Девочка подошла к очагу и достала лист бумаги, Элизабет тут же узнала его – с этим документом в руках Тёрнер пришел за ней на кладбище несколькими часами ранее.
– Вот ваш контракт, – сказала девочка, подняв лист высоко вверх. – Он был заключен между вашей душой и Хароном в тот день, когда вы пришли на Землю, и вы его соблюли, вернувшись к Стиксу в назначенный час. Отныне этот контракт недействителен. Он принадлежит вашей прошлой жизни.
Она бросила документ в огонь, и пламя с громким треском поглотило бумагу. Не в силах оторваться от зрелища, Элизабет удивилась, заметив, что девочка держит в руках еще один предмет – черное платье, в котором ее похоронили. Элизабет открыла рот, но не успела издать и звука, как хозяйка странной церемонии бросила на нее такой строгий взгляд, что она осталась стоять как стояла.
– Вот ваш саван. Он сопровождал вас в последний путь. Он олицетворяет вашу смерть, а значит, и то, кем были вы до того, как стали Возвращенной.
Когда девочка бросила платье в огонь, Элизабет не сдержалась – она закричала и бросилась вперед, но, едва сделав шаг, почувствовала, что Тёрнер схватил ее за руку.
– Отпустите меня! – воскликнула Элизабет. – Вытащите платье из огня! Это последнее, что дали мне родители!
Она зарыдала от злости и горечи, но девочка лишь молча стояла и смотрела на нее, нахмурив брови.
– Отпустите меня, Тёрнер! – закричала Элизабет снова. – Это всё, что у меня осталось от родителей!
– Это больно, но так надо, – настоял он. – Бросьте.
Элизабет разрыдалась, напрасно пытаясь вырваться из почти сверхъестественной хватки Тёрнера. Женщина с голубыми губами нежно взяла ее за другую руку, и вместе с Тёрнером они подвели ее к стулу. Элизабет уткнулась лицом в ладони, снова и снова повторяя:
– Хватит, я не понимаю, почему вы так поступаете со мной.
За один вечер произошло гораздо больше, чем мог осилить ее разум. Она была растеряна и испугана одновременно.
– Церемония окончена, – вновь прозвучал ясный голос девочки, стоявшей у очага, в котором догорало платье. – Ваши прошлая жизнь и прошлая смерть теперь позади. Вы стали одной из нас.
Девочка сделала знак остальным Возвращенным, которые уже отошли от Элизабет:
– Теперь вы можете нас оставить. У мисс Блэк наверняка накопилось много вопросов, и она имеет право получить ответы.
Элизабет подняла голову и опухшими от слез глазами посмотрела на Тёрнера, который нехотя отошел от нее. Женщина с голубыми губами что-то прошептала ему на ухо, и они удалились. За ними последовал светловолосый юноша – прежде чем уйти, он бросил на девочку несколько испуганных взглядов.
Все покинули комнату, в которой остались только девочка в черном и совершенно растерянная Элизабет. Девочка глубоко вздохнула.
– Понимаю, вы потрясены, – ласково сказала она. – И злитесь. Вы мертвы. Наверняка обижены на весь мир за то, что с вами случилось, и, пожалуй, на нас в особенности, поскольку именно мы привели вас сюда и уничтожили последнее, что было вам так дорого. Мне это доставляет не больше удовольствия, чем вам. Просто так надо. Я не могу ни вернуть вас обратно, ни смягчить вашу боль. Но по крайней мере я могу ответить на ваши вопросы. Итак, хотите, я вам всё объясню?
Элизабет неловким движением руки вытерла слезы и кивнула.
Всех проблем это не решит, но хоть что-то.
Глава девятая
Дети Харона
Девочка в черном пригласила Элизабет присесть рядом с ней к очагу: теперь они вдвоем наблюдали за извивающимися языками пламени. Девочка откашлялась и начала длинный рассказ:
– У вас наверняка много вопросов, мисс Блэк. Пожалуй, эта ночь – самая ужасная, но в то же время и самая важная за всё время вашего существования. Другие тоже через это проходили, а моей задачей всегда было ответить на их вопросы. Итак, начнем. – Она выдержала паузу, заметив, что Элизабет разглядывает ее, затем кивнула в знак понимания. – Наверное, стоит начать с самого простого: я – Возвращенная, как и вы. Меня зовут Изольда, и, поскольку вы, наверное, уже задаете себе этот вопрос, скоро мне исполнится восемьсот девяносто лет.
– Восемьсот девяносто? – повторила Элизабет затаив дыхание.
– Именно. Но вернемся к тому, почему вы оказались среди нас.
Она взяла кочергу и поворошила угли в очаге с какой-то зловещей сосредоточенностью, потом продолжила свой рассказ:
– Этот глупец Тёрнер сообщил мне, что уже вкратце объяснил вам, кто мы такие, но этому тупоголовому следовало привести вас сразу на церемонию вместо того, чтобы впутывать в один из своих мудреных планов. Так я могла бы рассказать обо всём сама и избежать травмирующих событий, которые вам совершенно ни к чему сегодня ночью. Что ж… Он сообщил мне, что вы знаете, кем был Харон в греческой мифологии. Приятно сознавать, что в кои-то веки имею дело с человеком хоть немного образованным.
Несмотря на холодный тон, Элизабет приняла комплимент и слегка улыбнулась.
– Однако позвольте мне все-таки поведать вам подлинную историю Харона и Ордена Возвращенных. Нашу историю. Она началась много веков назад, задолго до Рима и Афин. Смерть, хозяйка царства мертвых, стала замечать, что некоторые души никогда не возвращались в ее мир и продолжали наслаждаться земной жизнью. Однако каждая душа заключает со Смертью контракт: душа приходит на землю, а контракт оговаривает, сколько времени ей отпущено в живом теле, когда и как она вернется к Смерти.
– Такие же контракты держал в руках Тёрнер? – спросила Элизабет. – Из них он узнал, когда те старики должны были умереть?