Лодка поворачивалась. Может быть, Баранов выбирал направление для взлета? Снова в поле зрения домики рыбачьего поселка, дом аэропорта, катер, направляющийся к берегу.
Лодка крутилась на месте. Зачем это? Что-нибудь не в порядке?
Появился Костя.
— Вальс танцуем, — объяснил он. — Моторы прогреваем. Сухопутный самолет, пока моторы прогреваются, стоит как вкопанный, а нам плясать приходится. Оно и веселее!
Мы сделали еще много оборотов в этом своеобразном танце. Могучая машина проверялась в последний раз. Пропеллеры ровно ревели.
И вдруг лодка рванулась вперед. Домики поселка остались позади. Вода от бурунов поднялась и закрыла стекла кабины. Казалось, мы погрузились в воду. Белая пена стремительно проносилась мимо окон.
Неожиданно волны исчезли. Лодка быстро набирала высоту, направляясь к открытому морю.
— "Сухуми", — сказал Нетаев.
Я посмотрел вниз. Там виднелся игрушечный пароходик. Он стоял на рейде.
Было приятно рассматривать землю. Когда мы летели сюда, самолет все время шел над облаками.
Скоро и поселок, и устье реки, и пароходик скрылись.
— Горы! — крикнул Нетаев.
Я обернулся. Позади нас из-за горизонта поднимались туманные очертания гор, похожих скорее на тучи.
— Урал, — сказал мне в самое ухо моряк.
— Урал? — поразился я. — Сколько километров?
— Сто.
Видеть за сто километров? Это казалось неправдоподобным.
Морская губа осталась позади. Внизу виднелся странный ландшафт. Не море ли это с плавающими на нем льдинами?
На зеленоватом фоне были разбросаны тысячи круглых и продолговатых разноцветных пятен — темно-зеленых, голубых, коричневых и белых. Некоторые из них извивались, как цветные ленты.
— Тундра, — бросил Нетаев.
Вот оно что! Значит, цветные пятна — это вода: бесчисленные лужи, озера, ручейки и реки. От почвы и глубины водоемов зависел их цвет.
Полуостров остался позади. Мы шли над полярным морем.
Вот они, льдины. Маленькие белые пятнышки, рассеянные по водному простору. Поразила странная геометрическая сетка, как бы своеобразная штриховка, нанесенная на воду.
Вышел Матвей Баранов и пригласил нас в жилую кабину — закусить.
— Это волны, — сказал он нам про загадочную сетку.
По стенам кабины были койки в два этажа. Мы уселись на нижние. Сверху опустили доску, подвешенную к потолку. Она заменяла стол.
Копченый омуль поразительно вкусная, нежная рыба.
— Получил задание лететь на Угаданный, — говорил Баранов. — Надо найти льдину с людьми.
— Почему же мы идем не на север? — спросил моряк.
Баранов вскинул глаза на Нетаева.