Реалити: читать начало книги онлайн

– В принципе, да, – ответил Глеб, немного при этом растерявшись.

– Вот и отлично, – произнес Паша, и повесил трубку.

– «Зашибись», – подумал Глеб, – «С каких это пор, Шеф, сам, хочет со мной общаться, со мной, с мелкой сошкой, с законченным неудачником, с бездарностью, которую он три месяца назад, мягко говоря, попросил больше не показываться у него на глазах. С чего бы это?»

Вообще, от Шефа, всегда можно было ожидать чего угодно. Григорий Петрович Челиков, личностью был весьма незаурядной, с непростым характером и такой же биографией. Его становление, как телевизионщика, выпало на 90-е годы двадцатого века, поэтому, журналистская хватка у руководителя Глеба была что надо. Пройдя сквозь огонь, воду и медные трубы, Шеф, приобрел клыки побольше, чем у собаки Баскервильи, и превратился в настоящего телеволка, способного разорвать в пух и прах любого, кто по той или иной причине имел дерзость встать у него на пути. Уничтожив основных своих конкурентов еще в предыдущем тысячелетии, и в хлам, разругавшись с союзниками уже в новом веке, Григорий Петрович столкнулся с тем обстоятельством, что ему больше не с кем было воевать. Все соперники либо слегли в гроб, либо превратились в денежные крепости с закабалёнными рабами в подземельях, лучниками на стенах, и дружиной в казарме, так, что добраться до них теперь не представляло никакой возможности. Собственно, одной из таких крепостей был и сам Григорий Петрович, и в определенных кругах, даже ходили слухи, что он не показывается в Москве, и управляет своими активами из-за границы совсем не из-за любви к пляжам Испании.

Но, где бы не проживал Григорий Петрович, сражение с этой жизнью для него не могло остановиться просто так, само собой, ибо оно его наполняло, ибо он и был той войной. От внешнего врага, артиллерия Шефа, постепенно, перевела свои прицелы на внутреннего – собственных сотрудников. Люди из его организации стали увольняться один за одним, так что в определенный момент из старожил «СпортЭкстрима» в конечном итоге остался лишь шеф-редактор Паша. При таком положении дел, старые телепроекты канала со временем исчерпали свой потенциал, а генерировать новые стало просто некому. И тогда, Григорий Петрович, засучив рукава, как в старые добрые времена, решил в очередной раз показать этому миру, что есть ещё яйца в пороховницах, и начал креативить сам.

Прямо с кровати Глеб дотянулся рукой до стоящего на полу пластмассового вентилятора, и нажал на нем кнопку «вкл.». Пропеллер мгновенно начал своё вращение. Распугивая мух, вентилятор обдал нашего героя потоком теплого воздуха:

– «Ждать звонок от Шефа, это точно хуже смерти», – подумал Глеб, и, пересилив себя, все-таки встал с кровати.

Затем он подошел к окну, и открыл форточку. В комнату сразу ворвался звук улицы. Глеб взял с подоконника начатую пачку сигарет, и уже больше не обещая себе бросить эту вредную привычку, закурил.

– «И зачем я только на этот кордебалет согласился?» – подумал Глеб, выпустив из себя облако дыма, – «А какая, собственно разница… Хотя, странно всё это, сам Шеф, вдруг, хочет со мной общаться, на него это как-то не похоже, не похоже от слова «совсем».»

Каким образом, в этот раз, как на исполнителя, выбор Шефа пал на Глеба, действительно оставалось только догадываться. Но факт, оставался фактом, даже не смотря на то обстоятельство, что во время последнего сеанса связи Григория Петровича со своим нерадивым подчиненным, их общение, мягко говоря, не задалось. Благо общались они, как обычно по «скайпу», иначе неизвестно, чем вообще бы закончился тот разговор.

Тогда, Шеф был в плохом настроении, и во время выражения своих мыслей совсем не скупился на эпитеты, собственно, он и раньше на них никогда не скупился, но, в тот раз превзошел даже самого себя, в результате чего, в присутствии всего коллектива редакции телеканала «СпрортЭкстрим» послал Глеба туда, куда обычно посылают людей. В ответ, наш герой сделал аналогичный жест, чем мгновенно оставил себя без заработка. Номинально, он, конечно, ещё числился в организации Григория Петровича, но фактически, съемки ему уже больше никто не предлагал, а так, как зарплата у Глеба была сдельной, и деньги он получал за каждый отснятый им телефильм, то вывод напрашивался сам собой. Иногда, конечно, по старой дружбе и в обход Григория Петровича, редактор Паша, подкидывал Глебу мелкие «халтурки», но подобные мероприятия были не регулярны, и денег особо тоже не приносили. В конечном итоге, работа в организации «СпортЭкстрим» для Глеба свелась в депрессию, и проедание своих же, ранее заработанных, сбережений, которых на сегодняшний день совсем уже не осталось.

На дисплее смартфона высветилась иконка конференцсвязи, и быстро затушив сигарету в пепельнице, наш герой принял вызов.

– Итак, – сказал Шеф, после обмена с Глебом скупыми онлайн приветствиями, – Сразу хочу предупредить тебя, что этот наш разговор, должен в любом случае остаться только между нами, иначе тебя ждут самые серьезные последствия. Сейчас, об этом проекте знают только два человека, я и Паша, и если идея уйдет на сторону, к конкурентам, то отвечать за это придется тебе.

– А почему виновный сразу я? – возмутился Глеб, – Мы ещё даже работать не начали.

– Паше я доверяю, – ответил Шеф.

– А мне значит нет, – возмутился Глеб.

– Тебе веры давно уже нет, – ответил Шеф, – И, если честно, я, вообще не понимаю, почему Паша предложил именно твою кандидатуру, а не нашел на это место, действительно достойного исполнителя.

– Григорий Петрович, – вмешался Паша в разговор, – У меня Глеб всегда выполнял самые сложные задания, и он человек изнутри, человек нам знакомый, со своими плюсами и минусами, в конце концов, он сам умеет неплохо снимать на камеру, а для журналиста, да ещё в таком проекте, это, вы сами понимаете… да и времени на поиски у нас тоже нет, уже середина июня…

– Ладно, хватит, – остановил Шеф редактора, – Надеюсь, Глеб насчет конфиденциальности ты уяснил.

Глеб ничего не ответил, а Шеф, с чувством собственной значимости, продолжил:

– Суть нового проекта заключается в следующем, мы, забрасываем героя в незнакомую ему страну, забрасываем его туда без денег, вообще без всего, и таким образом, он должен будет проехать по заданному маршруту, зарабатывая себе на путешествие и жизнь прямо в дороге, и только так. То есть никаких тебе кредиток, провезенных в носке, наличных, вшитых в трусы, и так далее, только реалити, настоящее мясо, без прикрас, жизнь без денег в современном мире, все как оно есть на самом деле. Сможет герой так выжить, или нет? Вот что нам предстоит выяснить.

– Звучит интригующе, – без энтузиазма произнес Глеб, и затем, немного прибавив энергии в голосе, спросил, – Это же не в России будет сниматься, правильно?

– Ты глухой или слабоумный? – грубо ответил Шеф, а затем, видимо приложив определённые моральные усилия, изменил свой тон, и уже певуче, по-отечески, пояснил, – Я же говорю, забрасываем героя в чужую страну, и он путешествует.

– Просто хотел уточнить, – спокойно ответил Глеб, никак не прореагировав на первую, обидную фразу своего руководителя, – Мои функции на проекте какие, и состав группы какой? В общем, кто что делает, кто едет, и когда приступаем?

– Не приступаем, а приступаешь, – сказал Шеф, – Из группы едешь только ты.

– В смысле? – удивился Глеб.

– В прямом, – ответил Шеф, – Снимать будешь сам себя. Как тебе такая идея?

– Ну, так, – неопределенно ответил Глеб, – Пока непонятно…

– Смотри, – произнес Шеф, ещё больше подобрев в голосе, – Когда героя снимает оператор, то зритель уже не верит в происходящее, я – не верю, а нужна – правда. Именно это и составляет ценность нашего проекта, и именно это, и отличает его от всех ему подобных. Съёмочная группа всегда может подкармливать героя, то есть тебя, а этого допустить никак нельзя, иначе, грош цена тогда всей этой задумке. Важно, чтобы все было по-настоящему, чтобы ты голодал, спал под мостами, одним словом – выживал. Нужны твои реальные эмоции, ты должен преодолевать по-настоящему все трудности, что встретятся на твоем пути. Зритель любит, когда кому-то на экране плохо.

– «И этот кто-то, кому должно быть плохо – я, зашибись», – подумал Глеб, но ничего не сказал Григорию Петровичу.