Анчутка: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

п р о л о г

В свои девять с половиной лет Матвей сильно отличался от сверстников. Наверное, он был единственным в мире пятиклассником, который не любил Рождество и Новый год, а зимние каникулы предпочитал проводить в школьной библиотеке, куда его по доброте душевной пускал один из учителей. Не знакомые с Матвеем и не знающие его люди могли бы даже предположить, что Матвей ненавидит Новый Год! А значит, с этим ребёнком что-то не так! Ведь кто из детей в здравом уме не будет радоваться новогодним каникулам? Вот только фокус был в том, что Матвея почти никто не знал. Несколько лет назад все друзья отвернулись от него, а сам Матвей к несчастью приобрёл незавидный статус вруна и выдумщика. Вот, что бывает, когда пытаешься рассказать правду. С тех пор никто и не догадывался о том, что происходит у этого мальчика на сердце. Как никто и не догадывался, что Матвей вовсе не ненавидит Новый Год и зимние каникулы, которые для него действительно когда-то были волшебным временем года… Но теперь… Оно внушало Матвею лишь одно чувство. Страх.

Матвей, в отличие от своих ровесников, которые на переменах спорили о том, кто же на самом деле приносит им подарки (родители или дед Мороз), не был до конца уверен ни в одном их этих предположений. Ведь в своём доме никакого дедушки с мешком подарков Матвей ни разу не видел. Хотя в их доме творилось в новогоднюю пору всякое, и Матвей видел кое-что другое. Не Деда Мороза — Чудовище. Но, к сожалению, в них ни одна живая душа на этом свете точно не верила. Матвей понял это, когда пытался рассказать обо всём сперва одноклассникам, а потом учительнице истории. В тот день-то Матвей и пожалел о своём желании рассказать правду… Поэтому теперь в новогодние каникулы Матвею лишь оставалось с содроганием ждать ночи и надеяться, что утром он всё же проснётся живым.

И каждый год загадывать желание, чтобы нашёлся кто-нибудь, кто поверит в его рассказы про ночных чудовищ, обитающих в зимнюю пору в его доме… Это стало бы самым настоящим новогодним чудом! Если, конечно, Матвей когда-нибудь решился бы снова рассказать о своих страхах. Ведь чудовище знает о нём всё. И, казалось, сделай Матвей это — заговори о нём вслух — чудовище, наверняка, окажется за спиной.

Часть Первая

С н е ж о к

— Быть такого не может… — насупившись, Матвей поправил съехавшую на глаза шапку и сильнее потянул на себя железную дверь, которая обычно всегда открывалась без усилий, — Как же так? — отступив на пару шагов назад, Матвей посмотрел на дверь так, словно ожидая от неё каких-либо объяснений.

Хотя, повстречай сейчас Матвей кого-нибудь из одноклассников или школьных работников, то ему самому бы пришлось придумывать объяснение на тему: почему он уже на второй день каникул отчаянно пытается попасть в школу. Да ещё и через заднюю дверь. Такую обычно называют запасным выходом. На случай пожара, землетрясения или других нехороших событий.

Вряд ли бы кто-то поверил, но и для Матвея возможность провести время в школе была той самой “запасной дверью”, выходом из положения.

Ведь ночью по его дому бродило самое настоящее чудовище. И уж лучше было провести время в школе, чем с самого утра со страхом ожидать наступления сумерек… Поэтому Матвей считал большой удачей, что их школьный библиотекарь, с которым Матвей частенько обсуждал прочитанные книжки и комиксы, разрешил приходить в читальный школьный зал даже на каникулах.

Иногда Матвею казалось, что библиотекарь, которого звали Альберт Вениаминович, читает его мысли; казалось, расскажи ему Матвей о чудовище, библиотекарь непременно в него поверит. Вот только даже в этом случае Матвей бы ничего не рассказал: он безумно боялся говорить о таком вслух. Ему казалось, сделай он это, произнеси такое — моргнуть не успеешь, как чудовище окажется за твоей спиной.

Матвей снова посмотрел на запертую дверь и уже замахнулся, чтобы пнуть её ногой, но вспомнил уроки этикета и культуры речи. Ольга Борисовна ничего не говорила им про то, что чужие двери пинать нельзя, но отчего-то Матвей и сам понял, что такое поведение было бы, что называется, неподобающим. Поэтому, подойдя ближе, он лишь несколько раз постучал кулаком по железной поверхности. Но из-за тёплых разноцветных варежек звук получился гулким и тихим, а сама попытка привлечь к своему присутствию внимание — провальной.

Сегодня на улице не было привычного мороза, но усилившийся снегопад грозил засыпать Матвея с головой. Поэтому, вспомнив, что окна библиотеки выходят во двор, Матвей поспешил за угол школы прямиком по белоснежным сугробам. Ведь когда ты ребёнок, а в твоём доме живут монстры, не сильно беспокоишься, что снег налипнет на штаны или о том, что промокнут ноги.

Окна библиотеки были расположены выше, чем Матвей себе представлял. Но даже так он без труда увидел горящий внутри свет. Значит, кто-то там всё же есть! Эта мысль принесла с собой огонёк радости, после снова возник вопрос: как попасть внутрь? Матвей опять посмотрел на окна, до которых он не мог дотянуться, и нахмурился.

Изнутри окна были обклеены снежинками, которые на прошлой неделе вырезали из бумаги первоклассники. И когда под вечер Альберт Вениаминович зажигал сверкающую гирлянду, снежинки смотрелись особенно красиво. Вот только сейчас Матвею, которого уже начал пробирать холод, казалось, что некоторые из них над ним смеются своей зубастой улыбкой, неровно вырезанной детскими неумелыми руками. Матвею эти улыбки совсем не нравились. Поэтому (и что бы там ни говорилось на уроках этикета и культуры речи) Матвей понял, что пора переходить к решительным мерам: бросив взгляд под ноги, мальчик начал выискивать среди снега кусочки от упавших сосулек.

Найдя подходящий ледяной осколок и отряхнув его, Матвей подумал о том, какой же сегодня липкий снег! И как было бы здорово построить крепость, слепить снеговика или поиграть в снежки!.. И не успел Матвей об этом подумать, как вдруг снежный ком угодил ему прямиком в голову, едва не сорвав нелюбимую красную шапку с огромным помпоном, которую он надевал, чтобы не обижать маму. Ведь она подарила Матвею эту шапку по случаю хороших оценок в первой четверти.

Матвей резко обернулся в поисках угрозы. Друзей, если не считать доброго библиотекаря, у Матвея не было, поэтому, кто бы не бросил в него снежок, он явно хотел не просто поиграть… Однажды Матвей видел, как старшеклассники сперва забросали второклашек снежками, а потом, вдобавок, ещё и закопали этих несчастных по шею в большие сугробы за школой!

Снег попал в глаза, поэтому, когда Матвей обернулся, перед его расплывчатым взглядом появилась лишь неясная фигура. Высокая и белая с головы до ног она стояла в десятке метров от Матвея. На секунду, продолжая тереть глаза, чтобы начать видеть чётче, Матвей даже решил, что это и вовсе не человек, а… снеговик? Но тогда как же объяснить снежок, прилетевший сейчас в его голову? И только Матвей допустил мысль, что это был никакой не снежок, а просто упавший снег с крыши, как вдруг белая фигура, которую Матвей принял за снеговика, внезапно двинулась прямо на него!

Вскрикнув, Матвей попятился назад, но споткнувшись о груду раскопанных сосулек, в итоге лишь неуклюже опустился на сугроб под окнами библиотеки, совершенно некстати подумав о том, как хищно сейчас должно быть улыбаются бумажные снежинки, глядя свысока на эту картину.

“Снеговик” был уже совсем близко, и стоило только Матвею подумать, что хуже быть не может, как вдруг белая фигура-снеговик засмеялась лающим, но совершенно человеческим смехом. В котором Матвей тут же распознал смех любого из старшеклассников! Как раз с таким смехом на прошлой неделе и были зарыты в сугробы несчастные второклашки!

Но по-настоящему испугаться или приготовиться к неминуемой судьбе быть погребенным заживо Матвей не успел. Потому что на место страха и чувства самосохранения, которое призывало его поскорее отсюда бежать, пришло изумление.

Снег, попавший в глаза, больше не мешал нормально видеть, поэтому теперь Матвей без помех разглядывал подошедшего к нему “снеговика”. В одном Матвей не ошибся: это действительно был старшеклассник, вот только уж точно не из школы. Такого бы он непременно запомнил.

Это был парень лет тринадцати, высокий, худой. Особенно эту худобу подчеркивала вычурно раздутый, будто купленный не по размеру, белоснежный пуховик. К слову, всё было на этом мальчишке белое: джинсы, варежки, шапка, шарф, черными были только высокие ботинки, да рюкзак, висящий на плече. Но выделял этого парня вовсе не странный выбор в одежде, а тот факт, что он сам был такого же цвета, как и его одежда! Его торчащие из под шапки волосы, брови, которых почти не было видно, лицо и руки, с которых он снял сейчас варежки — он весь был белее снега.

В тот день Матвей и узнал значение слова альбинос.

— Насмотрелся? — парень изогнул едва заметную бровь, но в его взгляде не было злости или раздражения, какое можно часто встретить у любого старшеклассника, если неосмотрительно долго задержать на ком-либо из них свой взгляд. В глазах же этого парня с ангельской наружностью плясали самые настоящие весёлые черти, не иначе.

— Давай, поднимайся! А то недолго и воспаление лёгких подхватить! Лежал я как-то с ним, и, поверь, больничными пряниками можно отбиваться от хулиганов, а от уколов — твоя пятая точка посинеет, как у мертвеца!

— Гонишь!

— Чтоб мне… побелеть! — и не дожидаясь реакции на свою фразу, парень засмеялся собственной шутке, но уже через секунду снова сделался серьёзным и протянул Матвею белоснежную руку, — Я Виктор.

— Виктор? — с деланным сомнением произнес Матвей, приняв помощь и встав на ноги. Окинув парня с ног до головы и задержав взгляд на его белоснежном лице, Матвей произнёс: — И ты действительно хочешь, чтобы я поверил тебе на слово?

С секунду они оба молчали. Матвей — от своей внезапной смелости говорить вот так дерзко с незнакомым старшеклассником, а Виктор, казалось, не мог поверить, что кто-то наконец оценил его шутку про свой внешний вид. Вид, который обычно вгонял окружающих в ступор, но хуже всего — вселял в сердца людей какой-то необъяснимый страх.