— Кто оставшиеся два?
— Мама, конечно. И… — он таинственно посмотрел на нее, видя, как Амина замерла в ожидании его ответа, — ты, крошка.
— Ты правда так думаешь? — робко поинтересовалась она, скрывая взгляд, рассматривая его грудь.
— Нет, я вру, — зашелся от смеха Дрейк и поцеловал ее. — Да, это так. Я верю, что после всего произошедшего между нами, ты меня не предашь.
— Никогда, Дрейк, — прошептала Амина.
Он притянул ее голову к себе и накрыл губы в пламенном поцелуе, неистово набрасываясь на нее, как путник в пустыне — на глоток воды. Как бы это ни звучало поэтично и даже по-дурацки, но он на самом деле дышал ею. Амина стала его личным баллоном с кислородом, который поддерживал в нем жизнь и спасал от вынужденного кислородного голодания, которое неизбежно привело бы к смерти.
— Как тебе общение с Такером? Любишь детей? — спросил Дрейк, для него это было важным знанием.
— Честно, было немного страшно. Я не знаю, люблю детей или нет, пока не могу решить. Моя душа настолько грязная, запятнанная кровью, что я не имею права даже брать детей на руки.
— Твоя душа потихоньку очищается, Амина, и ты знаешь это. Думаю, ты станешь хорошей мамой для нашего малыша. Я помогу тебе, — произнес он, и Амина удивленно посмотрела на него. — Не надо так на меня смотреть. Я не предлагаю тебе родить ежика, всего лишь стать любящей матерью для наших детей.
— Наших детей? Но я не гото…
— Тебе и не нужно быть готовой сейчас. Но если ты хочешь быть моей истинной парой, тебе придется родить мне крепких парней, продолжателей рода Тернеров.
Девушка смотрела на Дрейка с открытым ртом. Он каждый день преподносил ей сюрпризы в виде своей веры в нее. Этот мужчина верил в нее так, как она сама в себя никогда не верила. Дрейк действительно стал ее опорой во всем и самое главное: он стал ее стеной между прошлым и будущим — ее настоящим.
— Мне так хорошо сейчас. Знаешь, это, наверное, лучшие моменты в моей жизни, — произнесла она и провела пальчиками по щетине. — Я хочу трогать тебя, гладить, ласкать, мне жизненно необходимо знать, что ты рядом, ты есть, ты со мной. Боюсь, все это с каждым днем все больше и больше напоминает болезнь.
— Только не говори мне, что ты хочешь вылечиться, — шутливо скривился Дрейк.
— Нет, ни за что! Я хочу болеть тобой вечно, до самой смерти. Ведь это такая сладкая болезнь, — промурлыкала Амина и поцеловала его в щеку.
Дрейк перехватил ее палец и взял его в рот. Втянул губами и выпустил, не отрывая глаз от Амины. Ее рот приоткрылся, и она следила за его действиями мутным взглядом. Дьявол во плоти…
— Ты права, болезнь чертовски сладкая и вкусная. А знаешь, что еще вкуснее? — спросил он и приблизил лицо к ней. — Ты, крошка. Надо мне будет тебя попробовать, полностью, — Дрейк сделал паузу и накрыл ее губы своими, выдыхая ей в рот, — и очень глубоко.
Щеки Амины взорвались ярким румянцем стыда и желания попробовать этот стыд на вкус. Она бы никогда и не подумала, что может быть такой стеснительной и робкой, как школьница-девственница. Сколько у нее было сексуальных партнеров, безликих игрушек для секса, уже и не счесть. Казалось, секс просто не мог вгонять ее в краску, но эротично-пошлые движения Дрейка, на грани полнейшего разврата, заставляли девушку чувствовать смущение и неопытность.
— Давай сначала я? — предложила она и переместила руку ему на пах.
— Что ты? — прошипел Дрейк, когда ее рука сильно сдавила его достоинство. — Что бы ни входило в твои планы, только не разжимай руку, малышка.
— Прости, но придется, — улыбнулась Амина и отпустила его член. Она быстро спустилась на пол, встала перед ним на колени и запустила руку в шорты. — Я хочу попробовать тебя на вкус, ты же не разочаруешь меня, Дрейк?
Ее слова сопровождались его вздохами. Амина нежно погладила ствол и коснулась языком головки члена. Доставлять ему удовольствие ртом было интересным опытом. А его полные неземного наслаждения стоны заставляли трусики девушки обильно намокать.
— Ты можешь не стонать так громко и часто? — жарко прошептала Амина, выпуская его член изо рта. — Мои трусики уже вымокли насквозь.
Мужчина неистово зарычал от ее слов и втянул носом воздух, сходя с ума от желания попробовать ее соки на вкус, прикоснуться к лону своей любимой женщины языком. Но сейчас она правила балом, играла с ним, как хотела. И ему чертовски нравилась эта игра без правил, нравилось быть подчиненным ей. Дрейк посмотрел на Амину сквозь поволоку возбуждения на глазах. Больше не было мыслей о том, что он поставил жестокую сучку на колени. Теперь остались мысли только о том, что Амина поставила на колени его, ведь он был готов молить ее не выпускать его член из объятий ее сладкого ротика.
— Ты даже не предупредишь меня, что готов кончить? — задала вопрос она и стала помогать себе рукой, видя, как увеличился его член, уже готовый к разрядке.
— Я же знаю, что ты не против моей спермы, солнышко, — прохрипел Дрейк, взрываясь про себя на атомы от удовольствия, которое она доставляла ему.
— Ты прав, — улыбнулась Амина и, сдавив его достоинство последний раз, почувствовала, как из головки ей в небо ударила струя спермы. — Как можно не любить продукт желания своего мужчины? — спросила девушка и облизнулась.
Он тяжело дышал и буквально прожигал ее взглядом, воспламеняя каждый нейрон под кожей. Амина чувствовала, что зверь готовится к прыжку. Одно ее действие, простое шевеление пальцем, и он растерзает ее. И ей так хотелось быть растерзанной им… Поэтому девушка еще раз облизнула губы и сказала, как вкусно было, и это подействовало.
— Пришла твоя очередь кончать, солнышко, — прорычал Дрейк и затащил ее на диван, — до потери пульса.
***