— Приблизительно… Наладилось сообщение по реке, и его та, третья девушка опознала. А та убитая, Фанни, она и была той сбежавшей?
— Нет, Фанни была нашей. То есть, с нашей визитницы. Не торопись.
— Жду, жду. Только ты слишком широкими кругами ходишь…
— Хорошо. Постараюсь покороче. Экий ты нелюбопытный.
— Просто усталый. И у меня тоже есть новости, который сверлят мозг. Так что давай покороче, ладно? Детали потом.
— Ну, как знаешь. В общем, если коротко. Этот Хайме Росе жил в нашем лагере. И был видной фигурой. Но создать какое-то подобие иерархии ему не удалось — другие здесь сложились традиции. На вождей нет спроса, сам знаешь. Самоорганизующиеся отряды намного полезней…. Все, все, упокойся, уже рассказываю. Жил он тут, поживал. А потом твой двойник Ваади отправился вниз по реке. И, вернувшись, через несколько дней отбыл на Землю. Но до этого успел рассказать этому Хайме… и еще своему приятелю Саймону, историю Алони. Той девушки, что спаслась через хоган. И Хайме заволновался, не думал, что встретит здесь кого-то из своего прошлого. Одно хорошо — Саймон не знал Алони и понятия не имел, как выглядит Хайме. Ваади же знал только имя, да еще и с Земли не вернулся, прислав тебя. Зверь забеспокоился, но пока не знал что делать. Это начало одной истории.
— Саймон — это тот, которого убили вместе с Фанни?
— Да, он. Попал, бедняга, под раздачу. А случилось все так. Есть у нас тут один лентяй, Мигель.
— Помню его, он живет чуть в сторону от тропы на визитницу.
— Уже не живет. Его тоже убили. В тот вечер, когда ты уходил сюда.
Вадим жестом остановил Телига и потряс головой.
— Погоди, я уже совсем запутался. Мигель — это тот верховный бог и правитель?
— Да нет же. Он сам по себе. Бог и правитель другой. Не догадался еще?
— Ладно, рассказывай дальше, только более понятно…
— Итак. Был у нас лентяй Мигель. Говорил, отдыхает здесь, не знаю уж от чего. Но характер у него был склочный, взрывной и страшно мстительный. Что-то он там где-то у кого-то нелестное для себя услышал, и решил отомстить. И разгромил нашу часовую мастерскую. Сейчас уже не понять, кому мстил и зачем громил, но так получилось. А вот дальше — все интересное и начинается. Пока громил или потом, тоже сейчас не выяснить, увидела его там Фанни. Ты ее не знал. Девушка была заводная, но глупая. С Мигелем у нее были какие-то шашни, но она с ним поссорилась. Потом решила вернуться, но он ее отшил. Завел себе другую подружку.
— Ага, Мамми, помню. Колоритная дамочка…
— Да уж, забудешь такую… Так эта Фанни решила добиться своего шантажом. Что у них там получилось, не знаю, но он ее придушил. Оттащил подальше, да и бросил в кобринки за кустами. Надеялся, что никто не найдет. А наш верховный бог, оказывается, это увидел. Но ничего не сказал. Если помнишь, в тот день Фанни и Саймон должны были дежурить на визитнице. Вот Саймон туда отправился. А у несостоявшегося вождя возникла идея, что можно второе убийство с первым объединить. Ну и прихлопнул Саймона, не ожидавшего ничего дурного. Отволок труп поближе к телу Фанни. То есть сразу не видно, но если искать будут, найдут. Вот вы с Соровым его и нашли.
— Не я. Соров. Не умею по сторонам глядеть, то есть гляжу, но ничего не замечаю.
— Да ладно, не важно. Нашли и нашли. Поскольку нашли не сразу, разобраться, что убийства были разные и убийцы тоже, и даже время преступлений тоже разное, часов пять их разделяло, никто не сумел. И по отдельности получились отличные алиби и у этого верховного бога, и у Мигеля. Тут еще Противостояние, потом ты Аквадомом занялся… Замяли и забыли. Хайме Росе, тем временем только бесился. Словно ты у него славу и лидерство украл, понимаешь? И начал потихоньку бороться с твоей популярностью. Не разрушать, а менять плюс на минус. Соров это как-то объяснил, что, мол, если эмоций нет, то разбудить их трудно. А если уже есть, то поменять знак можно одним словом порой. Помнишь, я волновался, что идет какая-то странная волна? Его работа, мастер, ничего не скажешь.
— Так он кто такой? Я его знаю?
— Знаешь, конечно. У нас вообще все всех знают…
— Неправда, я не всех знаю. Вон, на суде, половину народу даже в лицо признать не смог, не то что по имени.
— Да, чудик ты изрядный. До людей тебе дела нет…
— Как это нет? Я же это все для людей делал, — обиделся Вадим.
— Ага, делал. Для всех. Для масс. Вообще. Чтобы было. Но не для Лиз или Магды, не для меня или Сорова. Просто так. Разницу чувствуешь?
— Нет.
— Ну и не чувствуй. Давай доскажу быстренько, а ты давай, доедай, потом свою страшную историю расскажешь про то, как падал со скал.
— Ты не понял, я не об этом…
— Неважно. В общем, слушай. Чуть-чуть осталось. У этого чертова Хайме Росе появились сторонники. Которые ему подпевали, делали что скажут и так далее. Помнишь Хито? А Гало?
— Хито? Невероятно. Он же весь спортом был увлечен! А Гало — это кто такой?