— Как странно! — сказала она. — Я думала, что дилижансы никогда не останавливаются по пути.
Фэйворитка пожала плечами.
— Нет, эта Фантина просто поражает меня! Я иной раз захожу к ней просто из любопытства. Ее удивляют самые обыкновенные вещи. Ну, представь себе, что я пассажир и говорю кондуктору дилижанса: «Я пойду вперед, а вы захватите меня на набережной, когда будете проезжать мимо». Кондуктор замечает меня, останавливается, и я еду дальше. Это случается сплошь и рядом. Ты, милочка, совсем не знаешь жизни.
Так прошло некоторое время. Вдруг Фэйворитка вздрогнула, словно пробуждаясь от сна.
— Что же это? — произнесла она. — А сюрприз?
— Да, да, — подхватила Далия, — где же этот знаменитый сюрприз?
— Как долго их нет! — вздохнула Фантина.
Не успела она договорить эти слова, как в комнату вошел слуга, подававший им обед. В руке он держал что-то, похожее на письмо.
— Что это? — спросила Фэйворитка.
Лакей ответил:
— Это, сударыня, записка, которую изволили оставить для вас те господа.
— Почему же вы не принесли ее сразу?
— Потому, — отвечал слуга, — что господа приказали передать ее вам не раньше, чем через час.
Фэйворитка вырвала бумагу у него из рук. Это и в самом деле было письмо.
— Странно! — сказала она. — Адреса нет. Но вот что здесь написано:
«Это и есть сюрприз».
Она быстрым движением распечатала письмо, развернула его и прочла (она умела читать):
Девушки переглянулись.
Фэйворитка первая нарушила молчание.
— Что ж? — воскликнула она. — Как-никак, это забавная шутка.
— Да, очень смешно, — подтвердила Зефина.
— Это, должно быть, выдумка Блашвеля, — продолжала Фэйворитка. — Если, так, я просто готова в него влюбиться. Что пропало, то в сердце запало. Вот так история!
— Нет, — сказала Далия, — это выдумка Толомьеса. Тут не может быть никакого сомнения.
— В таком случае, — возразила Фэйворитка, — смерть Блашвелю и да здравствует Толомьес!
— Да здравствует Толомьес! подхватили Далия и Зефина.
И покатились со смеху.
Фантина тоже смеялась.
Но часом позже, вернувшись в свою комнату, она заплакала. То была, как мы уже говорили, ее первая любовь; она отдалась Толомьесу, как мужу, и у бедной девушки был от него ребенок.
КНИГА ЧЕТВЕРТАЯ
ДОВЕРИТЬ ДРУГОМУ — ЗНАЧИТ ИНОГДА БРОСИТЬ НА ПРОИЗВОЛ СУДЬБЫ
ГЛАВА ПЕРВАЯ,
в которой одна мать встречает другую