Елена повернулась к Григорию:
— Чудеса какие-то.
— Чудес без чудесников не бывает. Уйти далеко они не успели. Попытаемся их найти.
Ада посоветовала:
— Лимону захватите. У неё ключи от всех комнат.
Григорий, Кубик и Лимона отправились на поимку насильников, а практичная Дина сострадательно спросила потерпевшую:
— Они не успели покрасить тебе задницу, как Лимоне?
Та хлопала глазами и никак не реагировала. Дина и Ада подошли к ней. Повернули, подняли юбку, спустили трусы и колготки. И перед глазами присутствующих возник тощий белый зад.
Вернулись Григорий и Кубик.
— Осмотрели все стены, — доложил Григорий. — Не только трещин — ни одной царапины нет.
А Кубик с уверенностью официального идиота резонно заметил:
— Кроме того, я полагаю, люди не могут проходить сквозь стены.
Ада помогала Вильме одеться:
— Хорошо, что не успели покрасить! Но пора ужинать.
Ужинать действительно было пора. Все направились к столу. Борис шёл и размышлял:
— Не то странно, что не покрасили, а то, что она безропотно показала голую задницу. Просто так женщины голую задницу не показывают. Не к добру это! Тут уж не Островский. Тут Оскар Уайльд.
Елена, Григорий и Дина уехали сразу после ужина. Борис, Вильма и Леонард отправились на ночлег в приготовленные для них комнаты.
8. Похождения Белоснежки
26. День, начавшийся с поэзии
Когда на следующее утро Борис появился на веранде, Ада, Вильма и Леонард уже пили кофе.
— «Она колдует тихой ночью у потемневшего окна», — приветствовала его Ада. — Ты помнишь, как дальше?
— Помню. «И страстно хочет, чтоб воочию ей тайна сделалась видна». А потом. «На мертвой площади, где серо и сонно падает роса, живет неслыханная вера в ее ночные чудеса».
Вильма приняла Гумилева на свой счет:
— Я правда не понимаю, откуда вчера появились эти люди.
Борис призвал на помощь соседа по камере:
— Горячее блюдо сырым не бывает.
— Совершенно правильно, — поддержал его Леонард. А Вильма почему-то осуждающе посмотрела на него.
— Ты играл в пьесах Ибсена? — спросила Бориса Ада.
Тот не стал лукавить:
— Не довелось.