Отметил профессионализм его отряда — несмотря на переговоры, бдительность никто не терял — все воины так и продолжали находиться в состоянии готовности к бою. Дальнейший путь мы проделали вместе. В дороге немного разговорились с бароном, узнав, что сам он из герцогства Баварского, а на север ездил по своим личным делам. Вот только я отчетливо почувствовал, что он врал, но испытывал от этого неловкость. Скорее всего, был там с заданием, раскрывать суть которого не хотел и не имел права. И правильно делал — одобряю.
Началась горная гряда с довольно крутыми склонами. Как сообщил барон, по тракту идти сейчас опасно, но имеются тропы, по которым можно пройти, а по парочке даже проехать верхом. Двинуться решили по самой неудобной, о которой, с его слов, не знали. Пришлось немного отклониться к западу. Удивительно, но пока шли, никаких следов войны не встретили, словно ее и нет вовсе. Правда, надо отдать должное проводнику барона, который вел нас, минуя все населенные пункты. Точнее, в один мы зашли, чтобы приобрести продукты. Деревня на двадцать домов была полностью пуста. Сначала создалось впечатление, что жители попрятались, затем — что сами покинули ее, но в некоторых домах обнаружили следы борьбы и кровь. К слову, еды в погребах и ледниках осталось достаточно много.
— Здесь, — сказал один воин, который и был проводником.
Сняв с себя доспехи и перебросив через себя моток веревки, он очень ловко полез по почти отвесным скалам. Я заметил, что он легко находил места, за которые можно зацепиться пальцами или поставить ногу, как будто передвигался здесь чуть ли не каждый день. Высоту в пять метров он преодолел за минуту. Хочу сказать, что не зная здешней тропы, никогда бы не подумал, что здесь можно взобраться наверх. Вот он появился на вершине и, сбросив вниз веревку, ловко по ней спустился.
Еще пятьсот метров мы продвигались над обрывом, ступая след в след, о чем нас предупредил этот же мужчина. А потом вышли в достаточно узкое ущелье. Шли уже третий час, ущелье расширилось до каньона, но никакой опасности пока не было. И тут мы с Айвинэль резко остановились, испытав одно и то же чувство: где-то ждет западня.
— Что случилось? — спросил нас барон и, увидев вздыбленную шерсть Тир’Эша, обнажил оружие.
Сказать я ничего не успел — позади нас раздался грохот. Действуя на одних рефлексах, мы с эльваркой отскочили в сторону, затем еще раз, создали щит и только потом осмотрелись. Узкое место, где мы только что прошли, перекрывал рукотворный завал. Посмотрели вверх и увидели там появившихся лучников. В состояние измененного сознания я нырнул практически мгновенно.
Оценил завал — пробраться через него обратно невозможно, очень качественно сработали. Отвесные стены тоже не обещали восхождения. Оставался только путь вперед. Наш рывок совпал с приказом барона:
— Вперед.
Поравнявшись с нами, он произнес:
— Вырваться из ловушки есть шанс только у вас. Я знаю, что говорю, — ответил он на брошенный мной взгляд. — Я являюсь доверенным лицом герцогов Баварских, поэтому в отношении вас мне кое-что сообщили. Мы поможем, чтобы ваш шанс стал выше, но у меня к вам просьба. Возьмите, — он достал из внутреннего кармана конверт. — Передайте кому-нибудь из семьи герцогов. Только им. Если так случится, что вас схватят, то постарайтесь уничтожить послание.
Затем он заговорил по-немецки — судя по тону, отдавал приказы. Мы как раз бежали вперед, петляя, словно зайцы. Когда спереди показалась орда нежити, мы остановились, чтобы лучше приготовиться к битве.
— Гельмут ударит стеной огня и сразу двумя огненными шарами, — начал барон посвящать нас в свой план. — Затем мы врубимся и будем продвигаться вперед, чтобы пробить коридор, а потом, после нас, уже и вы. Надеюсь, получится.
— Нет, — возразил я. — После заклинаний мага мы ударим своими заклинаниями и пойдем вперед. У нас очень хорошая защита, да и Тир’Эш стоит пары десятков воинов. А вашей задачей будет сдерживать врагов. Вступать в схватки мы не будем — только постараемся выйти из ловушки.
Раздумывал он не больше десятка секунд, затем кивнул, показывая, что согласен, и принялся быстро раздавать приказы. Мы с Айвинэль создали «Водоворот Стихий», воины активировали защитные амулеты — барон, кстати, тоже. Дальше направились уже быстрым шагом. Воины передвигались клином, а барон тихо сказал мне, что при таком построении атаки магией медленней разряжают амулеты. А в них и так заряда очень мало, поскольку маг берег силы для битвы и на заряжание тратил их очень мало. Пока дошли до дистанции атаки, успели отразить залп лучников и пять атак магией смерти от личей. Немного повезло, что их уровень был невысоким.
Маг барона запустил стену огня при помощи амулета или артефакта, а спустя какое-то время — два огненных шара один за другим. А ведь опытный он — первый шар достиг врагов одновременно с волной. Мы сформировали мое выпускное заклинание, активировали его, а когда копье начало формироваться, сами его рассекли, и во врагов устремились два роя шипов. А мы сразу рванули вперед.
У меня в голове родился план прорыва: я направляю «Разряд» вперед и вправо, Айвинэль влево. Но тут пришла мысль от Тир’Эша:
— «Право возьму я. Ты пробивайся вперед».
Так мы и поступили. Нежить, которой оставалось перед нами десятка три, почти всю уничтожило, а затем мы врезались в ряды людей. И первым был, естественно, наш кот. Мы прошли сквозь толпу, и бо́льшая заслуга в этом нашего четверолапого друга. И люди, и нежить бросились за нами в погоню, но тут отряд барона выполнил свою задачу — разойдясь немного в стороны, они перекрыли тем дорогу. Мы же вступили в схватку с ктулхом и его свитой.
Ну, как вступили? Ментальную атаку мы отразили, хотя я почувствовал, что эльварка ощутила некоторое давление, то есть амулет совсем немного, но не справился со своими обязанностями. Затем мы одновременно бросили в него по огненному шару и по две ядовитые стрелы Айвинэль. И… стали убегать. Ктул-каарны рванули было следом, но дорогу им преградил Тир’Эш.
— «Уходите, я догоню», — услышал я его и передал это напутствие эльфийке.
Сейчас здесь дорога была одна, вот мы по ней и понеслись на максимально возможной скорости. Выбежав на равнину, мы вышли из ускорения и направились дальше пешком. Нам бы отдохнуть после родового заклинания и быстрого бега, но понимание того, что враг может догнать, заставило нас идти дальше, сжав зубы. Вскоре нас догнал Тир’Эш.
— «Медленно идете. Догонят, — первое, что он нам сказал. — Садитесь».
Он сел, и когда мы залезали на него, увидели две раны на его боку, а внизу на шее — обугленную шерсть. Я мысленно передал, куда нам надо, и он побежал. Я сказал, чтобы он снова уходил в горы, как раз по другую сторону ущелья, где мы только что шли. Надеялся, что поиски будут вестись по кратчайшему пути к герцогству, а мы сейчас снова отклоняемся почти к западу. По пути он сообщил, что весь отряд барона погиб, а ему еще удалось оторвать голову мертвому магу, чтобы ктулхи не подняли лича. Кстати, я чувствовал, что бой дался ему очень тяжело, поэтому мы с Айви создали по паре заклинаний «Капля жизни», применив их к нему. А еще по пути Тир’Эш немного рассказал о себе — точнее, о названии своего вида и о своих боевых навыках.
Тир’Эш — это шредаар’инра’доо. Когда я сообразил, что написание сходно с языком хилл’са, то пристал с вопросом, не является ли Тот О Ком Не Помнят богом демонов? Так и не ответил, зараза — все юлил, юлил, заявив в конце, что когда придет время, я все узнаю. Когда я подробно передал эту часть эльфийке, она даже стукнула его ногами по бокам. Что же касается его боевых навыков, то он очень быстрый — быстрее и ктулха, и ктул-каарна, и ктул-айча. Когти — своего рода артефакт, наподобие моих серпов или женской пары Айви. Мощная ментальная защита, но атаковать не может, средняя защита от магии, причем своеобразная. Его шерсть гасит магию, но сама при этом обугливается, и вот где ее не станет, он будет сильно уязвим для магии. А когда он сказал, что сейчас может использовать только четверть своих способностей, я, естественно, задал соответствующий вопрос. И он мне показал бой представителя его расы.
Высший метаморф имеет четыре ипостаси: обыкновенный кот, хищник из рода кошачьих (как сейчас), змей и летучая мышь. Кот — сильнейший ментальный маг, полная неуязвимость к заклинаниям и магическое перемещение с невероятной скоростью, змей имеет полную неуязвимость к любому холодному оружию, даже артефактному, кроме того, которое имеет божественную составляющую. Летучая мышь — полная невидимость. Кстати, кот просто использовал ментальный отвод глаз, который я принял за невидимость. Бой же выглядел вообще неправдоподобно: шредаар’инра’доо превращался на лету, прямо во время боя, причем происходило это практически мгновенно. На вопрос, почему здесь потратил намного больше времени, он ответил, что причина одна и та же, о которой он сказать не может.
Остановились на отдых у небольшого ручья под кронами двух деревьев, которые так переплелись, что напоминали крышу. Пока варили себе кашу, Тир’Эш принес крупного зайца, поэтому обед у нас получился очень сытный.
Солнце уже клонилось к закату, мы лежали на земле, Айви положила свою голову мне на плечо, а я, обняв ее, поглаживал ей животик. Внезапно до нашего слуха донеслись отголоски взрывов. Мы вскочили, быстро надели перевязи с оружием и превратились в слух. Снова услышали отголосок взрыва, потом еще один. Сообразили, что это идет воздушный бой, который приближается к нам. Вскоре немного в стороне от нас пролетел дирижабль. Понять, кому он принадлежал, было невозможно — весь его правый борт зиял пробоинами. За ним гнались еще два воздушных судна, принадлежность которых тоже осталась для нас неизвестной. Отлетев на некоторое расстояние, беглец внезапно резко затормозил, повернувшись бортом к преследователям. Что-то мигнуло на его борту, и в носовой части преследователей мы увидели взрывы, а спустя секунду услышали звук. Те в долгу не остались, атаковав магией, а затем тоже развернулись бортами. Начался короткий воздушный бой, за время которого мы сумели подобраться ближе, поднявшись почти на вершину высокого холма.
Беглец атаковал не только магией, но и еще чем-то, напоминающим алхимические снаряды эльвари. Жена тоже тихо сказала об этом. Невероятно, но удирающий дирижабль вышел победителем, а все благодаря щиту, который их противник далеко не всегда мог пробить. И тут, когда, казалось, победа у него в кармане, с земли его атаковали знакомыми багровыми шарами. От удара дирижабль развернуло к нам другим бортом, и я заметил какой-то рисунок.
— Китайская империя, — уверенно сказала Айвинэль.