Ночь в Новом Орлеане: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С Любовью,

твоя Птица

Какая еще Птица? У неё есть знакомые, которых я не знаю!

А что в коробке?

Не долго думая, раскрыл этот кусок картона и то, что я увидел внутри, не поддавалось никаким описаниям. Я ожидал увидеть там все, что угодно. От украинского борща в пакете до зубной щетки. Но никак не ожидал увидеть там скрипку. Я присмотрелся к коробке и понял, что мне так в нём знакомо. В ночной тьме я не разглядел футляр. А рядом с четырьмя струнами разной толщины лежал смычок с туго натянутыми конскими волосами черного цвета. Сама скрипка тоже была черной, но даже не смотря на это, я просмотрел эту картину, исполненной детского восторга и крика «Чёрное на Чёрном».

А Чарли, оказывается, умеет играть на скрипке. Конечно, она не говорила: «Помни, я – музыкант». Не то что бы я удивлен, но поражен совпадением. Ведь я тоже кое-что умею и могу спиликать на этом тонком инструменте. Но все же, это было так давно…

Уж не знаю что, но что-то у мня в мозгу взвизгнуло и я схватил скрипку со смычком и вышел на нечем не отличавшуюся от кухни улицу. Разве что, запахом.

Во дворе было тепло. Полный месяц светил во всю и было очень светло. В моих руках была хоть и старая, но полностью. Исправная и настроенная скрипка со смычком, которая не просто даст фору Страдивари, но сильно обгонит его, оставив позади с ценником в восьмизначное число долларов.

Я не хотел играть. Точнее хотел всем телом и душой, так и рвался, но все же что-то сдерживало меня, сковывая движения. Возможно, старые времена не хотят, чтобы я возвращался к ним. И только в настоящем я могу и имею право на собственный дом, где могу находиться без всякого разрешения.

Во всяком случае, я заиграл «Медленный Вальс» Штрауса. Одно из самых величайших произведений не только этого композитора, но всей истории музыки. По-настоящему стоящее, правдивое и откровенное произведение, которое плачет по несбывшемуся. Как только последняя ноты была сыграна, и смычок медленно сошел с деки, я заметил рядом с собой кота. А я, оказывается, еще не разучился играть, если животным понравилось. За столько-то лет…

Как ни старался убедить себя, что все перемены к лучшему, сколько не напоминал, что жизнь прекрасна от того, нравятся нам составляющие её эпизоды или нет. А искренне радоваться тому, что снова могу играть на скрипке я не мог. Уж слишком давно всё это было от меня. Со скрипкой связанны самые трагичные моменты моей жизни. И все же, я радовался появлению этого маленького зверька здесь. Всегда приятно осознавать, что тебя слушают и восхищаются.

Кошечка замурлыкала и ушла, как и всегда. Но не успела завернуть за угол, как обернулась и замерла. Как-будто ждала меня, приговаривая: «Быстрее уже, ни что все пропустим!». Не зная, что делая, я пошел за ней и потерялся уже на третьем повороте. Нет, все-таки я очень плохо знаю Новый Орлеан. Ночью Новый Орлеан, как и все уважающие себя города, меняются. Всеми правдами и неправда, город пытается подстроить всю существующую реальность под себя. И у него это на редкость хорошо удается. А в это время, кошка сменила свой шаг на бег. И теперь мне приходится идти не по уютным асфальтированным улицам города, но по крышам домов и совсем глухим дворам, которые тоже не лишены своей особенной, специфичной романтики. И естественно, все это очень интересно и познавательно, но капец как больно. К тому же, это существо меня больше не ждало, а просто куда-то явно спешило, наверно воображая себя старым кроликом, вконец опоздавшим, но ещё на что-то надеющемуся. Где-то на середине следовало бы остановиться и задать себе очень важный вопрос: «какого черта я делаю это?». Но как ты уже знаешь, я этого не сделал. Уж слишком велико было то шило, что не кололо, а вонзалось в анус, выворачивая наизнанку все внутренние органы. Естественно, при этом подгоняя вперед. Хотя, по всей вероятности, эта кошечка могла привести меня к какому-нибудь мусорнику на окраине города. И конечно, я бы на месте там её придушил. Несмотря на то, что кошек обожаю и протестую против насилия. Да, я протестую против насилия. Сам, правда, себе не верю.

Изнемогая от усталости, и едва переставляя ноги друг через друга мы с Анжелой (я дал ей имя по дороге, нравится?) добрались до конечной пункта назначения и я упал на колени, тяжело дыша после грандиозной пробежки. Я не сразу вгляделся в место, куда притащила меня она, и не сразу понял, что нахожусь уже далеко за городом. Ну, хоть не на болотах.

– Ну, наконец-то, а мы тебя ждали. Где тебя носило всё это время? Впрочем, неважно. Самое главное, что ты здесь!

Голос доносился из-за правого бока. Я обернулся готовый ко всему. Даже к стае говорящих котов. Но слава эволюции, пронесло. За моей спиной оказалось всего лишь буденного вида зомби, у которого на нерве свисал левый глаз. Зомби смотрел на меня, улыбался и разводил руками, дескать, добро пожаловать.

Я не сразу приобрел дар речи и здравый рассудок. Причины этого тебе, надеюсь, вполне понятны. Поэтому сказал:

– Ваша девушка положила на вас глаз.

И правда. Труп девушки, стоявшей рядом, положил на парня правый глаз.

– Мне просто так лучше видно, – объяснила она.

– Мы вас ждали, властелин.

– Ждали? Вас только двое.

– Это неправда. Нас гораздо больше. Обернитесь, пожалуйста.

От этих поворотов у меня давно должна была заболеть голова. Но, стояла, упрямая.

За моей спиной оказалась огромная, неисчислимая армия зомби. Никогда не думал, что скажу это вслух. Впрочем, и не сказал. А по сценарию, старому как мир, все эти твари должны были наброситься на меня и съесть. Но они просто стояли и смотрели на меня, как я на них. А ещё они улыбались. Весёлая выдалась ночка. Редко такие бывают.

– Наконец-то вы стали теми, на кого были похожи всю жизнь, – пошутил я, не зная, что сказать армии трупов.

Но, наверное, не стоило этого говорит, верно?

Из толпы вышел очень привлекательный и молодой труп светловолосого парня. Он молча подошел ко мне и сказал:

– Здравствуй, владыка. Мое имя Александр.

– Македонский? – не в тему перебил его я.

– Великий, но некоторые называют меня Македонским. Ты оказался ещё и пророком, мастер. Но называйте меня просто Александр.