Заповедные острова: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ночь всё равно не удалась, мы не отдохнули и утром решили уехать из этой гостиницы. Генка сказал, что лучше бы мы пошли спать в диспетчерскую нашего участка. Прыгнули в машину, ещё раз проверили, что стена никуда не пропала, и окончательно решились завладеть какой-нибудь квартирой. Признаться, это решение не было таким уж лёгким, мы некоторое время колебались. Точнее – я.

– Ты представь, Ген, – сопротивлялся я, – стена завтра пропадёт, люди домой начнут возвращаться. Заходят, значит, они к тебе домой, а там мы с тобой спим.

– Юра, ты пойми, случилось что-то совсем из ряда вон. Это тебе не снег летом в Африке и не землетрясение там, где его никогда не было. Это, быть может, крандец всем миру! И если стена пропадёт, то два слесаря, которые, будучи лишёнными своих домов, залезли поспать в чужие квартиры, будут не самой большой заботой нашего правительства.

И мы, выбрав дом рядом с гостиницей, взяли кувалду и вошли в ближайший подъезд; выбрали самую хлипкую дверь на первом этаже, раз десять долбанули в замок и вскоре оказались внутри. Квартирка была так себе, особенно по сравнению с теми, где нам потом приходилось бывать. А здесь, вероятно, жили пенсионеры, небогато, если не сказать хуже, но очень чисто. Хотя мы не спали всю ночь, но сейчас я не мог заснуть. А Генка завалился на диван и через десять минут засопел.

К вечеру мы вспомнили про эту бедную женщину с дочерью. Гостиница была рядом, я сходил и нашёл их, предложил переехать, на что мать с радостью согласилась, так как в гостинице уже творилось сущее столпотворение.

Мы вскрыли для них соседнюю квартиру. Это было посложнее, пришлось идти за газорезкой.

ХХХ

Юрий заметил, что Виктор Семёнович потихоньку вышел из палаты, а чуть позже за ним последовал один из помощников. Вместо них через минуту зашло человек пять разных людей с блокнотами и тетрадями, которые, стараясь не шуметь, внесли за собой и стулья. Рассевшись, они принялись делать пометки в своих книжечках.

– Скажите, Юрий, вот Вы там были шесть месяцев. А менялись ли времена года? – спросил оставшийся помощник Виктора Семёновича.

– Нет, вокруг был один и тот же майский день. Градусов двадцать тепла.

– А тучи, ветер?

– Небо над нами не было однородным, иногда в нём угадывались даже облака. Что касается ветра, то было некое перемешивание воздуха. Казалось, иногда дует с одной стороны, иногда с другой. Но всегда совсем несильно, еле уловимо.

– Скажите, как вы открывали квартиры? – вдруг спросил один из вновь пришедших.

– В каждом подъезде из тридцати квартир найдётся две-три, в которых дверь можно просто выбить или кувалдой разбить замок. Иногда, когда мы пытались сделать это, разваливалась сама дверь. Но самый простой способ – подъехать на машине к окнам первого этажа, залезть на крышу, железным прутом разбить стекло и попасть внутрь через окно, открыв квартиру изнутри.

– Это делали все?

– Да, поэтому все стремились раздобыть высокую машину, не таскать же с собой всегда лестницу.

– А как же решётки?

– Бывают квартиры и без решёток, но да, вы правы, это проблема. Обычно привязывали верёвку к машине и дёргали. Да на самом деле, многие решётки – один только вид. Я видел, как молодые ребята молотком разбивали кирпичную кладку в том месте, где у решёток прут входит в стену. В четырёх местах разбей кирпич – решётка сама упадёт.

– Для чего вскрывались квартиры?

– Многие это делали просто от скуки или для развлечения. Есть такой тип людей, который сразу начинает нарушать нормы, если за это ничего не будет. Но со временем, когда начали иссякать запасы магазинов, квартиры стали источником воды и еды. В каждом жилище можно было найти крупы, консервы, воду в бутылках, соки, макароны, алкоголь, лекарства, да много всего ещё.

– Спасшихся граждан интересовали ценности?

– Как сказать, – Юрий задумался, – рядом было полно ювелирных магазинов. Их, конечно, постепенно опустошили, но никакой лихорадки не было. У каждого спасшегося со временем появился тайник, где, вероятно, лежали и найденные деньги, и ювелирные украшения. Но мало кто специально бегал по банкам и ювелирным лавкам, это делалось заодно. За чистую воду в бутылках дрались чаще и берегли её тщательнее.

– Пожалуйста, продолжайте.

ХХХ

Мы провели несколько дней в занимательных прогулках по той части города, которая стала принадлежать нам вся и без остатка. Мы могли заходить в любые рестораны и магазины, ездить на разных машинах, которые могли открыть и завести, просто сидеть на асфальте посреди некогда оживлённой трассы и пить дорогой коньяк. Словом, мы вели себя, как обычные люди, вдруг получившие такую степень свободы, с которой не знали, что делать.

Более всего, нас, мужчин, интересовали шикарные автомобили. Генка придумал такую тактику: мы заходили в какой-нибудь ресторан и общупывали кучки одежды на предмет ключей. Собрав таким образом дюжину брелоков, мы выходили на улицу, нажимали кнопки и начинали искать, какая машина отзовётся. Себе мы выбирали самую лучшую покататься, а ненужные брелоки бросали на капот отозвавшихся автомобилей. Кстати, эта традиция прижилась среди спасшихся.

Так мы и жили, пока через три дня на всех столбах не появилось объявление:

«Всех спасшихся людей в обязательном порядке просим подойти в гостиницу «Юность» (ул. Хамовнический Вал, 34) для регистрации и получения обязательного документа».

Мы переглянулись, усмехнулись, но решили сходить. Гостиницу было не узнать. На улице в передвижных армейских кухнях варили обед, у входа разгружался грузовик с коробками, рядом стоял полицейский с автоматом, внутрь тянулась небольшая очередь и люди всё подходили. Внутри, за стойками ресепшн, на которых в отелях оформляют заселяющихся постояльцев, сидели три девушки и что-то записывали, опрашивая людей. Закончив опрос, они выдавали каждому какую-то бумагу. Печать у них была одна на троих. Рядом у стойки стоял ещё один полицейский. Вокруг царил деловой порядок. У полицейского была и особая миссия: он выискивал в очереди несовершеннолетних и, если они были одни, отводил их в конференц-зал.

Когда настала наша с Генкой очередь, мы подошли к двум разным девушкам, хотя хотели подойти к одной, но полицейский устало сказал: – Мужики, ну ясно же сказано, подходим по одному.