— Слушай! Мы с тобой дома из воды отливать будем! Степан, — позвал он Порошенко. — Ты литейщик, слушай! Форму сделаем для целого дома с комнатами. Водой зальем. Потом заморозим. Форму разберем. Дом готов. С балконом. С сортиром. Ва!..
— Тьфу! Ну и воображение у тебя! — отозвался Степан.
— Почему так? В книжке прочитал:
— Это царица Анна Иоанновна для потехи ледяной дом на Неве приказала построить. А нам в тепле жить надо.
Я сказал, что в ледяных домах должны быть не только каналы для охлаждения, но и теплозащитные, отопляемые панели.
— Лед охлаждаем, комнаты греем! Вместо обоев теплоизоляция. Хорошо! — обрадовался Вахтанг.
— Лед — коварный материал, — предупредил я. — Ледники знаешь? Текут как речки. Медленно, но неизменно.
— А правда! Почему?
— Известное дело. Твердая жидкость — вот что такое лед, — солидно заметил Степан.
— Вот и нужно нам, друзья, придумать, как твердую жидкость в твердое тело превратить, — предложил я.
— Что делать будем? С какого конца?
— Начнем с воды. Пробовать по-всякому.
— Я ж говорю, что мы не яйца, не петухи, а человеки, воображала!
— Верно, Вахтанг. Воображение нам потребуется.
Так начались наши, может быть, и не вполне оригинальные исследования. Мы были упорны и искали десять лет.
Мы даже старались намагнитить воду, заведомо немагнитную. И обнаружили изменение ее свойств. Она активнее растворяла в себе вещества, не давала накипи. А это было уже кое-что! Узнали, что и в других местах добились подобных результатов. Потом установили, что чистая дистиллированная вода в закрытом сосуде выделяет газы по-разному в разное время суток и времен года. И разница в двадцать раз!
Но над лабораторией нависла угроза.
Однажды к нам вошел новый директор завода Аскаров, переведенный с юга Урала. По его обычно скованному лицу пробегала порой гримаса, которую он подавлял усилием воли. Ему особенно приходилось держать себя в руках, потому что его сопровождал знаменитый ученый, член-корреспондент Академии наук СССР, профессор и лауреат премий, человек высокий и по росту и по положению, с лицом по-орлиному строгим, с широко расставленными глазами и царственно-птичьим выражением.
— Какую вы тут воду из пустого в порожнее переливаете? — спросил директор и поморщился как от боли.
— Омагниченную, Садык Митхатович, — отрапортовал Неидзе.
— Что вы скажете? — обратился директор к ученому гостю.
Тот с презрительной усмешкой произнес:
— Вода диамагнитна, и потому магнитные поля ее свойств не изменят. Сомневаться в этом антинаучно.
Это был приговор. Мы с Вахтангом поникли головами.
— Понятно? — спросил новый директор.
— Понятно, но не до конца, Садык Митхатович.
— Конец будет в закрытии лаборатории, занимающейся посторонними для металлургии делами, — заключил директор и поморщился.
И они ушли.
— Жил-был царь, — начал Вахтанг. — Очень любил слушать советников и набирал их, чтоб говорили красиво, величаво…
Я махнул рукой, а он закончил: