Расстояние до земли стремительно сокращалось. 500 метров, 400, 100.
В нужный момент запустилась система стабилизации положения в пространстве. Сопла реактивных турбин, направленные вниз, рванули пламенем, отчего сила инерции падения сошла на нет.
– Вон вход в лабораторию! – Женя ткнул пальцем, установив визуальный контакт с кабиной директора «Заслона».
– Бегут, голубчики! – не скрывая радости и волнения, рассмеялся директор.
Алый туман уплотнился, приняв очертания многоугольной фигуры. В нем просвечивали множество круглых предметов, напоминавших шарики для пинг-понга. В один миг образовалась структура, напоминавшая густой вихрь, сотканный из плотного облака.
– Борт Э-1, как слышите меня? Видим вас! Будем вести вас до места эвакуации… – ожил радиоприемник. – У вас «корона» на одиннадцать часов! Быстро сматывайтесь оттуда!
В алой мгле раздался чей-то крик. Илларион остановился и обернулся.
– Где Наталья? – он старался перекричать нарастающий шум.
Талгат, бежавший спереди, не слышал криков. Он благополучно добежал до кабины и забрался внутрь, рухнув на пол.
Алексей остановился и в суеверном испуге ткнул пальцем в сторону, явно указывая на что-то.
– Бегите, твою мать! – директор сорвал шлем и орал, высунувшись в приоткрытое окно. – Бегом сюда, «Заслон», бегом!
Николай скрылся в подступающих плотных клубах тумана и вскоре появился с Наташей на руках. Он бежал, не оглядываясь.
Корпус второго вертолета схватила мглистое щупальце. «Корона» не подражала формам, она их воплощала, стремясь разрушить все на своем пути.
– Борт Э-1, у нас прорыв по всему периметру! ― взорвались динамики.
Второй вертолет повис в воздухе, затем его, словно лист бумаги, смял и разорвал огромный теневой рукав с прожилками из сотен тысяч мелких шариков. Датчики второго пилота погасли.
– Женька! ― директор почувствовал, как у него внутри что-то оборвалось. – Все сюда, загружаемся!
Илларион вернулся и затолкал Алексея в вертолет, затем помог Николаю с Наташей. Монах запрыгнул во взлетающий вертолет последним, и рухнул на пол в полном изнеможении.
Грязные, уставшие, они сидели в темном салоне, переводя сбившееся дыхание. В иллюминаторах полыхали алые зарницы. Временами корпус потряхивало.
– Целы? – раздался мрачный голос из кабины.
– Не поднимайтесь выше 2 километров и не опускайтесь ниже полутора!
– Вот спасибо! Охренительная информация! Внизу все так плохо? Не видно ни черта, идем по навигатору.
– За вами следует «корона». Такую мы раньше не видели.
– А что с ней не так?
– Огромная! – донесся голос военного.
– Спасибо, успокоил.
– Прием, прием, русские? – в эфире появился новый голос с акцентом.
Алексей поднялся с пола и пролез в кабину на место второго пилота.
– Да, это мы.
– Леша, живой? – обрадовался голос. ― Мы не могли с вами на связь выйти, все ждали от вас запроса. С НАТОвскими вояками переругались, но я ведь обещал с ракетами помочь. Так и держу их наготове. Помощь еще нужна?
– Это кто?