– Успокойтесь, доктор властно положил ей руку на плечо. Прошел месяц. Плохие вести доходят быстро. В любом случае, мы скоро все узнаем. Как вас зовут?
– Марго.
– Сколько вам лет?
– Ээ. Она вдруг поняла, что не знает, сколько ей лет. Полгода назад они праздновали ее день рождения в «Белом кролике», сколько же ей тогда исполнилось? Забыла.
– Мне приблизительно 20 лет.
– Сколько? – вежливо переспросил врач.
– Двадцать. А что, я так плохо выгляжу, – улыбнулась Марго и кокетливо посмотрела на него.
Но странное дело, на ее флирт доктор не отреагировал и продолжил задавать вопросы.
– Где вы живете?
– В Москве. В красивом небоскребе.
– А где это? Помните адрес?
Марго поморщилась, – не помню. Там, внизу, французская булочная, проговорила она. И цветочный магазин.
Доктор нахмурился, – и это все? В Москве тысячи таких домов. Ближайшее метро?
– Да. я спускалась в метро. Там было какое-то метро, но я не могу вспомнить какое.
– Уже лучше. А родственники у вас есть?
– Родственники? Этот вопрос поверг Марго в совершенный ступор. Она вдруг поняла, что ничего про себя не знает. Где она родилась, выросла, были ли у нее друзья – все чистый лист. Все ее воспоминания были связаны только с Вадиком. Она беспомощно посмотрела на доктора.
– Я помню только Вадика. Как я с ним познакомилась, жила, и на этом все. До встречи с ним я ничего не помню.
– Ясно. Будем лечить, пока выписать вас не могу.
– Я поняла. Я поправлюсь? Вы найдете Вадика? Марго с мольбой смотрела на доктора.
– Мы сделаем все возможное, заверил ее доктор шаблонной фразой, которая в критических ситуациях, возможно и успокаивала.
– Поправляйтесь, Маргарита, сказал он на прощание и ушел.
– Маргарита? Ее в жизни так никто не назвал. Что за официальный тон? И вдруг до нее дошла такая простая истина – доктор не смотрел на нее с восхищением, как обычно смотрели другие мужчины. Даже, когда она включила свое обаяние. При виде ее мужчины оборачивались, ловя случайный взгляд, улыбку, невольный жест, и уж конечно, никто бы из них не сказал ей, – поправляйтесь Маргарита. Интерес доктора к ней как к женщине, пропал, не начавшись. Это обеспокоило ее гораздо сильнее, чем то, что ее нашли на улице. Неужели я так плохо выгляжу, испугалась Марго. Где бы раздобыть зеркало, она пробежала взглядом палату, но так и не нашла ничего подобного. Мне срочно нужно зеркало, чтобы привести себя в порядок.
Она захотела ощупать свое лицо, и подняв руки, почувствовала эффект дежавю. Как тогда, в страшном сне, к ней тянулись старые, морщинистые руки. Марго пристально осмотрела их. Нет, это не могут быть мои руки. Даже если бы я месяц пролежала на улице, они не смогли бы так быстро состариться. Видимо, я сплю и переживаю очередной кошмар. Теперь в голове ее все стало на свои места. Ну, конечно, все это мне просто снится. Я ничего не знаю о себе, месяц лежу в Богом заброшенной больнице, и Вадик не приходит за мной. Да еще и эти страшные руки. Что может быть ужаснее? Осознав, что это сон, Марго ровно задышала и спокойно заснула.
***
Утро она встречала в той же палате с теми же руками. Открыв глаза, она недоверчиво огляделась, а потом посмотрела на свои старые руки. Разве можно опять проснуться в кошмаре, не поверила он, попробовала сесть, но голова тотчас же закружилась, и она бессильно рухнула на подушки. Я должна пытаться. Весь день Марго тренировалась сесть, и уже к вечеру ей это удалось. Она не могла поверить, принять, что это происходит наяву, ведь такого просто быть не могло.
Чтобы хоть как-то отвлечься от тяжелых раздумий, она назначила себе физическую нагрузку. Через несколько дней начала вставать на ноги. Сначала немного, два-три шага, потом пять шагов по палате, и вот, наконец ей разрешили выйти в коридор. Держась одной рукой за стену, Марго доковыляла до туалета. На улице было темно. В туалете горела яркая, ничем не прикрытая лампочка, и Марго впервые отчетливо увидела свое отражение.
Сначала она подумала, что это кто-то стоит. Даже разозлилась на нее, мол, чего уставилась? Но чем дольше Марго смотрела, тем яснее она понимала, что это ее отражение. На нее смотрела старуха.
***
Высохшая кожа, дряблая шея, запавшие глаза и жесткие седые пряди – вот и все, что осталось от ее былой красоты. Она даже не смогла ужаснуться, настолько это казалось неправдоподобным. Еще вчера ты молода, прекрасна, любима, а сегодня ты древняя старуха, забытая Богом и людьми. Также не бывает. Может, здесь утечка радиации. Или проводятся какие-то секретные эксперименты? Но нет, если была бы радиация, выпали бы волосы, и меня рвало. Да и кто решится проводить такие эксперименты в этом захолустье? Здесь и оборудования-то нет.
Марго снова и снова ощупывала свое лицо, так и не сумев принять тот факт, что за время, проведенное в больнице, она состарилась на 50 лет. Так вот почему доктор не ответил на мой флирт, горько усмехнулась она. Старуха в отражении злобно осклабилась.