Город, который построил Я. Сборник. Том 5: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

 Подхожу к зеркалу, и вижу в нем пикассовского Амбруаза Валлора. Отгибаю створки еще больше. В комнате полумрак. "Герника" – следующий этап трансформации. Я распадаюсь на осколки образов, бесчисленное множество идей, но это не отражения одного и того же, не механическое копирование, а каждая старается изо всех сил о себе заявить – Я есмь! Лицезрейте меня во всей красе!

Каждый персонаж – герой эпизода, соответствует моей сущности. Они то беснуются, то кричат от удушья, взывая о помощи, а кто-то выражает неподдельное самодовольство и экстаз от удачно найденной мыслеформы. Все они пытаются друг друга переорать и перещеголять в своей уникальности и неповторимости. Многим это удается, а в особенности тем, кто ближе всего расположен к точке золотого сечения. Но и это ненадолго. Громогласно и изощренно помитинговав, меняются друг с другом местами, чувствуя себя изрядно измотанными и опустошенными.

 И вот, конечный этап претворения. "№5.1948" Джексона Поллока. Это то, к чему меня уже давно вело подсознание. Я превращаюсь в мириады блеклых мазков, черточек и точек, не имеющих ни центра притяжения, ни пространства для свободного парения. Безжизненные хаотические кляксы, без формы, идеи и содержания.

На прошлой неделе в нашем подъезде в лифте разбили лампу, и некому ее было заменить, хотя сам лифт работал исправно. И, бороздя, время от времени, просторы этажей, я подумал вот о чем:

– Да, действительно наступили смутные времена, но никакой зависти к мертвым я не испытываю.

И второе:

– Почему-то все неудачники и русские бабушки у подъездов так жаждут конца света и некоего преображения мира, надеясь, что кромешная тьма сможет обеспечить им успех и почитание.

 Я начал писать прозу уже довольно давно (аж с ноября 2009 года), и никто об этом не знал, кроме самых близких. Но тут я набрался мужества и заявил об этом во всеуслышание.

Реакция была примерно такая:

– ................

 Отхожу от зеркала и подхожу к окну. Вижу, как густые снежные хлопья первого снега ложатся на асфальт, и тотчас тая, образуют повсюду мелкие лужицы. Как женская фигура, подняв воротник, торопится домой, слегка оторопев от внезапно разбушевавшейся стихии. Вдали над соседним микрорайоном, пронеслась вереница птиц, видимо задержавшихся в нашем холодном городе. Они держат путь на юг, и легкая дымка на горизонте сулит им удачу.

 Я подхожу к зеркалу, закрываю створки, выключаю свет и выхожу из дома. Как бы мне сейчас хотелось быть там, в той стае вестников такой далекой и почти неосуществимой свободы. И я иду инстинктивно по направлению их полета, в тот край, где нет ни великой цели искусства, ни талантов, ни гениев, ни понятий о целесообразности и пользе. Где нет обязанностей и долга, которыми мы напичканы с самого своего рождения, в конце концов, нет зеркал и нашего же отражения, от которого мы впадаем в уныние и несем этот груз на себе всю жизнь.

– Но к чему это он тут резонерствует! Кому нужна эта надуманная философия и фальшивые сантименты! – хотя бы так, должен был кто-то отреагировать на вышеизложенный абзац…

Но так никто ничего до сих пор не сказал.