я, понимая, что она просто свихнулась.
— Что? Я вообще не стучу. Это ты с дури бьешься.
— Да? Делать мне больше нечего!
Мы переглянулись и оба замерли. Кто-то реально стучал в нашу дверь. И это сейчас не к добру.
— Ах, боги, что делать? — бледнея спросила Лера.
— Кто там, откройте? Патрульный по коридору Ефим Ногин! — прокричали за дверью.
— И патрульная Надя Голощекова! — добавил мерзкий, девичий голос.
— Блин, нам хана... Бабушка меня закопает. И это не пустые слова. Погребение заживо — ее коронная методика воспитания, — шепотом затараторила Лера, в ужасе округляя глаза.
— Отрывайте! Я знаю, что вы здесь!
— Да, Ефим, ломай эту чертову дверь! Опять трахуны забрались. Трахаются блин целыми днями. А меня хоть бы кто-нибудь кхе-кхе, в смысле, послушал, — сказала мерзкая выскочка.
— Верно, Надя, совсем распустились! Если у тебя есть девушка, не значит, что можно с ней чпокаться. Это ущемляет права других, — поддакнул ей чертов клоун.
— Бли-ин, нам конец. Все, сдаемся, — прошипела несчастная Лера.
— Хмм, рано капитулировать, рядовой, — хитро прищурился я. — У меня есть парочка козырей.
— Круто! Давай уже, а? — дрожа всем телом, сказала она.
— Дам, еще как. Но у есть оно условие.
— Какое? Может потом?
— Не-а, сейчас, дорогуша, — ухмыльнулся, рассматривая Леру. — Ты отвалишь от меня навсегда и не будешь говорить про чертовы отношения. Согласись, неплохая цена за спасение собственной шкуры.
— Нет, ты придурок! — всхлипнула Лера.
В дверь ударили так, что ручка швабры слегка надломилась. Это было явным сигналом того, что нельзя затягивать болтовню.
— Что ж, тогда просто сдадимся. Пусть накажут, как надо, раз уж мы — нарушители, — закатив глаза, сказал я.
— Открывайте!
— Да, мы вас слышим. Ваше влюбленное воркование рррггг!
— Нет! Мне нельзя. То есть, делай свой план, я согласна, — прошептала девчонка.
— Ты принимаешь мои условия полностью? Да или нет? — спросил я.
Снова мощный удар. Швабра почти развалилась. А Лера закивала головой, истерично произнося слово «Да».
— Вот и славно, — ухмыльнулся в ответ. — Ныряй-как вон в тот блиндаж.