После этих слов мага, подчиняясь нетерпеливому взмаху руки герцога, на меня, Тайлиту и парней охранниками были направлены заряженные арбалеты. Маринка, увидев все это дело, понятливо кивнула и спокойно подставила шею подошедшему к ней ближе магу. Едва только щелкнул открывающийся замок и металлическая полоска была снята с ее шеи, сестра вежливо поинтересовалась: – И что мне теперь делать?
– Не переживайте, я Вам все объясню.
Где-то через час, когда от долгого стояния на одном месте, да еще и под прицелом наведенных на нас остроконечных стрел у меня уже начали подкашиваться ноги, я с ужасом смотрела на стоявшую недалеко от меня Маринку. Застывший взгляд, странно светящиеся в темноте каким-то ультра сиреневым цветом глаза… Стоящие дыбом и при этом шевелящиеся как живые волосы, по которым пробегали искорки под теперешний цвет ее глаз, пугали меня неимоверно. Выпитая сестрой до дна магическая сила десятерых, теперь обессилено сидящих на земле людей, казалось, переполняла ее через край и грозилась вот-вот вырваться наружу.
Кальтарэн доходчиво объяснил девушке, как именно нужно действовать. Принцип был тот же самый, когда я чуть не угробила Тайлиту. Но, в отличие от меня, у Маринки получалось вовремя остановиться самой. После первого подведенного к ней человека, с которого предварительно сняли агриевый ошейник, что беспрепятственно позволило ей перекачать в себя всю его магию, она лишь слегка покачнулась. После третьего, уже еле держалась на ногах, а вот после десятого, последнего – замерла каменным изваянием и даже не шевелилась. Это меня крайне нервировало. Беспокойство за сестру, втянутую в эти все неприятности при моем непосредственном участии, заставляло лихорадочно искать способы как ее из всего этого вытащить. Мыслей в моей голове было множество, ни при этом не единой стоящей. И я, со слезами на глазах, проклинала собственное бессилие и никчемность, благодаря которым не могла совершенно ничего сделать для родственницы, попавшей по моей вине в крупные неприятности.
Задумчиво посмотрев на испуганно притиснувшуюся к Бэрту Тайлиту и переведя обеспокоенный взгляд на не реагирующую ни на что Маринку, маг решил больше не рисковать.
– Я думаю, этого должно быть достаточно. – Осторожно сообщил он внимательно за всем наблюдающему герцогу.– Девчонка наполнена магией под завязку. И есть вероятность того, что если мы продолжим накачивать ее силой и дальше, она просто этого не выдержит. И пускай у нас есть еще одна 'Говорящая', толку от этого немного… Ведь у нас осталась только одна магичка. А ее резерва не хватит для того, чтобы наполнить девчонку полностью.
– Давайте тогда попробуем уже войти в город. – После недолгого раздумья решился Рэйдмант, и окликнул ни на что не реагирующую Маринку. – Эй, ты. Иди к воротам.
Ноль эмоций, сестрица даже не шелохнулась. Герцог раздраженно подошел к ней на расстояние вытянутой руки, и хотел было ударить ее по плечу, чтобы привлечь к себе внимание.
– Ваше Сиятельство, не торопитесь. – Поспешил остановить его явно чем-то обеспокоенный маг. – Она сейчас переполнена энергией, и я даже не возьмусь предсказать, как именно она прореагирует на ваше прикосновение.
Глава 19 Заколдованный город. Попробуй еще и войди
– А давайте ее тогда наша… БАРОНЕССА попытается растормошить. – Герцог выжидающе посмотрел на меня и, видя, что на его слова я как-то не сильно спешила отреагировать, кивнул мне в сторону Маринки. – Чего встала? Иди, давай. Шантэрлик, развяжи ей руки.
Руки мне развязали, а что делать дальше, просветить никто не спешил. Дотрагиваться до чересчур намагиченой и вовсю искрящейся подруги было как-то боязно. Не зря же все-таки Кальтарэн герцогу советовал этого не делать. Маг специалист в подобных вопросах, а к мнению профессионала прислушиваться, я думаю, иногда все же стоит. И что-то мне подсказывало, сейчас именно тот случай, когда Кальтарэн, скорее всего, прав.
А хорошо же все-таки этот иномирный дядя добрячком слегка рассеянным прикидывался. Попробуй в таком заподозрить коварного заговорщика, вынашивающего коварные планы по захвату целого мира.
Неожиданный толчок в спину, предавший мне направление в сторону сестрицы, заставил задуматься над более актуальным вопросом. А именно над тем, что же делать с ярко сверкающей в ночи родственницей.
– Маринка. – Тихонечко позвала я подругу, резко затормозив буквально в нескольких сантиметрах от того, чтобы не врезаться в нее на полной скорости. В ответ – ноль эмоций и ее все тот же стеклянный взгляд в пространство, который очень сильно начал меня нервировать.
– Маринка! – Говорю я уже гораздо громче. – И опять никакого отклика. Сестра даже не моргнула мне в ответ, хотя бы этим намекая на то, что я была услышана.
– Мари-и-и-нка-а-а!
– Чего на ухо кричишь, горластая? Совесть есть? – Спокойненько так поинтересовалась моя разлюбезная родственница, при этом умудряясь даже не пошевелиться. Лишь глаза свои жуткие на меня неохотно скосила. – У меня, между прочим, голова просто дико раскалывается, такое ощущение, что сейчас внутри взорвется. А еще и ты тут как резаная визжишь.
– Могла бы и сразу отозваться, – обиженно фыркнула я, старательно скрывая просто неимоверное облегчение от осознания того факта, что сестрица в более-менее сносном состоянии… Не зря же она уже опять на меня наезжает. – У меня, между прочим, из-за тебя чуть сердце не остановилось. Стоишь тут, вся такая страшная…
– Какая-какая?! – Сразу же пришла в себя Маринка и нервно шагнула в мою сторону. К своей наружности она всегда относилась более чем трепетно. И теперь, когда появилась гипотетическая угроза для ее идеально модельной внешности, сразу же заметно напряглась.
– Что со мной? – С паникой в голосе развернулась она ко мне, при этом нервно принявшись ощупывать свое лицо на предмет непредвиденных изменений. Я еще раз на нее внимательно взглянула и, судорожно втянув воздух, хотела уже было начать успокаивать, что все не так уж и страшно… Но вот ее хаотически шевелящиеся искристыми змеями волосы, несколько от этого отвлекали.
– Деточка. – Заметив мое некоторое отстраненное состояние, с которым я медитировала на ожившую шевелюру сестрицы, Кальтарэн все же решил вмешаться и со своей коронной слащавой улыбочкой обратился к Маринке. – Все с вашей внешностью в порядке, не переживайте Вы так. Это просто остаточное явление от перенасыщения магией. Как только вы избавитесь от ее излишков, не останется никаких следов.
– Мне бы зеркало? – Жалостливо проныла слегка воспрянувшая духом подруга и уже требовательно уставилась на стоящего перед ней мага.
– Слушай, ты! – Рявкнул герцог на Маринку злобным голосом, не предвещающим для нее ничего хорошего. – Вопрос о твоей наружности, в данный момент, должен занимать тебя меньше всего. Лучше иди и воротами займись, а не то я тебе лично так личико разукрашу, что сама от зеркал всю оставшуюся жизнь шарахаться будешь.
– А как мне ими заниматься?– Сразу же проникнувшись ситуацией, уже деловым голосом поинтересовалась у Рэйдманта подруга, всем своим видом демонстрируя полнейшую готовность сотрудничать.
– Попробуй ладонью к ним прикоснуться, той на которой кольцо надето.– Торопливо скомандовал Кальтарэн, напоровшись на выжидающий взгляд своего подельника.
Маринка настороженно подошла к высоченным деревянным воротам, окованным тяжелыми металлическими полосками. Аккуратненько приложила к потемневшему от времени почти до черноты дереву ладошку и… ничего не произошло. Шантэрлик и еще трое его людей попытались раздвинуть створки своими силами (кто-то подал идею, что петли за двести лет могли и заржаветь), но это, увы, ни к чему не привело.
– И что мне теперь делать? – Неторопливо развернулась подруга к растерянно переглянувшемуся с герцогом магу.
– Не знаю, может быть еще раз попробовать?
Маринка, безразлично пожав плечами, приложила руку к воротам еще раз. Результат остался тот же самый, то есть, никакой.