— Несовершеннолетние нам не нужны. Знаете, всякое может случиться, потом не оберешься неприятностей.
Она догадывалась, что оценщик может быть со странностями, но, чтобы такое!
— Мы ее отстраним.
— Кого?
— Нимфу.
«Кажется, скоро я сама начну петь», — подумала Вильма, а Леонард спросил:
— Вы не могли бы помочь мне найти вдову художника?
— Помогу. Она живет за городом. Но я могу вас к ней проводить. Вы на машине?
— Если вы согласитесь меня сопровождать…
— Это ничего, что я не в белом?
— Что вы! К тому же я уверен, что нижнее белье у вас…
— Белое… Но это уже другая история.
Леонард подошел к ней поближе, она немного отступила. Леонард подошел еще ближе:
— Вы чудесная девушка. И у вас прекрасное имя — Вильма. Вы не откажетесь со мной пообедать, Вильма?
— Всё так странно оборачивается. Но если вы настаиваете…
— Покажите мне самый лучший в городе ресторан.
Она снова строго осмотрела Леонарда:
— Надеюсь, вы не собираетесь пойти в ресторан в таком виде?
— Собираюсь.
— Придется сочетать приятное с невероятным. Ваша фамилия Белый настоящая или это художественный псевдоним? Я знаю, художники очень любят красивые псевдонимы.
— Это моя настоящая фамилия. Это, во-первых. А во-вторых, я не художник.
— А кто вы?
— Вы же сказали, что знаете. И сами назвали ансамбль и певиц.
— Какой ансамбль? Какие певицы?
— Афродита обнаженная и Афина с саблей.
— С копьем, — поправила Вильма. — Но это уже не имеет значения. Я вас приняла за художника, которого мне поручено отвезти к Аде. Всё пропало.
Расстаться с такой красивой девушкой! Ни за что!
— Почему пропало? Я не художник, но меня тоже нужно отвезти к Аде.
Вильма его не слушала и повторяла:
— Всё пропало! Всё пропало!