Курс Молодого Бойца: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

После обеда факультативное, надо же название – факультативное занятие по строевой. После физры, ходить под испепеляющим солнцем с стертыми ногами было очень неприятно. Думали хрюкнем, но выжили.

По плану стирка, но пошел дождь. Задержались на часик. Доплыв по грязной дороге до места стирки, естественно никто не стирался.

Пришли в лагерь. Электричества не дали, ужина нет. Есть охота до тошноты. Готов грызть дерево.

Наконец то поступил команда "Строится на ужин". Мы тощими голубями вылетели из кубрика. Нас еще подержали возле столовой с пол часа – нагулять аппетит. После ужина затошнило, то ли хлеба пластилинового объелся, то ли каши.

Прошел слух что сегодня могут ночью поднять по тревоге.

26 июля Воскресенье

Этот день мы начали в 4.30, пока гражданские люди спокойно дрыхли в теплых кроватях.

Команда "Батальон сбор" выдернула нас из влажных кроватей. Я сначала думал, что все это снится и никак не мог проснуться, но получив затрещину от сержанта Домошенко, сразу пришел в себя. Забрал в оружейке и все что с биркой Петрушко побежал на плац в ожидании дальнейших распоряжений.

Распоряжение было одно – вперед бегом марш. Дорога размыта, грязь по колено, но кого … чужое горе. Стертые ноги сразу закололи булавками. Я пробежал километра три и начал отставать вместе с москвичом Пашей Смысловым. Перешли на шаг, но грязь была такая что беги, что иди – скорость одна. Мы вернулись пешком в распоряжение с 6– ми минутной отставанием от батальона. Хоть иди, хоть беги – один результат.

Пошли на ЗОМП. Можно было заснуть в строю. Все были вялые и безразличные к происходящему. Нас решили расчухать и засунули в ОЗК. Начали всех дегазировать – поливать из шланга.

Когда шли по жуткой жаре поступила команда "Запевай", начали с трудом выплевывать, слова военной песни. Вот это выходной, люди смотрят утренюю почту, завтракая бутербродами с сыром и колбасой, а мы поем на голодный желудок, которому не светит нормальная еда..

На уставах, каждый час выбегали на улицу умываться, чтобы дружно не заснуть. Если кто то ронял голову, старший лейтенант Литвиненко сурово выговаривал фамилию уснувшего.

Постоянное чувство голода.

Если я когда нибудь будь я буду читать эти строки, я обязан встать и съесть что вкусное. А потом есть есть все подряд.

27 – 29 июля понедельник – вторник

Подняли в пол седьмого. Тактические учения. Нехорошие предчувствия.

Нас быстро вооружили. Обвешался со всех сторон, как елка. Дали еще ящик с имитацией и пошли к автопарку. Нас уже ждал майор Калашников. Он назначил меня командиром отделения. Я так заволновался, что забыл куда надо залазить в БМП. Около часа колесили по местным болотистым дорогам. Потом уходили от налета авиации виляли по лесу, от дизеля кружится голова. Я отдавал каки – то непонятные команды отделению, получил четверку и наконец то передал, эту должность другому.

Отрабатывали отделение в наступлении. Слепни просто глумились над нами. Я их штук 100 шлепнул. Разворачивались и сворачивались, в ходе атаки за техникой. Стертая нога нога мучала и неприятно пульсировала. Пытался скакать, как раненый кузнечик, на одной ноге.

Далее наш взвод превратился в головную пограничную заставу и мы петляли куда-то в лес. Дороги были, как с другой планеты – заросшие и какие – то страшные, перекрытые бревнами и деревьями. По середине леса одна из БМП увязла по самую башню. Два часа мы пытались ее вытащить. Техника бесспорно грозная но если застрянет – капец, вес под 20-ть тонн. Все извалялись в грязи, как поросята.

Приступили к обеду в поле. Обед как в ресторане "Седьмое небо" – две картошки, банка рыбы на троих. Вода кончилась не рассчитал на день. Теперь буду еще и страдать от жары.

После "плотного" обеда пошли в атаку. На всех напало какое-то звериное чувство. И мы с криками побежали на невидимого врага, стреляя холостыми в воздух. Холостые патрон с белым пластмассовой пулей, разбивалась о специальный пламегаситель. Автоматы плевались белой стружкой.

Из-за неудачных действий повторно отправили атаковать. Я бежал босиком, так как мозоль распухла и стала как слива, во всех отношения и по размеру и по цвету.

Заморосил дождь совсем не в тему. Залез в танк и решал тактическую летучку. Усталость захлестнул меня и мешала думать.

Опять шикарный ужин. Меню не менялось – сайра на троих и по картошке.

Наступила ночь, неожиданно накрыв нас плотным одеялом.

Кульминационная часть программы рытье окопов. Я откопал полторы лопатки когда полил дождь. Невероятная гадость, со стороны природы. За три минуты я был мокрый и босиком в воде. Сапоги снял , так мозоли болели до искр в глазах. Плащ палатка не помогали. Дождь разошелся – все стояли и не двигались, в не дорытых окопах, так как шевелится было противно. Мокрая одежда неприятно прилипала и холодила тело.

Изредка взводные, стреляли в воздух осветительной ракетой. Пока ракета висела в воздухе, видел 25 неподвижных столбиков, которые были моими братьями по оружию, стоящие по колено в воде и мокрые как рыба.

Резко похолодало. Начал замерзать. Дождь стал холодным. Сообразил, что надо одеть сапоги, так стоять в луже холодной воды босяком не дело.

Во время рытья окопов, нас постоянно атаковали враги. На атаки мы реагировали слабо, постреливали в воздух.

Началась газовая атака противника. Противогазы одели все, так как можно было задохнуться от имитационной вони, от которой щипали глаза и текли сопли. Шашки с имитационном газом взводные не жалели, поэтому стояли "слониками" около часа. Взводные заставляли рыть окопы в противогазах, светя фонариком в лица. Но как только офицер отходил к другому, мы тут же переставали копать и замерали как статуи.