– Давай вернёмся, – предложил он. Смутное беспокойство овладело им.
– Тебе нездоровится? – встревожилась Аня.
Михаил молчаливо вглядывался в безоблачное небо. Солнце стояло в зените.
***
– Такой взъерошенный и помятый, – удивился Афанасьев, когда утром в кафетерии встретил Петра. Халат с эмблемой «Заслона» висел на вирусологе жёванной белой тряпкой, глаза запали и покраснели. – Как Тим? Я писал ему сообщения, но он не прочёл их.
– Он болел три дня, а на четвёртый… – прерывающимся голосом растерянно пробормотал Пётр. – В общем, Тим вышел из окна.
Михаил изумлённо взглянул на коллегу.
– Ты разыгрываешь меня? – не поверил он, зная, что Андреевский склонен к чёрному юмору.
– Нет, он пришёл в испытательный цех, рассматривал генератор, хотел усовершенствовать его. И вдруг выкрикнул: «Всё бессмысленно!», подбежал к большому окошку. Тима не успели остановить. Полагаю, это последствие болезни.
Афанасьев не верил, что неунывающий Тимофей мог ТАК закончить свою жизненную историю. Ведь каждый его день был наполнен смыслом, наполнен наукой. Ради неё он жил.
– Как думаешь, откуда взялся этот вирус? – произнёс Михаил.
– Медицина очень сильна. Увеличилась продолжительность жизни. Сто лет уже не предел. Земля перенаселена. У природы нет иного способа регулировать человеческую популяцию. Вот и появляются такие невидимые убийцы. Вирусы достаточно быстро мутируют и легко приспосабливаются. Они беспощадны, – проговорил Пётр.
Их беседу прервали. В кафе пришёл глава Санкт-Петербургского филиала корпорации «Заслон» Леонид Разумов. Он был важен и мрачен. Идеально уложенные седые волосы контрастировали с тёмно-синим костюмом. Голубые глаза внимательно смотрели на учёных. Единственная непривычная деталь – респиратор на лице. Пётр и Михаил застыли от неожиданности. Они встречались с начальством исключительно на производственных совещаниях.
– Здравствуйте, уважаемые коллеги, – официальным тоном начал он. – Безмерное горе пришло не только в нашу страну, но и в нашу компанию.
Минуту они почтительно молчали в знак скорби по умершим сослуживцам, коих было шестеро.
– Нам нужна ваша помощь, – попросил Разумов более взволнованно. Из-за маски его голос звучал глухо.
– Чем мы можем быть полезны? – живо откликнулся Андреевский.
– От вас ждём подготовки вакцины, – без лишних предисловий он обратился к Петру, а затем повернулся к Михаилу. – Министерство здравоохранения заинтересовалось вашими разработками в области робототехники. Все наслышаны о спасателе-синтетике.
Михаил понимал, к чему деликатно подводит Леонид Станиславович, но ожидал подтверждения догадок.
– Врачей не хватает. Множество медработников уже заражены, находятся в глубочайшей депрессии, а некоторые покончили с собой. Необходим тот, кто не устанет и не заразится, кто не подвержен человеческим эмоциям и слабостям…
– Сколько времени у нас есть? – сгорая от нетерпения, Михаил перебил Разумова.
– Это должно быть сделано ещё вчера, – ответил он. – Отложите текущие проекты.
– Ясно, позволите приступить? – спросил Андреевский.
Леонид Станиславович кивнул, и, пожелав удачи, простился с подчинёнными. Они разбрелись по рабочим местам, ощущая нарастающее давление ответственности и времени. Сначала Михаил включил голографический экран с лентой информагентств. Ему надо быть в курсе происходящего.
– Исследователи Оксфордского университета выяснили происхождение смертоносного вируса. Он появился на Земле вместе с метеоритом, упавшим в Джакарте. Количество жертв болезни «ИКС» возросло до трёхсот миллионов человек, – отстранённо вещала нейросеть.
Михаил невесело усмехнулся. Он убеждён, что когда-то давно жизнь зародилась на планете после падения астероида, из-за импакта вымерли динозавры, отныне человечеству грозит исчезновение.
– Круг замкнулся, – пробормотал Михаил и занялся чертежами. Он напомнил себе, что в память о друге Тимофее, обязан, трудиться несмотря на усталость.
Антропоморфный робот – эффективная комбинация механической основы, системы идентификации голосов, ориентации в пространстве и связи с нейросетями, позволяющими обрабатывать команды. Грубое ремесло не подойдёт. Потребуется нестандартный подход. В лечении важен психологический настрой заболевшего. Чтобы пациенты доверяли андроиду, он должен полностью повторять человека. Не только внешностью, мимикой и тембром голоса, но и поведением. Здесь трудно избежать эффекта «зловещей долины»2. Нейробиологи считают, что гнетущее впечатление определено нейронной реакцией от созерцания человекообразных роботов. Некоторые люди боятся, что андроиды заместят их.
От совершенствования схемы инженера отвлекла вибрация смартфона. Неизвестный номер. Михаил не хотел брать трубку, но пришлось ответить. Автоинформатор передал, что Афанасьева Анна доставлена в медицинский центр. У неё диагностировали пневмонию. Михаил позвонил на пост дежурной медсестры и справился о здоровье супруги. Медицинская сестра холодно сообщила, что Аня спит. Афанасьев поблагодарил, нажал на отбой и вернулся к проектированию.
Основная трудность – создание мозга робота. Искусственный орган понимает множество распоряжений, владеет большой базой данных, но врач-синтетик должен уметь принимать собственные решения, действовать в соответствии с обстоятельствами. Придумать такое существо – серьёзный вызов для талантливого учёного.
[2] Эффект открыл Масахиро Мори в 1978 г.