– Не смей ее трогать. – Антариэль все-таки соизволил окончательно проснуться и вмешаться в процесс моего запугивания. Дернулся, пытаясь привстать и, сразу же поняв, что связан, явно, что-то нецензурное себе под нос прошипел. Затем обеспокоенно осмотрел меня, валяющихся рядом со мной связанных неподвижных друзей, и вперился прямо-таки убийственным взглядом в сидящего рядом с ним одноглазого.
– Ваша Светлость, и как же Вы мне сможете помешать? – Понимающе хмыкнув, глумливым тоном поинтересовался у барона Шантэрлик. – Я Вас качественно повязал, собственными руками. Так что лежите себе спокойно и отдыхайте. Сейчас вот еще и снотворного выпьете, что бы лишний раз не нервничать, а я тем временем с невестой вашей пообщаюсь. – И ухватив, упирающегося парня за волосы, поднес кружку к его губам. Антариэль головой резко дернул, и вторая кружка разлилась уже на него.
– Шварт! – Окончательно выведенный из себя одноглазый подозвал к себе одного из своих людей, по комплекции больше на гориллу похожего, чем на человека. И когда тот к нему быстро подошел, кивнул на настороженно следящего за ними парня.
– Разожми щенку зубы и держи его крепче, чтобы не вырвался. Только аккуратнее…
А сам третью чашку со снотворным смешивать принялся. За этим представлением с каким-то азартным интересом наблюдали уже все. Как разбойники, так и в полном составе проснувшиеся наши. И никто особо не удивился, когда третья кружка выплеснулась уже на Шварта. Тот оказался товарищем несдержанным и кипяток плохо переносящим. В итоге Антариэль упал спиной на одеяла с разбитыми в кровь губами.
– Скотина, ты что такое творишь? – Одноглазый как-то потерянно взглянул на почти потерявшего сознание барона и, ухватив своего подельника за грудки, хорошенько его встряхнул. – Идиот, ты хотя бы представляешь, что с нами хозяин за это сделает?
– Нечего было выламываться! Сам виноват!
– И кто тут в чем виноват? – раздался из темноты окружающей поляну, смутно мне знакомый, вкрадчивый мужской голос. Его обладатель в плаще и с накинутым на лицо капюшоном, в сопровождении около двадцати всадников, неспешно выехал из темноты леса на поляну, и подъехал поближе к Шантэрлику. Тот слегка подобрался, остальные разбойники тоже руки к оружию поближе подтянули, и в компактную кучку перегруппировались, настороженно уставившись на окруживших поляну по периметру 'гостей'.
– Что тут у вас происходит? – Недовольным тоном поинтересовался закутанный в плащ тип, и капюшон с головы небрежно откинул. Разглядев нашего ночного гостя, я сразу с облегчением вздохнула. Все-таки иногда даже мне везет, и сейчас нас, кажется, будут спасать.
– Рейдмант! – Довольный голос принца, раздавшийся позади меня, был полон злорадной радости. – Герцог, Вы прямо до невероятного вовремя! Вяжите этих уродов. И можете не особо с ними церемониться!
– Ваше Высочество? – Глава государственной гвардии, подъехав поближе к нам, спешился с лошади и заинтересованно наклонился к принцу. – А с чего вы это взяли, что я буду нападать на своих собственных людей?
– Как это на… 'Ваших'? – Кэриэнталь ненадолго задумался, информацию полученную переваривая, и выдвинул новое предположение:
– Это что, Вы разыграть меня таким образом решили? Тогда это очень глупая шутка, немедленно прикажите 'своим людям' нас развязать!
– Боюсь, что это не розыгрыш, и уж, тем более, не шутка, а все вполне серьезно.
– Это… заговор? – После непродолжительного молчания, холодно поинтересовался у своего подданного принц.
– Ваше Высочество, Вы как всегда необычайно проницательны. – Голос Рейдманда был полон ничем не прикрытой издевки и ехидства. – Все-таки это нужно уметь не заметить даже намека на то, что не все так гладко в вашем королевстве. И не обращать внимание на то количество недовольных правлением вашего семейства, которых я по-возможности постарался привлечь на свою сторону.
Я от такого поворота событий окончательно приуныла. Вот и все. Мои надежды на то, что вскорости неприятности закончатся, оказались несбыточными. Если уж во всем этом безобразии еще и политика оказалась замешана, то это значит, что ничего хорошего от всей этой ситуации ждать не приходится.
Тем временем, лорд Рэйдмант, отвесив принцу глумливый полупоклон, направился в сторону барона Эльэтэна.
– Шантэрлик, ты забыл о чем я тебя предупреждал? – поинтересовался он полным ярости голосом, указывая на залитое кровью лицо Антариэля. – Я же ясно тебе дал понять, что ты головой за мальчишку отвечаешь!
– Ваше Сиятельство! – перепуганный, голос моего обидчика, доставил мне просто несказанное моральное удовольствие. – Я не виноват, людей своих предупредил, а этот идиот, – кивок на настороженно переминавшегося с ноги на ногу Шварта, – вздумал меня ослушаться.
Рэйдмант торопливо развернулся к моментально побледневшему громиле:
– Тебе разве не говорили о том, что молодой барон ни в коем случае не должен пострадать?
Легкий неуверенный кивок здоровяка, как мне показалось, еще больше разозлил герцога, и Шварт это сразу же понял и попытался оправдаться:
– Господин, он сам виноват. Этот идиот… – закончить ему не дал вонзившийся прямо в его горло метко запущенный герцогом кинжал. Я, испугавшись от созерцания подобного зрелища, завопила во все горло, чем обратила на себя всеобщее внимание.
– Леди Эйлена, счастлив видеть Вас снова. – Вытащив нож из только что совершенно живого человека и, небрежно протерев его о рубашку осевшего к его ногам трупа, этот нехороший человек направился в мою сторону. – Не беспокойтесь, дорогая, вы мне нужны живой и, по возможности, здоровой. – Поспешил успокоить меня Рэйдмант, увидев, какими глазами я на кинжал, в его руке зажатый уставилась. И только я с некоторым облегчением от услышанного, отказалась от трусливого намерения упасть в обморок, как он с ехидным хмыком добавил: – по крайней мере, пока нужны… – С этими словами, он ко мне наклонился и, сграбастав мою руку своей лапищей, колечко обручальное, Антариэлем подаренное, с пальца стянул. Я чуть не взвыла от боли. Особой деликатностью эта процедура не отличалась, и я уже почти попрощалась со своим пальцем, чуть вместе с кольцом не оторванным.
– А где мой перстень? – небрежно поинтересовался герцог, пряча кольцо во внутренний карман своего камзола. И видя на моем лице полное непонимание данного вопроса, терпеливо объяснил: – То самое, что я вам с запиской для купца шерповского отдал.
А я о том кольце и забыла уже совсем. Вроде бы в карман платья мимоходом засунула вместе с запиской, кстати, так и не пригодившейся. Объяснив, где может находиться искомый им предмет, я подверглась крайне неаккуратному переворачиванию на другой бок. Герцог свои благородные ручки о мое грязное платье марать не захотел и поэтому доверил это ответственное задание Шантэрлику. По моему глубочайшему мнению, так зря доверил, потому что количество синяков на моем бедном тельце после этого процесса явно увеличилось. Карманы мои тщательнейшим образом обыскали, и вскоре собственность лорда Рэйдманда была ему возвращена. Записку тот смял и в костер откинул за ненадобностью, а вот колечко, перед тем как на палец себе натянуть, мне еще раз продемонстрировал и с самодовольным видом сообщил.
– Замечательная вещь, этот вот перстень. Я к нему заклинание поиска привязал, благодаря чему всегда знал, где Вы находитесь.
Я чуть зубами от злости не заскрипела. Вот что же это за свинство такое? Все кому не лень меня этим заклинанием отслеживают. Вначале жених, теперь вот эта темная личность с антиправительственными наклонностями. И с Калейем еще поговорить по душам нужно будет. Почему он только одно кольцо отследил, а про второе мне даже и не заикнулся?
Рэйдмант, тем временем, потеряв ко мне всяческий интерес, опять к Антариэлю подошёл. Сел рядом с ним на одеяло и веревки, ноги стягивающие, одним точным ударом разрезал. Тем самым ножом, между прочим, которым он только что человека на глазах у многочисленных свидетелей зарезал.