Он покрутил головой — не то осудил, не то согласился.
— А с уборкой какие порядки?
— Чего там с уборкой… Не успели еще вселиться… Придет ваша неделя — скажем.
— Ну и хорошо. Будем жить. Соколовы соседей хвалили.
Марья Трофимовна ударила ложкой по кастрюле.
— Что ж, Соколовы… Мы их, почитай, и не видели. Днем они на работе, вечером заниматься бегут, в воскресенье с утра за город — то на лыжи им надо, то в лес. А как общее пользование убирать, так нет их. Уехали и за газ тридцать копеек не заплатили. С кого теперь спрашивать?
— Ну, новый жилец за них не ответчик.
— Что же теперь, я с тебя требую разве? К примеру рассказываю.
Танечка спросила:
— У вас отдельная квартира была, а вы все тонкости знаете, как в коммунальных условиях жить?
— Мы в отдельной квартире всего года полтора прожили.
— И уже разменялись?
— Сын женился. Молодым лучше жить отдельно.
В передней загремели ключами. Раздеваясь, Костя кричал:
— Жена, обед готов?
— Скажите пожалуйста, — сказала Танечка, — будто он один с работы пришел! Еще за хлебом сбегаешь. Вот познакомься с новым соседом.
Костя работал в Химках на спасательной станции. Загар его не брал, но от постоянного общения с водой, солнцем и морозом лицо у него сделалось медно-красным. Он крепко тряхнул руку Александра Семеновича.
Танечка смотрела на мужа, вскинув голову.
— Разрешил?
— Я не на свои, жена.
— А мне это как раз не интересно, на свои или не на свои. Ты знаешь, что тебе не положено.
— У нас чепе было. Промокли до живого тела.
— Это если каждый раз, как промокнешь… — не унималась Танечка.
— Ну невозможно было отказаться, жена. Сам Труфанов с «Севера» подносил.
— С чего это капитан с ледокола тебе подносить будет?
— Да они нас вытащили, у меня зуб на зуб не попадал. Я еще греб все время, чтобы не затянуло нас. Тут не только мне — даже ребятишкам спиртное внутрь давали.
— Каким еще ребятишкам?
— А которых я со льдины стащил. Игру себе затеяли — река только становится, а они влезли у берега на льдину и отпихиваются шестами. Ну и вынесло их на течение. Я за ними на лодке. Насилу догнал.
— Спасли? — спросила Люська.
— Какое там, чуть сам не загнулся. Пока я их в лодку стащил, нас к самому водосбросу поднесло. Гребу, гребу, руки до крови стер, а все сносит. Хорошо, наши на станции не растерялись, на «Север» сообщили, — он прибежал и взял нас. Вот смотри, жена, если не веришь…