Друиды: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

© Перевод с англ. Грушецкий В. И., 2020.

Пролог

Долго-долго он был все равно что мертвым. А затем на него рухнуло ощущение: он жив! Он продолжал осознавать нежную сеть, которой был окутан, только теперь он покидал ее; с той стороны до него дошел зов тех, кто был ему дорог. Два чувства боролись в нем. Одно побуждало скорбеть и жаловаться, не желая расставаться с уютом и теплом, другое настоятельно требовало покинуть мрак и выйти наружу. Пространство вокруг него сжималось и пульсировало, словно в ритме огромного сердца, а движение куда-то в неизвестность продолжалось. Он повернулся и полетел вниз, вниз, словно попав в гигантский водоворот.

Постепенно начали возвращаться давно забытые понятия направления, расстояния и времени. Сосредоточившись на них, он обнаружил, что плывет среди звезд. Вокруг, подобно цветущим лугам, разгорались все новые созвездия. Он протянул к ним руки; к нему почти вернулось воспоминание о чудесных прикосновениях... но нет, он заскользил дальше и дальше, но движение вскоре замерло посреди теплого места, освещенного тусклым красным светом. Некоторое время он лежал там, предаваясь грезам, словно подвешенный между мирами, колыхаясь на волнах в едином ритме со вселенной. Он использовал время, чтобы разобраться с воспоминаниями, решая и взвешивая, что оставить, а что больше не понадобится. Так мало оказалось действительно ценного, и так трудно было предугадать, что может пригодиться в будущем. Безмолвная команда заставила его запомнить все действительно ценное и отбросить несущественное.

Он долго мягко покачивался на волнах, а потом начался спуск. Он не хотел, он пытался сопротивляться, но его схватили, крепко сжали и, в конце концов, выбросили куда-то, где все оказалось твердым. Поток чего-то незнакомого хлынул ему в рот... и младенец использовал свой первый вздох, чтобы закричать.

Глава первая

Я проснулся в ужасе, потому что неподалеку слышалось пение. Правда, тут же и успокоился. Пели кельты. Пели свои. Высокие люди, голубоглазые и страстные, как все их соплеменники. Большинство из тех, кто считался моим кровным кланом, были светловолосыми, и только я отличался рыжиной оттенка темной бронзы. Я был другим.

Девять лун спустя после моего рождения друиды дали мне имя Айнвар. Я родился в племени карнутов, в кельтской Галлии, в свободной Галлии. Мой отец не был князем, не носил заклятых мечей, но он все же был из высокородных, и о его праве на золотое кольцо часто рассказывала мне бабушка. Родители и братья умерли еще до того, как я стал осознавать себя, я не помнил их. Бабушка вырастила меня здесь, в поселке Рощи. Я помню время, когда селение, окруженное деревянным частоколом, казалось мне целым миром. Насколько хватает моей памяти, вокруг всегда звучали песни. Мы пели для солнца и дождя, для смерти и рождения, для работы и войны. Но теперь, когда меня разбудило знакомое пение, я сильно напугался. Ведь меня могли заметить!

Нельзя было засыпать. Я просто хотел переждать в своем тайнике до рассвета, хотел увидеть, как друиды входят в Рощу. Но по молодости ночные приключения так утомили меня, что, найдя подходящее убежище, я сомлел и задремал. Услышав пение, я понял, что проспал начало, что друиды уже в Роще. Верно, они прошли мимо меня, совсем рядом. Вслух никто не говорил, какие кары ждут тех, кто будет следить за самыми сокровенными ритуалами, но в том, что любопытному не поздоровится, можно было не сомневаться. Стоило подумать об этом, как у меня пересохло во рту, а спина покрылась потом. Я не думал о том, что меня могут поймать. Я просто хотел увидеть великую магию.

Медленно и с трудом я разогнул спину и встал на ноги. Казалось, каждый мертвый лист под ногами предательски грохочет, но действо под дубами не прерывалось. Похоже, они все же не догадываются обо мне. Тогда я подумал, что, может, мне подкрасться поближе, а то ведь отсюда ничего не разглядеть. Страшно, конечно, но любопытство сильнее. Такого стремления увидеть запретное я в себе не помнил.

Мое убежище располагалось между корнями огромного старого дерева, в дупле, наполненном опавшими листьями. Стоило мне сделать первый шаг, как под ногой треснула сухая ветка. Я замер. Даже если друиды не услышали треск, они должны были услышать грохот моего сердца. Нет. Ничего не изменилось. Пение продолжалось. Тогда я с удвоенной осторожностью двинулся вперед.

В селении все знали, что друиды собираются провести ритуал смены сезонов. Застрявшее колесо погоды надо было провернуть. Обычные обряды возвращения солнца ничего не дали, и теперь они решились на тайный, особо сильный ритуал. Естественно, только посвященные могли наблюдать за происходящим.

Мы без конца переживали зиму. Метели сменялись холодными ветрами с ледяными дождями. Небо над Галлией с утра до утра затягивали плотные облака. Скот отощал, запасы подходили к концу, люди были напуганы. Помочь могли только друиды.

Когда я был ребенком ростом по колено взрослым, бабушка несколько раз заставала меня с пальцем во рту во все глаза разглядывающим проходивших мимо людей в плащах из неокрашенной шерсти. Из-под капюшонов, похожих на темные пещеры, загадочно посверкивали глаза.

— Это Мудрые, — сказала мне Розмерта, взяла меня за руку и увела, хотя я продолжал оглядываться через плечо. — Не надо смотреть на них, Айнвар. Если Мудрый в капюшоне, никогда не смотри на него. И не забывай проявлять к ним величайшее почтение.

— Почему? — Этот вопрос я задавал по любому поводу.

Бабушка присела передо мной, хрустнув коленями. Ее морщинистое лицо с выцветшими голубыми глазами, оказалось прямо напротив моего.

— Потому что без друидов нам не выжить, — мягко произнесла она. — Без них мы беспомощны, особенно перед Незримым.

Вот с этого, наверное, и возник мой жгучий интерес к друидам. Я хотел знать о них все. Я задавал тысячи вопросов. Со временем я узнал, что Орден Мудрых делился на три ветви. Историю племени хранили барды. Наибольшим почетом пользовались прорицатели. Обычно ради простоты всех членов Ордена называли друидами, но в самом Ордене сохранялось четкое деление на группы. Барды составляли третью группу, но те, кто входил в нее, получали право именоваться бардами только после двадцати зим обучения. Друиды были мыслителями, учителями, толкователями закона, целителями, хранителями тайн.

Без них не обходилась ни одна сторона жизни. Они измеряли землю и небо, указывали лучшее время для посевов и сбора урожая. Поговаривали, что они сведущи в правильных отношениях между мужчинами и женщинами, владели боевыми навыками и учили воинов убивать врагов. Ученые эллины с юга называли друидов «натурфилософами».

Основной обязанностью друидов было поддержание гармонии между человеком, землей и потусторонним миром. Все три эти сферы неразрывно связаны между собой и должны пребывать в состоянии равновесия, иначе придет беда. Друиды хранили многовековую мудрость племени, они знали, как поддерживать этот баланс. За границами нашего поселения лежала тьма неведомого, и только мудрость друидов держала ее в страхе и повиновении.

Как я завидовал знаниям, хранящимся под их капюшонами! Мой незрелый ум страстно желал ответов на вопросы, так же как мой живот постоянно жаждал еды. Какая сила выталкивает нежные травинки сквозь твердую землю? Почему мои содранные коленки иногда сочатся кровью, а иногда какой-то прозрачной жидкостью? Кто откусывает куски от лунного диска? Друиды знали. Я тоже хотел знать.

Друиды учили детей воинов, составлявших кельтскую знать, узнавать звезды на небе и определять по ним направление. Мы встречались в рощах и сидели у ног наших учителей в пятнистой тени. Иногда среди нас появлялись девочки. Они тоже хотели учиться. Но настоящих тайн они не удостаивались, это был удел посвященных. Вот поэтому ритуал изменения погоды и стал таким притягательным для меня.

Гадатели объявили пятый рассвет после полной луны самым подходящим временем. Место проведения ритуала, конечно, в самом священном месте Галлии, в великой дубовой Роще на гребне холма к северу от нашего поселения. У подножия холма стоял барак для воинов, таких как мой отец. Они охраняли подступы к Роще, которую никогда не должна была осквернить нога иноземца.

В Галлии немало укрепленных поселков и городов. Это оплоты князей кельтов. Но у нашего селения другая задача. Мы жили при Роще, главном священном месте Галлии, и главный друид карнутов считался среди других самым авторитетным.

В ту ночь, на которую был назначен тайный ритуал, я лежал, изнывая от нетерпения, и ждал, когда бабушка, наконец, заснет. Я всегда жил с Розмертой; она заботилась обо мне, ругала и наставляла меня. Она бы никогда не позволила мне выйти в холодную ночь, чтобы посмотреть на то, на что смотреть нельзя. Само собой, я не собирался спрашивать у нее разрешения. И, как на зло, именно сегодня она, казалось, и не собиралась укладываться. Я даже спросил ее пару раз: «Неужто ты не устала за день?»

Она улыбнулась беззубой улыбкой.

— Да нет, парень. Я не устала. А ты спи, давай. Все хорошие ребята спят уже, — и продолжала ковылять по нашему домику, занимаясь своими женскими делами.

Я ерзал от нетерпения на своем соломенном тюфяке, то и дело поглядывал на Розмерту, и тут же переводил взгляд на выцветшие щиты, развешенные по бревенчатым стенам. Они давно висели без дела, ведь мой отец и братья пали в бою незадолго до моего рождения. Мать родила меня очень поздно и почти сразу же отправилась вслед за мужчинами, чтобы своими глазами увидеть великое Потустороннее. Щиты служили постоянным напоминанием моего предназначения воина, но их тусклая слава совсем меня не волновала. Я хотел, как друиды, творить великую магию.

Ужин камнем лежал в животе. От волнения я не мог его переварить. Розмерта время от времени озабоченно посматривала в мою сторону. Наконец она перестала бродить по дому, придвинула трехногий табурет к огню, села и замерла, глядя на пламя.