Битва за Карелию: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Товарищ ученая! Туда идти запрещено. Хищники могут напасть.

Услышав своего подчиненного, тут же откуда-то сбоку подошел и сам капитан с двустволкой в руках.

— Что вы там хотите найти, Марина? Еще одну пантеру? — спросил он.

Девушка прямо сказала о своих намерениях:

— Хочу взглянуть сверху, со скалы, на окружающий пейзаж. Раз мы в экспедиции, то надо и окрестности осматривать по возможности, а не только саму реку и ее берега. Я, например, лес должна изучать, как биолог.

— Но, это же опасно! Да и биолог — это все-таки не ботаник. Вы больше специализируетесь по микроорганизмам, насколько я понимаю, — попытался возразить капитан, продемонстрировав, что некоторая эрудиция, помимо знания своего морского дела, у него имеется.

Подумав, что моряк, пожалуй, совсем не глуп, Марина хмыкнула:

— Хм, если вы так боитесь за меня, то давайте поднимемся вместе. Будете меня охранять.

Распадок не был сильно крутым, и девушка в своих белых парусиновых туфлях без каблуков забиралась наверх довольно уверенно, но в паре самых крутых мест подъема капитан все же вынужден был подавать ей руку. Наконец они преодолели подъем и взошли на плоскую вершину скалы, нависающей над распадком. И усилия стоили того. Вид с этой точки открывался потрясающий. День был солнечным и ярким, а воздух — необычно прозрачным, что создавало эффект необъятного пространства, распростершегося вдоль реки и за ней до горизонтов. Сзади них на некотором отдалении, где почва уже не была такой каменистой, как вблизи скал, начинался смешанный лес, а перед ними раскинулся огромный и величественный простор.

Девушка и моряк всматривались в открывшиеся дали с трепетом. Так, наверное, смотрели на новые земли первооткрыватели эпохи Колумба и Магеллана. Огромные пространства манили и, в то же время, пугали, вызывая одновременно и восторг, и оторопь. Ведь все это предстояло изучать и наносить на карты, закрывая белые пятна на них. Мощь и величие природы неизведанного мира лежали перед двумя людьми во всей красе. И они ни на мгновение не пожалели, что потратили силы, забираясь на скалу высотой метров в двадцать, почувствовав себя самыми настоящими первопроходцами.

Александр Фадеев, который многие годы скитался по холодным водным пространствам северных морей, Балтики и Ладоги, никогда раньше не видел перед собой подобного пейзажа, столь насыщенного красками. Целое лесное море лежало перед ним, играя под ветром и солнечным светом различными оттенками от светло-зеленого до очень темной зелени. И этот зеленый массив резали на фрагменты речки и озера голубого цвета. Кое-где просматривались и коричневатые прогалины болот. Вот только столь роскошный лесной пейзаж никак не вязался с севером, скорее, он был характерен для каких-нибудь субтропиков. А в вышине, под солнцем, парил большой орел.

Но, Марина все же оторвала взгляд от этого чудесного простора и, повернувшись назад, разглядывала со скальной площадки лес позади. Она увидела перед собой удивительное смешение деревьев: дубы, вязы, клены, липы, березы, лиственницы и даже кедры. Под деревьями внутри леса, в густом подлеске, теряющемся в лесном сумраке, ей казалось какое-то движение. Наверняка, там сновали многочисленные животные, обитающие в лесу. А над деревьями летали птицы, и их было хорошо видно. Крупные, разноцветные и разноголосые, они беззаботно порхали поверху крон.

Задрав голову, Марина наблюдала за птахами, придерживая свою соломенную шляпку, а Александр, оторвавшись от созерцания пейзажа, наблюдал за девушкой. Она, хоть и не была юной, казалась ему все же достаточно миловидной на лицо, с изящной талией и стройной фигурой. Ее большие серые глаза светились не только женским очарованием, но и умом, в них читалась и скрытая печаль, печать тех страданий, которые выпали на ее долю. Ведь Фадеев знал, что она тоже прошла через пребывание в концлагере. И женщинам там доставалось от оккупантов не меньше, чем мужчинам. К счастью, все это уже осталось для них в прошлом. А впереди ждала только радость открытий. Так, во всяком случае, они надеялись.

Хищная птица налетела внезапно. Только что на небе они, вроде бы, не видели ничего угрожающего. И вдруг, со стороны солнца, откуда ни возьмись, на них спикировал огромный орел. А его широкие распростертые крылья закрыли собой светило, отбросив на скальную площадку зловещую тень. Фадеев вовремя увидел приближение летающего хищника и выстрелил из ружья. И огромный орел прямо с пикирования врезался в скалу совсем рядом с площадкой, с той стороны, где стояла Марина. Удар был настолько сильным, что птица размозжила себе о камни мощный клюв и голову. Но, перед этим она, будучи смертельно раненой, все же сбила когтями с головы у девушки соломенную шляпку, отчего Марина упала на колени, ее волосы растрепались, а глаза выражали испуг.

— Еще немного, и вас бы унес этот гигантский орел, — проговорил Фадеев, подавая девушке руку и помогая подняться.

— Ой, спасибо, что спасли. Вот и пригодилось ваше ружье, — пробормотала Марина, прижавшись к широкой груди капитана. И он ощутил, что она вся дрожит, все-таки испуг пережила нешуточный.

— Тут, оказывается, и с воздуха опасности имеются, орлы-пикировщики летают, — проговорил Александр, рассматривая только что подстреленную птичку с размахом крыльев, как у небольшого самолета, и радуясь, что вовремя среагировал, не промедлил, да еще и точно попал. Впрочем, неудивительно, потому что ружье зарядили патроном с картечью.

А на звук выстрела снизу по распадку уже лезли матросы с винтовками. А за ними бежали наверх и ученые. И уже через несколько минут все они, конечно, столпились возле трупа необычного пернатого, во все глаза рассматривая мертвого орла и споря о его происхождении. Голова и клюв сильно пострадали при ударе, но мощные лапы с загнутыми когтями приличной длины свидетельствовали о том, что птица привыкла захватывать крупную дичь.

— Экземпляр очень похож на орла Хааста, обитавшего в Новой Зеландии и истребленного не так давно, примерно в пятнадцатом веке. А все потому, что уносил детей местных жителей, — сказал зоолог Георгий Иванченко.

Сразу вмешался и палеонтолог Лев Мурашевский, он проговорил со знанием дела:

— Да, немецкий палеонтолог Юлиус фон Хааст, исследовавший Новую Зеландию в середине девятнадцатого века, впервые описал подобную птицу. Но, перед нами не она. Этот наш орел выглядит вдвое крупнее, чем орел Хааста. Размах крыльев у нашего летающего хищника навскидку метров семь. Вот и представьте, если тот детей воровал и уносил, то этот и женщинами не побрезгает. И нами сделано настоящее открытие, прошу заметить. Никто до нас не встречал именно от такого орла даже костей. А нам повезло живого, можно сказать, застать. Надо сделать точные измерения и сфотографировать, раз уж лодки слишком маленькие, чтобы чучело смастерить и с собой прихватить.

— Перьев только, разве что, можно надергать для коллекции, — предложил зоолог.

— Видите, какая опасная пташка? Надо теперь нам и за небом следить, — сказал капитан Фадеев, обращаясь к своим матросам.

Глава 12

После гибели каменных великанов в бою с немецкими пикировщиками, сбросившими довольно точно на исполинов полутонные бомбы, аспирант Дмитрий Матвеев вышел из каменного состояния и, встав со своего кресла, прислушался к разговору военных. Майор Синельников как раз в этот момент предлагал создавать из Живого Камня шагающие пирамиды с усиленной противовоздушной обороной. Это предложение напомнило Матвееву нечто подобное титанам Адептус Механикус в фантастическом мире Империума. Впрочем, самого Матвеева неповоротливые механические титаны всегда смешили своей абсолютной нецелесообразностью в реальных боевых условиях. А тут, оказывается, майор на полном серьезе предлагает начальнику полигона сделать нечто похожее. Дима не выдержал такого бреда и вмешался в обсуждение:

— Вы уж меня простите, что влезаю в ваш разговор. Я, конечно, человек гражданский, но могу посоветовать кое-что другое. Есть одна идея.

Майор Синельников, судя по выражению его лица, явно не обрадовался, что научный сотрудник гражданского профиля лезет в обсуждение военных вопросов. Подполковник же, наоборот, заинтересовался, сказав:

— Ну, говори, Дима, что за идея у тебя?

Дмитрий проговорил:

— Очень простая идея по дальнейшим действиям. Вот мы с вами сейчас получили урок, увидели, что великаны наши слишком большие и не слишком быстрые. Потому они заметные и уязвимые для пикировщиков. Гранит, конечно, когда оживает, то изначальная каменная прочность все-таки немного теряется. Живой Камень придает граниту пластичность, но, за счет прочности. И это обстоятельство нужно учитывать. А почему бы нам не делать новых каменных бойцов поменьше размерами? Тогда их заметность понизится, а мобильность, наоборот, возрастет. Например, сделать не пятнадцатиметровых, а пятиметровых каменных солдат?