— Что хотел? Давай быстрее, у меня свидание с ибупрофеном намечается, — поморщилась от головной боли.
— Хотел сказать, что жду тебя завтра в восемь. И без опозданий.
— Что? — непонимающе уставилась на телефон. — Где?
— Когда не забудь. До сих пор не верю в свое счастье, — пробормотал тише Виталя. — Или в свое везение…
— Ты о чем, Вит?
— Как о чем? Вчера мы поспорили, что ты не сможешь выпить десять шотов за раз. Ты не выпила.
— А на что я, собственно говоря, спорила? — воспоминания вечера стали немного складываться в общую картинку.
— На то, что ты поможешь мне.
— И какого рода помощь?
— Полугодовая работа в компании.
— Что? — я аж чаем подавилась. — Вит, какого хрена?
— А такого. Нефиг пить столько. Свидетелей много, поэтому если ты не хочешь выплатить мне триста тысяч, то…
— Так тут еще и деньги были… Сколько надо? — с интересом переспросила.
— Триста.
— Не, я лучше выплачу, — как представила офисные коробки, именуемые кабинетами, меня передернуло.
— Ну, Лу! — заныл мужчина. Ага, ну понятно. Стало быть, дело было не в деньгах. — Помоги мне. У меня творческий кризис, а ты как раз в поисках вдохновения.
— Это где я его искать буду? В вашем стеклянном монстре?
— Лу, ну, пожалуйста! Черт! Так и знал, нужно было больше ставку требовать. Тогда бы точно не отвертелась, — обиженно протянул Виталя. — Лу, ты же все равно в отпуске сейчас. Помоги. Не знаю, что мне делать.
— И что я делать должна? — откусила кусок шоколада.
— Да тут всего-то необходим твой свежий взгляд. Посмотришь на наших дизайнеров и архитекторов, предложишь какие-нибудь идеи. У нас на носу куча новых проектов, реклама и показ. А у меня ничего. Обещаю, ты будешь сидеть отдельно от всех, никто не будет мозолить тебе глаза.
— Может все-таки триста тысяч? — с надеждой переспросила.
— Лу! — сейчас его тон походил на визгливую истеричку. — Меня главный прибьет. Сожрет на ужин. Или…
— Да поняла я. Все, хватит. Ладно, — повертела пустую обертку от шоколада. — И еще одно — я ваши похоронные одеяния носить не намерена.
— Лу! Это офисный дресс-код.
— Да мне плевать вообще-то. Хочешь помощи — терпи, — решила, что можно шлифануть душевный тон еще одной плиткой шоколада.
— Ох… — он тяжело вздохнул и добавил тише. — Ну может и не заметит. Ладно, только…
— Волосы не трожь. Все останется при мне и на мне, — отрезала я, вгрызаясь в новую порцию шоколада.
— Хрен с тобой. Жду завтра.
— Пока, мистер “воспользуюсь положением”, — саркастично отметила я и скинула звонок, не дав Витале попрощаться.
Все, больше никаких отмечаний. Никакой текилы… И всего прилагающегося. А то вот так встаешь утром — и оказываешься резко трудоустроенным.