Но бывают времена... (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

По кафельному полу мягко прошлепали босые ноги, а потом над прилавком высунулась маленькая лысая голова. Два огроменных, чуть ли не во все лицо, глаза уставились на человека. На присоединенному к лицу мыслепередатчику, похожему на металлическую нижнюю челюсть, бегали разноцветным хороводом маленькие огоньки каких-то датчиков и переключателей. Сектоид немигающими глазами преданно вперился в человека:

- Вам что-то нужно? - сухой, синтезированный голос донесся из динамика мыслепередатчика.

Пальцы человека самопроизвольно сжались в кулак, а сам он с ненавистью уставился на пришельца. Взгляд бесконечно преданных фиолетовых глаз встретился с непримиримой яростью серых. Пришелец, не мигая, смотрел на Альберта, ожидая команды, а тот с трудом боролся с соблазном вытащить пистолет и пристрелить сектоида. Или того пуще - задушить, разорвать голыми руками, почувствовать, как теплая кровь будет истекать из тела, вырываться толчками, пока хлипкое тельцо пришельца зайдется в немом крике боли. Человек хотел заставить эту тварь страдать так же, как страдал он. Где-то в глубине голове тут-же появился сладострастный, нашептывающий, упрашивающий голосок - "Убей его. Разорви на части. Он твой враг. Вспомни, что его собратья сотворили с тобой!".

Альберт с трудом подавил дрожь в руках и разжал сжатые в кулак пальцы. "Он не мой враг".

- Нет. Ничего не нужно.

"Он тебе не друг! Вспомни, что случилось тогда! Вспомни!"

Альберт отвел взгляд от сектоида и сморгнул. "Умолкни. Тогда это был не он! Умолкни! Ты лишь отражение моих собственных мыслей!"

Голос тихонько рассмеялся: "Ты в этом уверен? А может, это ты - отображение моих мыслей? Или все, что окружает тебя - лишь бред агонизирующего разума, а ты сам так и не выбрался из Кельна? А? Такая мысль тебе в голову не приходила?"

"Скройся. Просто скройся".

"Ну, как хочешь. Только далеко уходить не буду. Чтобы не забывал обо мне". Гадостно хихикнув, голос исчез.

- Ал, ты еще там? - раздался откуда из глубин магазина крик Николаса. - У меня нет натурального кофе, только заменитель! Пойдет?

- Пойдет. Только самый крепкий! - крикнул в ответ Альберт, неспешно идя по магазину, окидывая цепким взглядом стеллажи с товарами.

- Уф. - тяжело вздохнул Ник, выгружая на прилавок целую гору разнокалиберных пакетов. - И как ты их попрешь?

- Как-нибудь справлюсь. - ответил ему Альберт, подходя к пакетам и протягивая руку с омнитулом к расчетному сканеру. - У тебя я смотрю, много покупателей в последнее время? - кивнул головой человек в сторону практически пустых стеллажей.

- А, это. Да. Тут параноиков развелось в последнее время - тьма тьмущая. И все из-за парочки похищений.

- Похищений? - поднял бровь Альберт.

- Ну да. За последний месяц человек тридцать пропали. А ты, что не в курсе? Об этом только все и судачат уже который день напролет.

- Я не слежу за новостями.

Сканер мягко пиликнул и Альберт протянул руку за пакетами. Без особого труда взял самые увесистые из них, другой рукой, под удивленные взгляды Николаса и Ди, вытащил из-за спины прямоугольный брусок и бросил на пол. Тот, едва коснувшись пола, превратился в тележку на антиграве со складными бортами. Бросив в неё пакеты, Альберт потянулся за следующими и под вытянувшиеся рожи торговцев перекидал в телегу. Ткнул в пару голо-кнопок на омнитуле, задав курс тележке и, ехидно подмигнув Николасу, вышел вслед за ней из магазина.

Едва Альберт оказался за дверями, как полуулыбка на его лица померкла, а пистолет из кармана куртки перекочевал в руку. Серые глаза цепко и холодно осматривали каждый метр пространства вокруг, пока мозг со скоростью пулеметной очереди просчитывал варианты.

Похищения. Это их почерк, давних врагов. И они не были уничтожены полностью. Решились вернуться сейчас? На Шаньси?

Не лишено смысла. Планета недавно колонизирована и потому слабо защищена. Цепочка диверсий, саботажей, немного паники - и планета падет еще до удара основных сил. Но... что потом? Единство узнает об этом быстро - даже если учесть, что ни один сигнал не достигнет цепких ушей СКР или XCOM. Пара недель на выяснение ситуации, еще пара на подготовку, столько же на полет до системы - и самое большее, через два месяца, будет нанесен ответный удар. А насколько Альберт знал эфириалов - те не любили полномасштабных боевых действий. А это, в свою очередь, означало, что планета была просто им нужна на эти два месяца. Но вот зачем? Собрались заново похищать людей? Могут сделать это молча, без такой помпезности, воруя по десятку в полгода на различных колониях. Их поджимает время и решили пойти ва-банк, сорвав неплохой куш и рискнув разозлить старых врагов? Нет, определенно нет, эфириалы не любят рисковать. Они предпочитают все обдумать, взвесить все "за" и "против" и только после этого действовать. Но тогда что?

Ответа на этот вопрос Альберт так и не нашел, какие бы дикие гипотезы не пытался придумать.

Вечером этого же дня. Дальние подступы к военной базе "Гуань Юй". Шаньси.

Шаньси была прекрасна. Величественные деревья - НАСТОЯЩИЕ деревья, обступали сейчас патруль. Ветви их невозмутимо покачивались под слабым дуновением ветра на высоте нескольких метров над головами людей, пышные кроны укутывали верхушки, через которые, несмотря на это, пробивался солнечный свет. Мягко хрустела трава под ногами, где-то вдалеке музыкально щебетали птицы. Рай, а не планета. И для военных тоже. Но не для таких, как Кройч.

Джеффри был одним из немногочисленных "серых пиджаков" - детей гражданских, что занимали видные посты в правительстве либо были воротилами бизнеса до становления Единства. Достаточно видные, чтобы быть на счету, но недостаточно влиятельные, чтобы принимать их всерьез. Но все же их влияния хватило на то, чтобы гарантировать своим семьям безбедное существование - и защитить от ужасов войны. Защитить, пока она была где-то вдалеке.

Для Джеффри война началась не с первых выстрелов в Капоо или Холоне, даже не с потери Дольфингер или оккупации Искры. Нет, она началась гораздо позже, когда маленький мальчик, наплевав на запреты родителей, решился сходить посмотреть на космические корабли, приземляющиеся в порту. Он тогда еще не знал, что эти корабли были транспортниками, перевозящими раненых бойцов и пострадавших гражданских с потерянной Авогадро. Для него это были огромные корабли, завораживающие своей звериной мощью и простой, прямой и грубой красотой. Пока из них не выгрузили первых раненных. Перебинтованные, со следами как термических, так и радиационных ожогов, у кого-то были ампутированные конечности, они враз перевернули мир Джеффри с ног на голову.

Родители Кройча пытались огородить сына от ужасов войны - так как могли. Фильтрация Сети, ограничение свободы передвижения, со временем переросшее в домашний арест - все, чтобы их наследник не узнал о бушующей рядом кровожадной, чудовищной мясорубке Второй войны. И вот один-единственный поступок, один взгляд - и все их усилия пошли прахом.

Среди эвакуированных Джеффри более всего запомнилась одна девочка. Небольшая ростом, не старше него, она недоуменно взирала на мир одним голубым глазом - второй был закрыт повязкой, перебинтовывающей половину лица. Девочка шла вперед, смотря прямо перед собой - пока вдруг резко не повернула голову и безошибочно не нашла среди старых грузовых контейнеров спрятавшегося там мальчугана. Они соприкоснулись взглядами и, хоть это продлилось не более пары секунд, душу Джеффри прожгло обжигающим холодом - взор девчушки был наполнен до краев неверием, безмолвным ужасом и болью.

Именно тогда для него и началась война. Прибыв домой, он потребовал от родителей объяснений - и получил, вместе с домашним арестом. Через неделю он сбежал и направился в местный военком, дабы записаться добровольцем. Там его отправили обратно домой и посоветовали вернуться через шесть лет - какая польза в войсках от 12-летнего парнишки? Джеффри и вернулся, сколотив через этот срок компанию друзей - таких-же "серых пиджаков", которые не захотели ими более оставаться. На распределительном пункте встречающий их сержант лишь ухмыльнулся, увидев разношерстную компанию - подтянутый Джеффри, хипповатый Дик, "серая мышь" Алиса и её извечная подружка Селена, раздолбайски выглядящий Виктор и ничем не выделяющийся Чань, а как вишенка на торт - эмо-герл Никки.