― Боже, ― его голос дрожал. Он смотрел на меня, поглощая, я не могла оторвать взгляда. Сильное пламя разгорелось в глубине его тёмно-сапфировых глаз, ― Вик, ― прошептал он, скользя по моим распухшим губам, своими. ― сейчас же ложись спать.
Его шёпот, руки, тело ― содрогались от прикосновений ко мне. Я прикусила нижнюю губу, чертовски уверенная, что не хочу спать. Протестуя против этой пытки я подалась ближе к нему, притягивая за шею, буквально требуя. С красивых приоткрытых губ сорвался тяжелый вздох. Прикосновение пришло в движение. Реальность вокруг меня дрогнула, совсем чуть-чуть.
Его затуманенные глаза вспыхнули, зрачки расширились превращая глаза в неспокойные тёмные озёра. Я потеряла воздух, и напряжение от его прикосновений взорвалось мириадами звёзд, стирая границы реальностей, и мое тело сотрясло от удовольствия. Я разрушилась и умерла прямо в его руках, хотя, клянусь, не чувствовала себя более живой, до этого момента.
Он упёрся лбом в моё плечо, другой прочно удерживая меня за талию. Заглянув в глубину моих глаз, просто пригвоздил меня на месте.
― Только попробуй мне сказать, что этого не было… ― его хриплый голос отражался эхом в моём разрозненном сознании, если я конечно вообще была в сознании. Тяжело дыша, он сомкнул глаза, прижавшись ко мне лбом, он перевёл дыхание, успокаиваясь.
Я с трудом смогла сделать ровный вдох.
― Теперь я точно не усну. ― выдохнула я, сломано. Раф, мрачновато хмыкнул.
― Мне неделю придется принимать ледяной душ.
Крутя, серебряную порядку на палец, пыталась осмыслить как это произошло. Я канула в пропасть, когда я поняла с чем играюсь.
― Раф… ― я поймала его взгляд, ― Это… это, что седая прядь?
Я присмотрелась внимательнее, решая не обманывает ли меня моё зрение. Но нет же! В волосах, около 7 см, длинной, с левой стороны, вьётся тоненькая серебренная прядка.
Он захватил мою руку, и прижал кончики, моих пальцев к своим губам.
― Да, всё, спать, Вик. Немедленно.
Я вмерзла в пространство, не в силах пошевелиться. Это открытие, потрясло меня до глубины души. Это рисовало черноволосого мальчишку, лет десяти, с огромными сапфировыми глазами. Его волосы, продеты серебром. Образ в моей голове закрыл глаза, а когда открыл в глазницах зияла чёрная пустота. Я содрогнулась от этого. Это было словно… видение.
Он прижал мое, гудящее, покалывающее тело к себе. Я чувствовала, как бьётся его сердце за моей спиной и хотела бежать и остаться. Я могла бы сбежать в это сердце и поселится там. Его песня, тихо напевала в моей памяти, сюрреалистичную исповедь.
Вот только, что там в этом сердце, и есть ли в нём место для меня ― я не могу знать.
Глава 14. Крептонит
Плавные щекочущие прикосновения, скользящие от лодыжки вверх по ноге, отодвинули занавес сна. Я испугалась, что по моим ногам ползёт какое-нибудь насекомое или возможно Колянов Жорик, снова забрёл к нам в дом. А Жорик, между прочим тарантул…
Нервно подорвавшись на кровати, судорожно втянув воздух, но весь воздух всё равно порывисто меня покинул.
Ох… лучше бы это был Жорик.
В полумраке комнаты, с плотно задёрнутыми тёмно-фиолетовыми партерами, некоторые, невесомо обхватив мою ногу под согнутой коленкой, прокладывали дорожку нежных поцелуев вверх по моей ноге. В сумраке я почти не видела его, только смоль волос и силуэт оголенных плеч, но кожей почувствовала, как он изогнул губы в кривой ухмылке, не на секунду, не прекращая путь своих губ, добравшись почти до коленки. Чёрт побери, у меня бабочки порхают в коленках! Я начала судорожно соображать, не в силах пошевелиться. Его рука мягко скользнула вверх, по внутренней части моего бедра. Восхитительно медленно, отдаваясь подрагивающей пульсацией во мне.
Так, кажется, я ещё сплю.
Меня догнали воспоминания из вчера, заставляя меня молниеносно отрезветь, ну или почти, но уж точно окончательно пробудиться. Я растерянно заблуждала глазами по его фигуре во мраке.
― А традиционно ты не мог меня разбудить? ― промямлила я еле-еле, ― Зачем так пугать?
Он вскинул на меня синие глаза, потемневшие до неузнаваемости.
― Пугать? ― повёл он бровью, и сложив на мою согнутую коленку ладонь, уткнулся в неё подбородком, ― Хм, я пытался тебя будить четыре раза, и все четыре раза предположительно был далеко и надолго послан.
― Предположительно? ― пробормотала я, понимая, что рука с моего бедра никуда не делась, выводя пальцами неспешные круги. Вот чёрт.
― Предположительно на-дене. ― задумчиво проинформировали меня некоторые, невозмутимо, хозяйничая кончиками пальцев на внутренней стороне моего бедра. Покосилась на его руку, машинально облизнув губы.
― Ясно…
― С такими мыслишками, ты чертовски рискуешь надолго тут задержаться, ― сказал он с дразнящей интонацией, не останавливаясь. Какого чёрта он делает? Посмотрела в его глаза, прекрати-по-хорошему-или-пожалеешь-взглядом. Его тёмный взгляд, мог заставить вспыхнуть кровь. Сквозь мизерные частички сна, и будоражащие ощущения, обратила внимания на один момент. Мой чемодан стоял около письменного