похмелье деду жить мешало,
а как пройдет часок, другой,
то самогонки снова мало,
напьется, топает ногой,
мол, принеси-ка выпить баба
сто грамм хмельные на обед!
– Ах, не несешь, ну ты и жаба!
Что, состраданья вовсе нет?
Его старушку звали – Глаша,
добрейшей женщиной была,
в избе уют, а в печке – каша,
так с Дормидонтом и жила…
Прошли нелегкие дороги
они совместно с муженьком,
войну видали и остроги,
беда и голод был знаком
Ну, а сейчас, век доживают,
стареет муж, а был – орёл…
Но иногда, часы бывают,
напьется, лезет под подол.
А по соседству, слева, рядом,
у мамы с папой рос Гаврил,
любил заняться плотно садом,
им помогал, что было сил…
Достоин в жёны взять принцессу,
созрело всё уж у сынка,
давно готов к любви процессу,
любовь не найдена пока…
Мужские выросли детали,
когда ходил он по нужде,