И Серый волк: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Микшан ухватил двумя руками за цепь, дёрнул тот конец, что уходил в стену. Бесполезно, не выдрать. А в носу даже эта попытка отдалась острой болью, так что из носа выдирать цепку лучше и не пытаться.

Осторожно попытал изувеченную харю. Там обнаружилось кольцо, даже на ощупь тяжёлое и ржавое. Кольцо прободило обе ноздри и носовую перегородку. Замочка на кольце не было, а о том, чтобы дёргать за него, пытаясь снять силой, не стоило и думать.

Микшан завыл, безнадёжно, как собачонка, которую волокут к реке топить.

— Что, милок, кислые яблочки оказались? — послышался голос сзади. — Оскома замучила?

И не повернуться, не поглядеть на того, кто за спиной. Стой, уткнувшись в стену. Ещё можно вниз глаза скосить. Там стол стоит, дощатый, некрашеный. Таких в деревне полно.

— Дяденька, пусти! — прогундосил Микшан.

— Ишь, как запел! А как яблоки воровать, так героем был.

— Я же ни одного яблочка не сорвал. Хоть проверьте.

— Ещё бы ты сорвал… Тогда, не знаю, что с тобой надо было бы сделать. А так, пришибить тебя до смерти — и дело с концом.

— Как это, ни за что, и пришибить? Меня искать будут. Милиция с собаками приедет.

— С собаками? Это интересно. Псина возьмёт след и приведёт проводника на берег реки, знаешь, где омут. А там найдётся твоя сумка, с которой ты за яблоками ходил. След там и оборвётся. После этого искать будут уже в реке. Может быть, выловят твой сандаль. Да-да, этот самый, не дрыгай ногой.

Разговор напоминал дурацкие пристёбки, но ржавая цепь и острая боль в носу возвращали происходящее в русло реальности. А в реальности уже не подёргаешься, так что остаётся ныть, как нашкодивший малец:

— Я больше не буду! Честное-пречестное!

— Ты ещё перекрестись или честное пионерское вспомни.

— Чево?

— Видали, не помнит. А я, вот, помню.

— Дяденька, хочешь я честное пионерское дам, что больше за яблоками по чужим садам лазать не буду?

— А зачем оно мне? К тому же, ты не пионер.

Говоривший выбрался из-за спины Микшана на свет. Да, это был дядька Евстихей, тысячу раз виданный, в котором, кажется, ничего особого не было. Но почему-то от этого стало ещё страшнее. Хотелось плакать, но не моглось. Нос не позволял.

Живо вспомнилось, как старухи говорили про Евстихея: «Дьявол, колдун окаянный!»

Евстихей вытащил откуда-то стул, уселся напротив Микшана. Цепь небрежно сдвинул в сторону, заставив Микшана взвыть. Выложил на стол большое румяное яблоко и огромный шприц с тонкой иглой. Такие шприцы Микшан видел у ветеринара. Последней на столе явилась прозрачная склянка, украшенная изображением черепа и костей.

Евстихей наполнил шприц отравой и принялся вгонять иглу в румяный бок, негромко напевая:

— Яблочко, яблочко, соку спелого полно!

Микшан сидел, замерев, только губы тряслись. Даже ломотная боль в носу мучила уже не так сильно.

— Ну, как, охота моего яблочка откушать?

— Не-е…

— Правильно. Напоено было ядом, знать, оно. Откуда стихи, знаешь?

— Не…

— Эх, ты, а ещё пионер!

— Я и не пионер вовсе. Дяденька, пусти, больно же…