- Аркадием. Директором конторы.
- С бывшим шефом, ты имеешь в виду?
- Да, именно.
- А зачем? - указание было более чем неожиданным.
- Ты его убедишь заново открыть вашу милую контору.
- Ничего не понимаю! Во-первых, я даже не знаю, где он и жив ли он!
- Он жив, жив!
- Если это так, то зачем я должна его убеждать открыть фирму, если он, к примеру, не собирается?
- Тебе не надо знать слишком много.
- Поверь, мне и не хочется ничего об этом знать, - с чувством сказала я. - Но как я могу говорить о том, чего совершенно не понимаю?
- В город прибудет ещё один вагон с примерно таким же грузом, что и в прошлый раз. Помнишь?
Обалдеть! Неужели меня опять втягивают в оголтелый криминал?!
- Ну, нет, не думаю, что Аркаша пожелает в этом ещё раз поучаствовать!
- Вот и убеди его.
- Как я могу его убедить?
- Скажи, что если не возникнет проблем с этим делом, то это будет в последний раз. Ты вообще нужна только для того, чтобы он был подготовлен - дальше общаться будем с ним мы. Если он сразу увидит нас, то может попытаться скрыться.
- Ты в долгу у нас, - добавил он, наблюдая моё замешательство.
Ну что ж, он был прав, я была в долгу перед ним и Саввой, и теперь он безжалостно затягивал меня в воронку своих тёмных дел.
***
Скрепя сердце отправилась я к бывшему шефу. Мне не хотелось воскрешать в памяти события прошлой зимы, но выхода не было. Григориус доставил меня к его дому, и уже там я позвонила моему пропавшему начальнику, мечтая отделаться от всего этого побыстрей.
Аркадий снял трубку и очень удивился, услышав меня. Моё напористое предложение зайти к нему побеседовать, он внезапно принял.
Я кивнула Григориусу, вылезая из машины:
- Ну, всё. Жди меня здесь. Успеха не гарантирую.
Григориус посмотрел на меня из-за темных очков и усмехнулся.
Шеф открыл дверь в какой-то мятой одежде, похудевший и слегка измождённый. Наверное, он ждал, что я призову его к ответу за его дезертирство. Но мне было не до борьбы за справедливость − вампиры не любят ждать. Поэтому я вкратце изложила суть вопроса, не упоминая никого конкретно, кто за этим предложением стоял. Но, похоже, шеф и так знал, откуда ветер дует. Он покряхтел как-то старчески, что, в общем-то, не шло его возрасту, и высказался:
- Понял, да, понял я, чего от меня хотят… Да-а… Ну, вы-то, Марьяночка, зачем в это дело встреваете? Не жаль вам себя! Не жаль.. я ведь легко, можно сказать, отделался, а Лизавета…
Тут он побледнел и вовсе замолк, даже слегка затрясся. Зрелище этого разбитого человека было невыносимым.
- Аркадий Борисович! - не выдержала я, - Мне не больше вашего хочется в этом участвовать. Надеюсь, я и не буду − меня просили поговорить с вами. И отказать я не могла, как вы понимаете. Вы, между прочим, сами исчезли и бросили нас тут, когда мы ни о чём не подозревали! Это нормально?
- Да, вы правы, наверное… Я струсил… а вы знаете, что это тогда была за поставка?
- Нет, по правде, я только предполагаю. Но это вы делали анализ порошка, а что там было на самом деле − мне неизвестно. Только с чужих слов.